Немного за 40: как миллениалы и бумеры снова стали востребованы на рынке труда

Российский рынок труда взрослеет на глазах. Средний возраст работника в России сегодня превышает 42,5 года, а наибольшую долю занятых — около 27 процентов — составляют люди 40–49 лет.

Компании вынужденно разворачиваются в сторону тех, на кого раньше старались не обращать внимания — миллениалов и бумеров. По данным Росстата, за последние 10 лет средний возраст специалиста в компании увеличился на два года. Это рекордный показатель за все время наблюдений.

Представьте себе картину: офис в компании, из переговорной комнаты доносятся голоса. Сотрудники разговаривают с начальниками отделов.

Первый сотрудник:

— Да вы не переживайте! Это даже хорошо, что вы мне не платите деньги! Если бы вы платили, я бы думал, что жена со мной только из-за денег. А так у меня нет жены. Теперь нет…

Второй сотрудник:

— А если я пойду на тимбилдинг, мне заплатят? Нет? Тогда сами свои канаты перетягивайте.

Второй сотрудник:

— Я в командировку поеду только при условии размещения в пятизвездочном отеле.

Первый сотрудник:

— Да какие командировочные?! У меня родственники в каждом городе есть — я, если что, у них переночую. Суточные тоже не нужны. Я жене скажу — она мне бутербродов наделает…

Этот шуточный рилс (формат коротких вертикальных видео в соцсетях. — «ВМ») комика Галыма Калиакбарова о разном отношении миллениалов и зумеров к работе за день собрал более 50 тысяч просмотров. Он сразу залетел в сердца людей, вероятно, потому что многие узнали в нем себя. Первый сотрудник — это миллениал, то есть человек в возрасте 35–45 лет, а второй — зумер, которому около 30 лет.

Вот эта расслабленная, отчасти даже снобистская позиция зумеров, ставшая источником бесконечных шуток и мемов, обусловлена повышенным вниманием к ним со стороны работодателей, которые еще несколько лет назад предпочитали закрывать все вакансии молодыми специалистами. Считалось, что они лучше разбираются в новых цифровых технологиях, поскольку «родились со смартфоном в руке». Поэтому эйчары шли им навстречу, привлекая различными корпоративными бонусами. Однако в последнее время ветер сменил направление. Согласно данным одного из сервисов по поиску работы, за этот год работодатели стали в два раза чаще приглашать на работу сотрудников старше 40 лет. По заявлению министра труда и социальной защиты России Антона Котякова, сотрудники в возрасте от 40 до 45 лет стали одной из самых востребованных категорий специалистов на рынке труда. Интересно, а что случилось?

Опыт против амбиций

Ведущий менеджер по подбору персонала компании «Электрорешения» Александр Ярушин отмечает новую тенденцию:

— Сегодня на рынке труда происходит удивительная трансформация. Раньше искали «молодых и амбициозных», а сейчас появился спрос на «опытных и надежных». Причем эта тенденция заметна во всех сферах. Посмотрите на рекламные баннеры сетей фастфуда или магазинов. Пару лет назад на них можно было увидеть студентов, зазывающих на подработку, а сейчас рядом со студентами появились люди 40+, которые рассказывают, что работа в этих сетях удобная и надежная…

Социологи связывают этот спрос с «демографической ямой» — молодых сотрудников на всех сегодня просто не хватает. Но эксперты в области подбора персонала считают, что это далеко не единственная причина «взросления» рынка труда. Так, устойчивой тенденцией последнего времени стал рост промышленного производства. Новые предприятия появляются по всей стране. В одной только Москве рост промышленности в прошлом году составил 3,9 процента по сравнению с предыдущим годом. По словам заместителя мэра Москвы по вопросам транспорта и промышленности Максима Ликсутова, объем производства обрабатывающих отраслей увеличился на 4,5 процента. Обеспечивать работу новых предприятий должны квалифицированные специалисты, которых сегодня не хватает. И, несмотря на программы обучения и переобучения, действующие на большинстве предприятий, зумеры не торопятся туда устраиваться. Да и сами работодатели предпочитают видеть на этих позициях людей постарше.

— У молодых людей есть определенные требования к работе, — считает Михаил Кирьянов, старший менеджер по HR-маркетингу консалтинговой компании. — Для них важны психологический комфорт, доверие, гибкий график и баланс между работой и личной жизнью. Они не готовы долго мириться с перегрузками или некомфортной атмосферой и могут быстро сменить место работы.

Некоторые даже не предупреждают об этом работодателя — явление, когда сотрудник, не объясняя причин, вдруг не является на рабочее место, получило у эйчаров название «гостинг» (от английского ghost — призрак). А в рамках производственного цикла с жесткими сроками «гостинг» оборачивается простоем для предприятия, а замена сотрудника и обучение новичка — дополнительными расходами. В итоге подобные поиски призвания могут влететь компании в копеечку. И это не говоря уже о «плюшках», которые молодые люди требуют на собеседовании, включая модный офис, систему мотивации, корпоративные вечеринки, медицинский полис, тренажерный зал в шаговой доступности... И если пять лет назад корпоративы еще можно было вписать в бюджет, то сегодня, в условиях кризиса, когда под сокращение попадает все, что можно без ущерба для операционной деятельности убрать, проще сократить сотрудника с завышенными ожиданиями, чем воплощать их в жизнь. Или вообще не брать. В то время как специалисты «за 40» равнодушны к «корпоративному театру» — геймификации, ритуалам награждения и искусственно сконструированным карьерным трекам. Главное для них — возможность работать, вовремя получать зарплату и самостоятельно принимать решения.

Да и работа на производстве молодым людям нередко дается с трудом. По словам эйчаров, зумер, выросший в среде постоянной стимуляции и мгновенной обратной связи, физически хуже переносит необходимость выполнять однообразную операцию восемь часов подряд. А сотрудник 40+ воспринимает рутину как норму, а не как испытание. Да и к переработкам относится проще: если надо, выйдет, главное — чтобы они были оплачены.

— В логистической отрасли наблюдается кадровый дефицит, в том числе и по складскому персоналу всех уровней: водителей грузового транспорта, погрузчиков, приемосдатчиков, — говорит Татьяна Козлова, директор по персоналу. — Молодежь отказывается устраиваться на эти позиции, поэтому сейчас их закрывают возрастные сотрудники. Для водителей грузового транспорта средний возраст сейчас составляет 50 и старше. Для сотрудников склада — 40 плюс. И дальше, по нашим прогнозам, возраст сотрудников может только увеличиваться.

Роль управленцев не для них

Нехватка молодых специалистов среднего звена наблюдается не только в промышленности, но и в культурной сфере. Мы сидим в кабинете Алексея Левыкина, директора Государственного исторического музея, одной из главных культурных институций в стране. Обсудив все важнейшие вопросы, стоящие перед музеем, мы незаметно переключаемся на больную тему — кадры.

— В нашей отрасли дефицит кадров, — сокрушается он. — И прежде всего не хватает управленцев, из которых потом вырастает высшее руководство. Такой специалист должен уметь управлять коллективом, определять развитие вверенного ему подразделения, принимать на себя ответственность…

А именно последнее и не входит в зону приоритетов молодых людей. На это обратили внимание исследователи из консалтинговой компании Development Dimensions International, пришедшие к интересному выводу. Оказывается, поколение Z почти в два раза чаще, чем предыдущие, избегает управленческих ролей, чтобы соблюсти баланс между работой и личной жизнью. Этот тренд на рынке даже получил название conscious unbossing (с английского — осознанный отказ от роли начальника). Все это связано с тем, что сотрудник стремится избежать стресса и переработок.

Выдержка важнее, чем улыбка

Зато миллениалы стресса не боятся, как они сами признаются, для них он «не баг, а фича»*.

— Взрослое поколение отличается высокой стрессоустойчивостью, — замечает Александр Ярушин. — За последние 40 лет страна прошла через череду кризисов. А значит, старшие сотрудники лучше готовы к работе в период неопределенности, и им всегда «есть с чем сравнить».

А в кризисное время ответственные решения приходится принимать на каждом шагу, поскольку цена ошибки резко возрастает.

— Сейчас многие большие технологические и финтех-компании заморозили наем и стараются удерживать специалистов с опытом 10–12 лет в индустрии, — объясняет бизнес-психолог Ксения Ларькина. — Это как раз сотрудники в возрасте 30–40 лет и старше, уже обладающие необходимой экспертизой.

Бизнесу все чаще нужны специалисты с развитым профессиональным суждением. Это люди, способные выполнить задачу и сделать выводы, оценить последствия решений и посмотреть на ситуацию на несколько шагов вперед. Помимо финтеха специалисты «за 40» востребованы в сфере управления командами, продажах и финансах, где важен опыт и наработанный социальный капитал, а также в медицине.

— Кроме того, это позиции с прямым контактом с клиентом или подчиненными, где нужна не улыбка, а выдержка: диспетчеры, бригадиры, администраторы, — дополняет Ольга Шаповалова, CEO компании по аутсорсингу линейного персонала «Константа». — В этих сферах конфликт гасится не эмоцией, а опытом. Человек уже видел подобную ситуацию раньше и знает, чем она закончится.

Есть и еще одно преимущество старших сотрудников перед младшими. Первые не боятся живого общения.

— В эпоху мессенджеров и нейросетей многие предпочитают решать вопросы в переписке, — объясняет Дарья Елисеева, руководитель группы профессионального подбора. — Парадокс, но сложные переговоры с приходом ИИ стали больше требовать участия человека. Важно уметь работать с возражениями и выстраивать доверие.

Не все молодые люди обладают необходимыми навыками живого общения, поэтому на переговоры с клиентом или подрядчиком отправляют тех, кто постарше.

Где рулит молодость

Впрочем, есть позиции, где зрелость — до сих пор недостаток. Как правило, к ним относятся должности с высокой скоростью смены инструментов и интерфейсов: новые кассовые системы, мобильные приложения для курьеров, автоматизированные складские терминалы. Там, где молодой сотрудник осваивается за день, зрелому иногда нужна неделя адаптации. К ним же относится рынок труда, сферы digital и информационных технологий.

— Здесь возрастная дискриминация по-прежнему актуальна, а массового тренда на привлечение специалистов в возрасте не наблюдается, — замечает Виктория Шафран, основатель HR-сообщества. — Сотрудников старше 40 лет увольняют даже при внушительном стаже, например, если человек проработал в одной компании более 15 лет. Исключения возможны, но они скорее подтверждают правило: кандидата старше 40 могут пригласить, только если речь идет о редком, высоковостребованном специалисте с уникальными компетенциями.

При этом нельзя сказать, что происходит перераспределение сотрудников по возрасту: и если управленческие позиции молодым людям не предлагают, то на линейные должности в ИТ их встретят с распростертыми объятиями, котиками и ДМС. Вопреки надеждам и ожиданиям зумеров, количество вакансий в цифровых отраслях не увеличивается, поскольку часть функций взяли на себя искусственные инструменты.

Дешевле удержать, чем обучить

Экономика предприятий сегодня тоже не на стороне «молодых да ранних». По словам Ольги Шаповаловой, удерживать сотрудника дешевле, чем обучать новичка.

— Каждая замена линейного сотрудника обходится команде примерно в полтора его месячных оклада, — говорит она. — Это подбор, адаптация, потеря производительности на старте, риск ошибок новичка. При текучести линейного персонала выше 50 процентов в год, что для многих отраслей уже норма, удержание опытного сотрудника — это забота не о нем, а о жизнеспособности компании.

С другой стороны, этот расчет также применим и для цифровых отраслей, где обучать приходится уже сотрудников в возрасте. Поэтому лучшим решением для грамотного руководителя является соблюдение кадрового баланса с использованием сильных сторон каждого поколения. Так, старшие сильны в переговорах, управлении, особенно в кризисном, и наставничестве, младшие — в скорости внедрения новых решений, обучаемости и творчестве.

Сохранение специалистов с большим опытом, развитым профессиональным суждением, происходящее с параллельным «выращиванием» молодых кадров рядом с ними, — залог выживаемости любого предприятия в кризисное время.

ВАЖНО!

Более трети выпускников российских вузов оказываются избыточно образованными для своей работы. Анализ проводили исследователи НИУ ВШЭ на основе данных мониторинга Минтруда и Роструда. Меньше всего «переквалифицированных» специалистов в образовании, здравоохранении, ИТ и науке, больше всего — в торговле, на транспорте, а также в финансах и страховании.

КСТАТИ

Самый возрастной специалист в нашей стране — медик из Казани Юрий Обрезков. Он попал в Книгу рекордов России в номинации «Наибольший возраст врача скорой медицинской помощи в России». Врач-психиатр получил сертификат в декабре 2019 года — в возрасте 81 года 5 месяцев и 13 дней. Попадание Юрия Обрезкова в Книгу рекордов России для него самого стало неожиданностью. Заявку втайне от врача подал его внук. Психиатру скоро 88 лет, и уходить на пенсию он не спешит, несмотря на сложный график.

ПРИМЕЧАНИЕ

Фраза «не баг, а фича» (от англ. It’s not a bug, it’s a feature) — это ироничное выражение из ИТ-сленга, которое означает, что нечто, изначально выглядящее как ошибка или недостаток, на деле является запланированной функцией или полезной особенностью.

У людей разных поколений разные ценности, убеждения и потребности. Отсюда и происходят конфликты, которые особенно заметны в расширенных семьях, где активное участие в жизни принимают бабушки и дедушки. Практикующий психолог Любовь Розенберг рассказала в беседе с «Вечерней Москвой», какие существуют поколения людей, чем их представители отличаются друг от друга и есть ли шанс преодолеть разрыв между ними.