«Делюсь всем, что узнаю сам»: актер Валерий Николаев роль телеведущего считает подарком

При упоминании имени нашего гостя девушки 1990-х годов лишались чувств: после сериала «День рождения Буржуя» на актера Валерия Николаева обрушилась невероятная слава.

Мы пригласили Валерия в студию сетевого вещания «Вечерней Москвы», чтобы расспросить о необычной роли, которую он недавно примерил на себя.

— Актер, постановщик, танцор… Валерий, а ведь многие не знают, что у вас фантастически многоплановое образование. Удобный момент немного похвастаться. Вы начинали учиться у Олега Табакова?

— Красочно вы мою скромную персону представили, спасибо. Я поступил в Школу-студию МХАТ на курс к Виктору Карловичу Монюкову. Но, увы, весной 1984 года его не стало, в конце первого курса несколько человек из нашего потока ушли в армию, а вернулись уже на курс Олега Павловича. Было самое начало перестройки. Он требовал от нас активной жизненной позиции, не принимал проявлений лени и готовил нас к тому, что этой профессией заработать на хлеб могут немногие, на хлеб с маслом — тем более, а с икрой — вообще единицы. И эта жесткая подготовка очень пригодилась.

Хотя нам повезло; после поднятия «железного занавеса» мы начали ездить по обмену на стажировки за границу. Для меня это была и школа «Джульярд» в США, и «Барбикан Центр» в Лондоне, и курсы джаза и степа во Флоридском университете. Мы собственными глазами увидели то, о чем и мечтать не могли: «Корус лайн», «Короля льва», «Кэтс». Впечатленные, мы возвращались домой, начинали как-то это перерабатывать, применять в своих спектаклях. В результате получались достаточно интересные вещи. Ближе к окончанию института мы поставили спектакль на джазе и степе — «Несколько танцев под шум дождя».

— Это была «бомба»!

— Ну, во всяком случае, спектакль шел в репертуаре театра лет шесть или семь лет. А потом мы сделали еще более экспериментальный спектакль, где вообще не было текста: мы брали ситуации, когда слова еще не нужны или уже не нужны. В его основе лежали песни нашего товарища. Это был спектакль о том, что касается каждого: о рождении, взрослении, любви, ревности, смерти, воскресении… Резо Габриадзе, посмотрев спектакль, нас похвалил, и это окрылило.

— А как вы относитесь к экспериментам, которые происходят в театре сейчас?

— Не могу сказать, что я много хожу в театр, разве что на Таганку. Там труппа классная, и она готова реализовывать максимально сложные проекты. Когда оцениваешь результат, премьеру, думаешь: «Как это органично, просто, легко и увлекательно». Но сколько за этим стоит работы — можно лишь догадываться.

— У вас солидный список киноролей за плечами, работа с Филиппом Нойсом, Оливером Стоуном и Стивеном Спилбергом. Каково это — играть у таких режиссеров?

— Началось все с Нойса, с работы в картине «Святой». Это был серьезный фильм с бюджетом 98 миллионов долларов.

Были масштабные съемки в Москве, на Красной площади, — рядом с ГУМом строились декорации. Потом планировались съемки подземных коммуникаций в Москве, но их отменили и построили такие же на студии Пайнвуд в Лондоне. Это было сделано уникально.

Там соблюдалась циркуляция воды, соорудили каменные своды — фантастика! Мне этот опыт дал понимание того, что в кино нет незначительных деталей. По сюжету мой герой пытается поймать героя Вэла Килмера и бежал за ним по набережной. Килмер ныряет, держится за кусок льда и уходит под воду. Он смотрит вверх — вода колышется, виден мой силуэт у парапета. Ради этого эпизода они выстроили декорацию набережной длиной 50 метров...

Нойс — удивительный человек. Австралийцы близки к нам по мировоззрению и мировосприятию, общительны. У нас сразу все сложилось. Были даже моменты, когда он разрешал мне некое хулиганство. Скажем, я делал дубль столько раз, сколько нужно, а потом он разрешал сделать дубль так, как я хочу. И иногда это принимал.

Со Стоуном и Спилбергом все тоже оказалось просто. К Стоуну на пробы я приехать не мог, но мы их отсняли и отправили ему. А месяца через полтора мне позвонили... О том же, что меня взяли к Спилбергу, агент сообщила мне в 4:30. Я и не понял сначала… Получив роль, после восторга через минуту накрывает мысль: «Теперь надо как-то сыграть это достойно…». Но в целом в Голливуде нас не ждут и своего не отдадут.

— У вас был опыт телеведущего — на ТНТ и на Первом. И вот — возвращение, у вас новая роль: на канале «Москва. Доверие» с марта выходит программа «Время Московское». И вы — ее ведущий.

— Предложение стать ведущим такой программы было для меня подарком. У меня не было иллюзий, что я знаю Москву: я понимаю, что можно прожить здесь всю жизнь и так до конца ничего и не узнать.

— Вы ведь москвич. Где, кстати, ваша малая родина?

— Я обычно в форме загадки говорю: я родился там, где в «Гарри Поттере» продавали волшебные палочки. В Косом переулке, недалеко от Новослободской. Но потом родители каким-то чудом получили квартиру, и мы уехали на Водный стадион. А школа моя находилась на Войковской, рядом с микрорайоном «Лебедь» — знаменитыми домами на ножках. Рядом был берег Химкинского водохранилища, мы уже в мае могли там купаться. Мы гуляли во дворах, в подъездах все друг друга знали. Хорошее время...

— Вы снимаете программу по годам…

— Да, начав с 1947 года. И как бы наблюдаем все происходившее: карточки, отмена карточек, как потихонечку все выстраивалось, как пошла стройка, стало полегче с продуктами, как люди зажили чуть лучше… Это время молодости моих родителей. Невероятно интересно узнавать больше о том, как строились высотки и станции Кольцевой линии метро, эти дворцы, куда мы водим иностранцев и к которым сами так привыкли, что даже неловко. История сталинок, повышение зарплат с параллельным понижением цен в магазинах, которое происходило дважды… А эти телевизоры с линзами! Москва — неисчерпаемый кладезь того, о чем хочется рассказать.

— Вы — ведущий-всезнайка?

— Как раз нет. Я вместе с руководством канала пытаюсь создать образ ведущего не в хрестоматийном понимании. У нас это, скорее, человек, который только что узнал что-то новое и страшно хочет пережить это вместе с близкими.

— Из отснятого блока было что-то, что вас отдельно поразило?

— В каждой передаче что-то такое есть. Например, я не знал, что в войну все приемники были у людей изъяты, потому что по радио шла активная немецкая пропаганда. Потом они потихонечку возвращались. А вы знали, что мобильный телефон был изобретен в СССР в 1953 году?

— Фантастика. И не слышала! Буду смотреть!

— А мы постараемся удивлять и дальше.

ДОСЬЕ

Валерий Валерьевич Николаев родился 23 августа 1965 года в Москве, советский и российский актер театра и кино, кинорежиссер, сценарист, хореограф-постановщик, телеведущий. Снялся в 70 с лишним кинокартинах.