Берите пример с Золушки: актер Петр Борисенко откровенно о настоящей любви

Московская оперетта представила премьеру «Золушка» в постановке Жанны Жердер на музыку Андрея Семенова. «Вечерняя Москва» поговорила с исполнителем роли Короля, заслуженным артистом РФ Петром Борисенко, который скоро отметит свое 50-летие.

— Петр, проблематика «Золушки» актуальна сегодня?

— Конечно! Принц являет собой юношу избирательного, требовательного, неглупого. Хорошо женить такого — всегда задача не из легких. Король — это отец, нежно любящий своего ребенка, чувствующий его природу и переживающий за его будущий выбор. Как отец он точно понимает, какая девушка нужна сыну, но он не может ему ничего навязывать. Поэтому осторожно, шутливо пытается обратить его внимание на «правильных» кандидаток — у него есть понимание, какой должна быть настоящая принцесса, под стать принцу. Очень актуальные, я бы даже сказал, типичные сцены из жизни.

— Чему ваш Король может научить современных отцов?

— Рисунок этого персонажа, конечно, немного гротескный. Но это человек с характером. За яркой комической оболочкой скрывается глубоко порядочная личность, живущая по принципам доброты и любви. Он движим не просто желанием женить ребенка, но сделать его счастливым. В отличие, кстати, от мачехи, которая видит в браке возможность слияния капиталов и финансового обогащения. Поэтому главное, чему можно у него научиться, это безусловной любви. Хороший вы вопрос задали... Ведь «Золушка» — это, по сути, сказка-притча, в которой раскрывается один из основных законов бытия: о том, что такое настоящие любовь и счастье. Посмотрите, как легко и с улыбкой Золушка справляется с бытовыми задачами и хлопотами — она поет песни, улыбается. Да, в компании с мачехой и сестрами ей не до смеха, но, оставаясь один на один с массой задач, со своими проблемами, она не плачет. Она спокойно, с песней работает. В принципе, ее душа уже выросла до ощущения безусловного счастья. Осталось дождаться только принца. Когда это появляется, мы не видим, чтобы она надевала маску и что-то из себя изображала, дабы понравиться. Она остается всегда собой — безусловно счастливой. Золушка — это большой урок всем нам сегодня.

— В Театре оперетты вы работает более 25 лет. Театр стал для вас профессиональным домом?

— Театр-дом — это тот идеал, который достался нам от советского прошлого, ведь именно в СССР возникли государственные репертуарные театры, каждый из которых — со своим лицом, художественной линией, иногда даже театральным училищем. Современная Россия унаследовала это устройство, и сегодня мы живем в единственной в мире стране, где есть государственные репертуарные театры. Это наша гордость. Другой вопрос, что рыночные отношения не всегда могут гармонично ужиться с этим, и сегодня государственный театр вправе приглашать на сцену разные театральные проекты. Это как раз случай Театра оперетты. Когда я в него пришел, он был именно домом — я застал эти времена. Однако сейчас я бы его охарактеризовал как коммунальную квартиру, в которой уживаются несколько квартирантов. Помимо нас здесь еще артисты из постановок, созданных не силами нашего театра. Я имею в виду мюзиклы «Анна Каренина», «Граф Орлов», «Монте-Кристо». Причем однозначно сказать, что это плохо или хорошо, нельзя. Это жизнь, это развитие нашего театра. Я оптимист и всегда нахожу в любой ситуации положительные факторы.

— Вы работаете как педагог — готовите артистов музыкальных театров. Какие они, современные студенты?

— Буду честен: они очень плохо образованны. Уровень общей образованности первокурсников за гранью добра и зла! Нормой стало, что человек 17–19 лет сегодня не знает, что такое мавзолей Ленина и для чего он вообще нужен. К четвертому курсу они худо-бедно понимают, что тот самый Ленин лежит в этом мавзолее, что мавзолей — это его усыпальница. Кстати, у современной молодежи есть еще одна не очень, на мой взгляд, хорошая черта: в них практически ни в ком нет энтузиазма, который позволил бы работать и перерабатывать во имя идеи, в нашем случае — во имя искусства театра. Первое, о чем они думают, когда возникает ситуация сделать что-то сверх, — это гонорар, который они получат, и, если он будет низким, они без стеснения откажутся.

— В чем отличие оперетты от мюзикла?

— В оперетте почти всегда — счастливый финал, и музыкальные номера не становятся узловыми в развитии сюжета. Если вырезать в оперетте одну из арий или дуэт, повествование сохранит логику и смысловую целостность. В мюзикле с точностью до наоборот: музыкальные номера наделены узловым значением для развития сюжета, и убрать их нельзя, иначе повествование нарушится. И, конечно, финал в мюзикле может быть только эффектным, сражающим наповал, и зачастую это отнюдь не мир и любовь…

— Получается, что оперетта — легкий жанр, а мюзикл — нет.

— Тут надо, конечно, понимать, какой драматургический материал лежит в основе спектакля. Можно сказать, что на мюзикле зрителя заставят всерьез подумать о происходящем на сцене, а на оперетте можно отдохнуть и, что называется, отвести душу.

— На сцену вместе с вами выходит ваша единственная 5-летняя дочь. Отцовство вас изменило?

— Да, безусловно! Сдвинулись ценности. Дети — самое главное, что может быть у человека. Сегодня у меня другой смысл жизни. Понимание сверхзадачи стало обширнее и глубже.

ДОСЬЕ

Петр Борисенко родился 22 декабря 1975 года в Москве. В 1998 году окончил РАТИ (ГИТИС). В том же году зачислен в труппу Московского театра оперетты. Заслуженный артист России. Воспитывает дочь. На досуге увлекается садоводством, путешествиями, просмотром телепередач о природе. Любит перечитывать Николая Гоголя, Александра Куприна. Девиз: «Жить по совести!»