Обожают Достоевского, но «теряют» юмор Чехова: какие русские книги популярны в Китае

В Пекине прошла Московская литературная неделя. Жители Поднебесной проявляют большой интерес к русскому искусству. Много студентов изучают наш язык и литературные произведения у себя на родине и здесь, в России. Книги дают им возможность узнать больше о нашей стране. О том, какие русские авторы известны жителям Поднебесной, «Вечерней Москве» рассказали эксперты Российского университета дружбы народов имени Патриса Лумумбы.

Произведения русской школьной литературы для нас — неотъемлемая часть национального культурного кода. Знакомство начинается еще со школьной скамьи. Но задумывались ли мы, как известные нам произведения воспринимают иностранцы?

Конечно, они смотрят на нашу литературу более дистанцированно и аналитично. На их восприятие влияет призма их собственной культуры. Например, китайцы оценивают наши произведения так же, как мы это делали в советский период.

Множество пересечений

Русская литература в Китае исторически занимает особое место среди зарубежных произведений.

— По словам самих жителей Поднебесной, книги наших авторов традиционно считаются самыми популярными в стране среди зарубежной литературы, — рассказывает кандидат филологических наук, доцент кафедры русской и зарубежной литературы филологического факультета РУДН Карина Галай. — Еще в начале 20-го века существовало «Движение за новую культуру» (культурное движение в Китае середины 1910-х и 1920-х годов, направленное на создание «новой китайской культуры», основанной на мировых и западных стандартах. — «ВМ»), в рамках которого китайские писатели заимствовали темы из русских классических произведений и вносили их в свою национальную литературу.

Схожий опыт

Карина Галай отмечает среди китайцев устойчивый интерес к классикам 19-го века — Льву Николаевичу Толстому, Федору Михайловичу Достоевскому, Ивану Сергеевичу Тургеневу, Антону Павловичу Чехову.

— Кроме того, высок интерес к ключевым фигурам 20-го века: к Михаилу Афанасьевичу Булгакову, Ивану Алексеевичу Бунину, Максиму Горькому, Владимиру Владимировичу Набокову, а также поэтам Серебряного века и писателям «деревенской прозы» — Валентину Григорьевичу Распутину и Василию Макаровичу Шукшину, — отмечает эксперт. — Интерес также вызывают произведения, где есть отсылки к «историческим травмам».

Произведения о революции, Гражданской войне и нарративы катастроф в современной русской литературе позволяют китайским исследователям осмыслять свой собственный опыт социальных потрясений 20-го века.

— Также китайцам интересно исследовать рецепции русской литературы: то есть как наш автор «вошел» в китайскую литературу и повлиял на формирование того или иного китайского писателя, — отмечает Карина Галай. — Изучают влияние прозы Антона Чехова на Ба Цзиня (китайского писателя и переводчика. Он считается одним из классиков современной китайской литературы. — «ВМ»). Какие-то темы были заимствованы, какие-то трансформировались в зависимости от национального мировоззрения, а бывает и так, что один автор «спорит» с другим в своих произведениях, и это мы тоже рассматриваем как влияние.

Универсальные категории

Популярность русских произведений в Поднебесной обусловлена несколькими факторами. Их можно проследить в тематических работах китайских исследователей. Например, уверенно можно сказать, что в Поднебесной интересуются теми русскими писателями, чьи произведения по тематике совпадают с философскими и эстетическими поисками самих китайцев. В их национальной литературе часто поднимается тема страдания или нравственного выбора. Понятно, что они ищут их раскрытия и в зарубежных произведениях: это знакомый мотив, который, кроме всего прочего, помогает сравнить собственную историю и философию с историей зарубежной.

— Поиск справедливости и смысла жизни в произведениях Достоевского и Льва Толстого в Китае тоже очень любят, так как они созвучны культурной традиции этой страны и конфуцианской этике, — рассказывает филолог. — Экзистенциальные категории страха и одиночества у Антона Чехова, например, в принципе универсальны, поэтому находят отклик у китайского читателя. Хотя на некоторые произведения они смотрят совершенно под другим ракурсом. Так, например, вырубка вишневого сада в чеховской пьесе воспринимается китайской аудиторией как избавление от старого и путь к новому, то есть скорее положительно, в отличие от нас.

Кроме того, жителям Поднебесной интересна критика социальной действительности в литературе. На эту тему они смотрят сквозь призму своей истории, которая имеет много схожего с историей СССР и России.

— Им очень интересна специфика советского и постсоветского контекста. Наши аспиранты исследуют такие явления, как «нарратив-катастрофы», «экзистенциальная травма» и «коллективная память», специфику советской идеологии и ее отражение в литературе, — делится опытом доцент.

Оттенки смыслов

Среди прочих тем — проблема нравственности, семьи, конфликта личности и общества, тема маленького человека, изображение простого крестьянского быта и эволюция образа женщины. Эти темы универсальны и имеют глубокие корни в китайской культуре.

— А вот сложнее читателям Поднебесной понять русский постмодернизм. Для этого требуется глубокое погружение в историю России 20-го века. А для ее изучения, разумеется, нужно уделить достаточно сил и времени. Кроме того, языковая сложность и метафорическая плотность текстов некоторых писателей и поэтов постмодернизма требуют от исследователей высокого уровня владения языком и теорией литературы, — отмечает Карина Галай. — Ведь наш постмодернизм — это литература намеков. И если русский язык не родной, уловить все их оттенки будет сложно.

При переводе теряется слог

На самом деле проблема, скажем так, «языкового барьера» при восприятии русских текстов китайскими читателями присутствует, несмотря на наличие переводов. В этом на своем опыте убедилась китаянка, аспирант института иностранных языков РУДН И Аньжань.

— Первым прочитанным произведением русской классики у меня была повесть Александра Пушкина «Капитанская дочка». Сначала я познакомилась с ней в китайском переводе: поняла основной сюжет и характеры героев, но многие нюансы упустила. Когда я прочитала оригинал, мое восприятие полностью изменилось, — отмечает девушка. — Во-первых, я почувствовала легкость и музыкальность пушкинского слога. Перевод, к сожалению, не может передать всю красоту коротких и точных выражений писателя. Во-вторых, многие разговорные обороты, старинные слова и народные выражения раскрыли мне тонкий юмор и отношение автора, которые терялись при переводе. Также я заметила мелкие смысловые нюансы в диалогах героев: его настроение и скрытые чувства лучше передаются в оригинальной лексике.

И Аньжань отмечает, что в Китае иначе распределена популярность русских писателей. В России главным светилом обычно считают Александра Сергеевича Пушкина: его начинают даже дошкольники.

— В Китае он тоже очень известен, его стихи и повести изучают в школах и вузах. Но по популярности массового читателя его обгоняют Лев Толстой и Федор Достоевский, — делится наблюдениями девушка. — Мы больше любим эпохальные романы с глубоким философским смыслом, например «Война и мир», «Преступление и наказание», «Братья Карамазовы». Огромной популярностью также пользуется Антон Чехов: его рассказы и пьесы часто ставят в китайских театрах. Они близки нашему пониманию обыденной жизни.

У самой И Аньжань любимый русский автор — Федор Михайлович Достоевский. Больше всего девушке нравится его «Преступление и наказание».

— Мне близко то, как писатель глубоко разбирает человеческую душу, внутренние конфликты, страхи и сомнения каждого героя. Раскольников — очень сложный, живой персонаж, его теория о «необыкновенных людях», муки совести после убийства заставляют задуматься над вопросами добра, зла, справедливости и ценности человеческой жизни. Федор Достоевский не дает простых ответов, он заставляет читателя рефлексировать, задумываться над моральными выборами. К тому же описание Петербурга в романе очень впечатляющее! Я теперь, гуляя по городу, чувствую ту атмосферу, которую Федор Михайлович описал в своей книге, — признается она.

Книга раскроет историю страны

С авторами, которые не нашли особенной популярности у читателей Поднебесной, в обязательном порядке знакомятся студенты, изучающие русский язык. Как только они более-менее его осваивают, начинают читать простые произведения: адаптированные русские народные сказки, маленькие рассказы Льва Толстого, короткие рассказы Антона Чехова, стихотворения Александра Пушкина.

— По мере понимания русского языка объем произведений увеличивается. Сначала в адаптированном виде, потом уже в оригинале, — рассказывает Карина Галай. — В учебных программах китайских вузов русская литература занимает серьезное место. Обязательны для изучения классические произведения: «Слово о полку Игореве», творчество писателей 19-го и 20-го веков.

Причем русская литература рассматривается не только как знакомство с искусством владения словом или изучение объекта филологического анализа. Значительное внимание уделяется ее историко-культурному контексту: произведения становятся зеркалом эпохи, источником для понимания российской истории, национального характера и духовных исканий народа.

— В китайских вузах образовательные программы часто включают в себя сопоставление литературных произведений с историческими событиями, философскими и религиозными течениями России. Или, например, сравнение с китайскими авторами — так как с ними тоже есть много схожего, — уточняет филолог.

Русская литература помогает китайским студентам глубже понять российскую ментальность, систему ценностей, отношение к семье, природе, религии и государству. Благодаря чтению студенты открывают для себя такие черты, как склонность к рефлексии, поиск смысла жизни, особое отношение к справедливости и состраданию. Произведения русских классиков позволяют увидеть культурные различия и сходство между народами, а также познакомиться с уникальными российскими реалиями — как люди жили, о чем думали, о чем спорили.

— Произведения литературы содержат действительно весьма наглядные примеры всего этого, — считает И Аньжань. — Читая «Капитанскую дочку», я впервые познакомилась с событиями Пугачевского восстания. А роман Льва Толстого «Война и мир» сильно расширила мое понимание российской истории начала 19-го века и характера русских людей. До прочтения я знала только сухие факты о войне с Наполеоном из учебников, а роман показал эти события через судьбы дворян, крестьян, офицеров. Я поняла, что для русского народа «Отечество» — это не просто «государство»: это родная земля, семья, простые люди. Также Лев Толстой описывает традиции русского дворянства, домашние праздники, отношения между господами и крестьянами, религиозные убеждения. Благодаря этой книге я разобралась, откуда рождаются понятия «русская душа» и «патриотизм», а также способность русских людей объединяться.

Любопытен другой взгляд

Интерес китайцев к нашей культуре абсолютно взаимен. Российский читатель тоже неравнодушен к литературным произведениям Поднебесной: для нас это возможность увидеть мир через призму другой культуры, других ценностей.

— В китайской литературе очень специфический юмор, не всегда понятный нашему читателю. Местами затрагиваются болезненные темы, а также то, как современные китайцы осмысляют травматичный опыт 20-го века — войны и культурную революцию. Но все это позволяет разрушить стереотипы и увидеть через культуру настоящий, живой, сложный и стремительно меняющийся Китай. Литература Поднебесной очень трагична, кстати. Она раскрывает все сложности национальной истории. О многих печальных событиях в ней наш читатель не догадывается.

Самые известные сегодня произведения китайской литературы у российского читателя — это фантастика. Популярен писатель Лю Цысинь и его трилогия «Воспоминания о прошлом Земли», особенно роман «Задача трех тел». А абсолютный лидер среди авторов Поднебесной по продажам в России — писательница Мосян Тунсю и ее фэнтези-романы «Благословение небожителей» и «Магистр дьявольского культа».

— Популярны и нобелевские лауреаты, конечно же. Например, Мо Янь, написавший романы «Смерть пахнет сандалом», «Большая грудь, широкий зад». Также популярен Лу Синь, — перечисляет филолог. — Конфуций тоже известен нашему читателю, но в основном среди студентов-филологов и философов.

В жанре детектив и остросюжетная проза лидируют Чжоу Хаохуэй и его трилогия «Письма смерти», Цзы Цзиньчэнь и его «Долгая ночь».

— Советское время наш читатель выбирал таких авторов, как Лу Синь и Мо Янь, особенно его «Красный гаолян» после выхода одноименного фильма.

Общие смыслы

Китайская классическая литература формировалась под сильным влиянием конфуцианства, даосизма и буддизма. В ней доминируют темы гармонии с природой, долга перед семьей и государством, социальной иерархии и коллективизма. В русской же литературе центральное место занимает глубокий психологизм, «проклятые вопросы» бытия и богоискательство. Местами наши авторы и писатели Поднебесной поднимают одни и те же вопросы, рассматривая их через призму собственного национального опыта. Именно он и делает произведения интересными для зарубежной аудитории.

Библиография

Мо Янь — «Лягушки»

Главная героиня — акушерка Вань Синь. Она помогла появиться на свет сотням детей. Но потом в Китае вводят политику «одна семья — один ребенок». Вань Синь приходится делать обратное: препятствовать рождению малышей.

Лу Синь — «Записки сумасшедшего»

Рассказ, вышедший в 1918 году. Он стал ключевым произведением в истории новой китайской литературы: рассказ стал первым текстом, написанным на современном разговорном языке байхуа.

Справка

Пекинский университет иностранных языков — это один из ведущих вузов Поднебесной, специализирующийся на изучении иностранных языков, международных отношений и межкультурной коммуникации. Русский язык преподают в этом вузе с 1941 года. Помимо него студентам доступны еще сотни иностранных языков, включая редкие. В университете представлены языки всех стран, с которыми Китай установил дипломатические отношения.

Необоснованное применение закона о нежелательных организациях и иностранных агентах может привести к изъятию до 15 процентов фондов публичных и научных библиотек и до 70 процентов в муниципальных библиотеках. Об этом говорится в отраслевом докладе Минцифры. Это не единственное изменение, коснувшееся сферы книжного издательства РФ за последнее время. Подробнее об этом, а также о том, считается ли преступлением покупка книг иноагентов, — в материале «Вечерней Москвы».