Воины должны духовно осмыслять свои подвиги

В начале октября священник храма Рождества Пресвятой Богородицы в Крылатском, иерей Павел Когельман совершил очередную поездку в зону СВО. Сразу по возвращении он рассказал о своем пастырском служении корреспонденту «Вечерней Москвы».

— Отец Павел, в чем заключается ваша миссия в зоне СВО?

— Стараюсь помогать делу нашей общей Победы, чем могу. Сейчас работал со штурмовиками. Осознаю, что могу стать последней возможностью для них исповедоваться, залечить душевные раны. Они уходят в бой и могут уже не вернуться. Иногда есть ощущение, что я где-то недоработал или сказал немного не те слова.… Но священник — это не Господь Бог.

— Трудно найти душевный подход?

— Бывает, да. Я для себя решил, что надо сначала максимально приблизиться к ребятам по-человечески. Не надо сразу начинать с духовных наставлений. Например, я могу питаться в офицерской столовой. Но стараюсь ходить в обычную к бойцам — это очень их располагает! За обедом может завязаться разговор. Уходит смущение перед человеком в рясе, они понимают, что я вместе с ними.

— В чем заключается духовное испытание для бойцов?

— Война — это всегда кровь и смерть. Если не ты, то тебя. Вопрос, как боец к этому относится. Задача священника — помочь духовно осмыслить свое участие в ней. Одна из главных тем на исповеди — убийство. Это почти всегда тяготит бойцов. Потому что человек создан для другого: любви и созидания. Я всегда привожу слова Христа: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих». Кроме того, мы противостоим вероотступникам, которые предали заповеди Христовы.

— Вы имеете в виду раскольническую церковь Украины?

— И ее, и коллективный Запад, который устроил все это руками украинцев. Вы же видите правила жизни в Европе: однополые браки*, которые легализованы на церковном уровне, и даже разрешено таким союзам воспитывать детей; пропаганда идей отказа от рождения детей — чайлдфри**. С точки зрения христианства это является нарушением заповеди Божией, ведь Господь повелел людям плодиться и размножаться. Поэтому я объясняю бойцам, что война идет в том числе за истины Христовы.

— Каков наш противник?

— Славяне умеют воевать. И наш противник тоже силен и мотивирован, его поддерживает Запад. В их рядах много иностранных наемников, которые действуют с особой жестокостью даже к мирным жителям.

— Что мешает духовному пути бойцов?

— Это матерная брань. Не думайте, что я не понимаю ситуаций, в которых ругаются.... Но мы с вами также понимаем, что мат — это призывание дьявола, это язык бесов. И, конечно, эти слова работают против человека. Лучше промолчать, чем говорить эти слова. Если бранное слово вылетело, нужно про себя сказать несколько раз «Господи, помилуй». Грех не должен быть нормой. Конечно, не нужно все идеализировать и представлять, что воины будут разговаривать, как члены, скажем, Английского клуба в пушкинской Москве. Но есть масса слов-альтернатив матерным, которые выпустят эмоции, сохранив от призывания бесов.

— Александр Суворов тоже не матерился....

— Он говорил: «Молись Богу, от Него победа!». Кстати, в подразделениях, где командиры следят за чистотой речи (обычно это верующие командиры), боевой дух выше, а смертность ниже. Это факт, который признают и сами военные, и священники.

— У вас есть понимание, когда закончится СВО?

— Нет. Как Господь управит. Есть понимание, что Запад так просто не оставит Россию, создаст новые поводы для войны. Поэтому надо быть сильными: и духом, и оружием. И Россия победит, у нас нет другого пути. Иначе зачем все это нужно?

*Движение ЛГБТ признано экстремистским и запрещено на территории России.

**Пропаганда чайлдфри запрещена на территории России.