Сверкающее роскошное фойе большого зала Губернского театра разделено бордовым тяжелым занавесом. За ним — мини-зрительный зал в десяток рядов и небольшая сцена. В глубине ее — барная стойка, столики, стулья, полки с разноцветными бутылками. Мы в кафе, где не только наливают и выпивают (трезвенники, отвернитесь!), но выясняют странные отношения.
Здесь разворачивается стремительное действие спектакля режиссера Ольги Матвеевой «Кто сильнее?». В его основе — две камерные пьесы шведского писателя Августа Стриндберга «Кто сильнее» и «Пария».
— Я искала пьесу специально для фойе, — говорит Ольга Матвеева. — Я очень люблю это пространство. Мне кажется, оно максимально сближает артистов с публикой. Для артистов это очень сложный формат, но актуальный. В наше непростое время хочется прямого разговора со зрителем. У нас здесь, в фойе, уже идут два спектакля, и мне хотелось чего-то другого. Искала камерную пьесу — и нашла малоизвестные пьесы Стриндберга абсолютно в другом жанре. Так у нас в фойе сейчас формируется интересный репертуар.
Режиссер подчеркивает, что выбранные ею пьесы Стриндберга практически неизвестны российскому зрителю.
— У нас они не шли, — говорит Матвеева. — И хотя эти произведения написаны в конце XIX века и переведены на русский язык в начале XX века, текст и проблемы, о которых хотел рассказать Стриндберг, очень современны — наверное, потому, что человеческая сущность не меняется. Героини пьесы «Кто сильнее» — две актрисы, и поэтому здесь есть момент театральности, проникновение театра в жизнь и жизни в театр — и это очень интересно. А вторая пьеса «Пария» — это чисто мужская тема. Столкновение женского и мужского разговора, разделение женского и мужского пути — одна из главных тем, которые мы исследуем в спектакле.
Фото: Пресс-служба Губернского театра
У Стриндберга тут все герои безымянные. И это символично. Он свел их в один рождественский сочельник в одно пространство кафе. Здесь встречаются Актриса Х (Александрина Питиримова) и Актриса Y (Наталья Шклярук), Господин Х (Андрей Щеткин) и Господин Y (Евгений Сыркин). Из разговоров постепенно выясняется, что это вовсе не случайно. Это не чужие люди, их связывают довольно сложные отношения. Нам как свидетелям предстоит составить все звенья цепи, разобраться в прошлом и в настоящем, открыть тайные связи.
Режиссер называет жанр спектакля «психологическим детективом». Хотя преступники тут заранее известны. Но виновны ли? Вопрос. Тем интересней наблюдать за этой игрой самолюбий, которая по воле автора провоцирует нас на определенные чувства.
Вот один из героев, оправдывая себя, прямо заявляет:
— Господь требует всепрощения, а я — наказания. Каждый из нас лгал или крал в детстве. Некоторые люди до конца жизни остаются детьми, не в силах побороть в себе противозаконные порывы. Все зависит от случайности. Подвернется случай — и человек становится убийцей. Вот я убил человека. И не испытываю никаких угрызений совести.
Да, это вам не наш Родион Раскольников… Но и другой Игрек, надо сказать, тоже не подарок, у него свои скелеты в шкафу. То есть нам предлагают выбрать лучшее из худшего. Ведь по правилам игры, предложенной Стриндбергом, возможны только два финала: победа сильнейшего либо гибель одного из неприглядных героев.
Соединяя эти пьесы, режиссер как бы сталкивает две психологии — мужскую и женскую. Одна дуэль женская, другая — мужская. И никто здесь не виноват, и каждый виноват. Это по сути вызов дуальности как принципу нашей реальности. Звучит непривычно, выглядит абсурдно. И не каждый зритель будет готов к такой интерпретации.
Фото: Пресс-служба Губернского театра
Неслучайно, напомним, Стриндберг считается одним из предшественников театра абсурда. Многое из того, что мы видим на сцене, с трудом поддается логичному объяснению. Все достаточно условно — от букета тюльпанов до портфеля с артефактами, которые таскает с собой один из героев.
А двойственность героев еще подчеркивает их странная одежда — мужские рубашки и женские платья соединены как бы из двух разных половинок. Это придумала художник-постановщик Юлия Короткова. Абсурдность происходящего усугубляет музыкальное оформление спектакля — неожиданно звучащие то ли русские, то ли цыганские романсы в ярком исполнении хозяйки бара (Алина Ивах) и страстное испанское фламенко одной из героинь. Эту стилистическую вольность режиссер объясняет так:
— Хотя автор и швед, но очень хотел работать в европейском театре. В этих пьесах очень сильные темпераменты, соответствующие испанским. И само соревнование, борьба — это ж просто по правилам вендетты! Ведь не зря самая важная тема буквально вынесена в название: «Кто сильнее?». Мы получим ответ на этот вопрос в финале. И неоднозначный. И мне кажется, что у публики, сидящей в зале, появятся свои варианты ответа.
