Мы нашли того, кто отвечает за все, что есть в городе, — это архитектор. Так считает известный московский архитектор Олег Карлсон. В этом есть некоторый максимализм, но мастеру виднее...
Красивый дом построить трудно, еще сложнее, почти невозможно, создать такой, который понравится всем. Почему такие дома все-таки появляются, «Вечерней Москве» рассказал известный московский архитектор, руководитель архитектурного бюро Олег Карлсон.
— Скажите, Олег Анатольевич, кого ругать за некрасивые дома на моей улице? Кто за это в ответе?
— Архитектор отвечает за все, что есть в городе. Даже за столбы для освещения, которые стоят рядом с вашим домом. Дизайн городской среды, то есть места, где находится человек, очень важен. Архитектура может вызывать восторг, а может и просто вводить в уныние. В городе все взаимосвязано. Архитектура — это профессия, которая передается из поколения в поколение, из одних рук в другие.
— А с чего все начинается?
— Со встречи с заказчиком. Общение с ним очень важно, ведь архитектор, по сути, делает сценарий и образ его будущей жизни. С выезда на местность, где будет строительство, с рисунка здания.
Есть требования, которые надо выполнить и соблюсти, например нормы застройки, чтобы не испортить городскую среду… А это бывает сплошь и рядом, к сожалению. Вдруг сносится памятник архитектуры, который в эту улицу вписан, и возникает какое-то неожиданное, казусное строение, от которого хочется застрелиться… Архитектор работает вместе с инженерами-конструкторами. Инженер отвечает за инженерную часть проекта, архитектор — за весь проект. Потому что он должен соединить в единое целое все, чтобы дом жил, дышал и не развалился.
— Наверное, и что-то новое появилось в профессии?
— Профессия архитектора как была, так и осталась. Иногда ее уровень был чуть выше, иногда ниже. Наша цель — сделать все для человека, все во имя человека и во благо ему. Появились новые технологии для проектирования, но в начале все равно лежит рисунок, а значит, голова и рука самого архитектора прежде всего.
— Бывают же какие-то трудные задачи?
— Самое трудное — не предавать свою профессию. Если заказчик задает мне какието нелепые требования, конечно, я буду с ним спорить. Если он хочет сделать то, что противоречит всем принципам архитектуры, я откажусь от такого заказа. Я могу себе это позволить. А те, кто только начинает свой путь… Пусть они научатся не обманывать себя и свою профессию. Даже если заказчик тебя не слышит. Мы должны все вместе делать город красивым… Надо любить Москву. Любить человека. Любить свою профессию. Да, архитекторы могут зависеть от заказчика или инвестора. Мой девиз с самого начала работы таков: репутация дороже денег. Если происходит обратное, архитектор как творец умирает. Его больше нет. Ни один серьезный, думающий и грамотный инвестор его больше никогда не пригласит.
— Архитектура столицы разнообразна, у нас то особнячок позапрошлого века, то дома из стекла и бетона. Так и должно быть, или это ошибка?
— Город должен развиваться, жить. Рядом со старыми домами может стоять совершенно современный дом. Когда талантливая, грамотная современная архитектура вписана в старую среду, она только подчеркивает ценности того здания, который находится рядом. Но она должна быть сделана настолько правильно стилистически, иметь такое большое количество архитектурных тонкостей, деталей, которые может выполнить только очень талантливый архитектор... Есть и такие здания, к которым надо либо привыкнуть, либо на них не смотреть…
— А что, построенное за последние десятилетия, может стать архитектурным достоянием Москвы?
— Квартал, где находилась фабрика «Большевик», в котором при реконструкции сохранили все, что там было. Всю его среду, эти маленькие улочки, переходы из одного двора в другой… Реставрация зданий стоит огромных денег, но делать это надо и просто необходимо. Очень хорошо сделан Парк имени Горького, Нескучный сад, парк «Зарядье» с его великолепным концертным залом, там вообще очень дружелюбное пространство. Две башни на Мосфильмовской улице, которые спроектировал архитектор Сергей Скуратов. У них очень интересная форма, свои особые архитектурные акценты. Они удивительно выглядят и во время тумана или дождя, и на солнце.
— У вас есть заветный проект, который хотелось бы осуществить?
— Я свою мечту осуществляю каждый день. Архитектор должен быть и актером, и режиссером, донести свою мысль до заказчика так, как актер свою мысль доносит до зрителя. Это и есть моя мечта.
Каждый раз в начале работы над проектом я сижу и вижу, что у меня ничего не получается. Все время думаю, что я ничего не умею и не знаю, как все это сделать. Через день-другой все встает на свои места и я начинаю с увлечением работать. Для нашей профессии это нормальное явление. Если ты не сомневаешься в себе самом, ты не архитектор. Нужно переживать внутри себя то, что ты делаешь.
ГДЕ НАУЧАТ
Архитектурное образование подразумевает обучение по специальностям «Архитектура», «Реконструкция и реставрация», «Дизайн архитектурной среды» и «Градостроительство». Получить его можно в МАРХИ, МГСУ, Госуниверситете по землеустройству и еще ряде вузов.
КСТАТИ
Архитектором Карлсон работает больше сорока лет, а театральным продюсером — заметно меньше. Шесть лет назад завзятый театрал Карлсон открыл театр «Пространство «Внутри». Поэтому не уди витель но, что в его архитектурном бюро работают только те, кто любит театр. «До шести часов вечера я архитектор, после — театральный продюсер», — не без гордости говорит он. Гордиться есть чем: на декабрь и январь билеты на все спектакли проданы.
