Глава большого семейства, и нынче молодой отец, собрал своих детей и родных, отметив юбилей в тесном кругу. А чтобы не обидеть поклонников, отметит свои 20+20+20+10 еще и в «Крокус Сити Холле», когда начнется активный концертный сезон – 17 и 18 октября.

Один из самых желанных гостей ХХII фестиваля «Славянский базар», Аль Бано встретился с журналистами в Витебске, и в ходе своего «Звездного часа» ответил на вопросы нашего корреспондента.

- Сеньор Аль Бано, в свое время вы выиграли суд у Майкла Джексона, одна из песен которого оказалась удивительно похожа на вашу… Скажите, это был действительно осознанный плагиат, или история из серии «мелодии носятся в воздухе»?

- Майкл Джексон – большой артист, пионер в своем музыкальном направлении. Я не думаю, что он скопировал мою песню осознанно. Возможно, просто попался на удочку тех музыкантов, что продают песни, выдавая за свои (в нашем мире есть и такое!). Вполне допускаю, что мою песню продали Майклу без его ведома, выдав за чистую монету. Есть и другие варианты, все может быть. Я сейчас не оглашаю официальную версию, а говорю то, что думаю я сам. По большому счету, правда заключается в том, что песня Майкла Джексона идентична моей, но написанной намного раньше. Причем, не только ноты совпадают, но и тема: я пою о человеке и о святой реке, и Майкл поет ровно о том же.

Началось с того, что мне сказали друзья: «Поздравляем, твою песню исполняет сам Майкл Джексон!» Я решил, это розыгрыш, не поверил, потому что я ему своих песен не отдавал. Но, послушав запись, уже сам воскликнул: «Это же моя песня!» Точно, у меня не было никаких сомнений! Свою песню я выпустил в 1987 году, а Майкл – почти пять лет спустя. Случай явно не рядовой: Майкл Джексон в начале 90-х был гигантской звездой. Не веря, что такое возможно, я показал обе записи многим авторитетным музыкантам, своим друзьям, среди которых был даже нобелевский лауреат, и все в один голос сказали: «Ты можешь со спокойной душой подавать на Майкла Джексона в суд, потому что песни идентичны друг другу!» Казалось бы, что тут «судить», однако вся эта история затянулась на 11 лет, пока наши адвокаты не пришли к общему соглашению, в котором помимо денежной компенсации значился очень важный для нас пункт: мы должны вместе с Майклом дать благотворительный концерт на знаменитой арене Вероны, в помощь больных детей. Но как раз в этот время разгорелся скандал с обвинением Майкла в педофилии, и в этой ситуации наш концерт показался бы не самой лучшей идеей...

Мне очень нравится изречение: Цезарю цезарево, Богу богово. Конечно же, в нашей истории Майкл Джексон – Бог. Но я – Цезарь. Нет худа без добра: зато я познакомился, пообщался с самим Майклом Джексоном. И увидел в нем замечательного человека, хрустально-хрупкого, нежного и ранимого. Я увидел в нем большого артиста, и именно таким он врезался в мою память… Мне вообще везло и везет на встречи, мои друзья: Адриано Челентано, Доменико Модуньо, Пласидо Доминго, Хосе Каррерас, Монсеррат Кабалье, Андреа Бочелли… Однажды, устав от искажений фактов моей биографии, я сел и написал о себе книгу. Оказалось, это такое увлекательное и интересное занятие, что после этого я написал еще четыре книги…

- Дорогой Аль Бано, хочу напомнить вам про удивительную неделю, которую вы провели в начале 80-х годов в Ленинграде, на съемках музыкального фильма «Una magica notte bianca» («Волшебная белая ночь») в интерьерах Петродворца, Екатерининского и Юсуповского дворца, на каналах и площадях… Тогда вы впервые приехали в Россию со своей очаровательной женой американкой Роминой Пауэр, да еще и в качестве новоиспеченных лауреатов Сан-Ремо, где вы спели «Феличиту»… Вы были так влюблены в Ромину, выглядели самой счастливой парой в мире, и кто бы мог подумать, что десять лет спустя ваш брак даст трещину, и вы расстанетесь! Что же случилось с вашей красивой любовью?

- Даже солнце поднимается, а потом садится… Есть любовь, которая «поднимается», и любовь, которая уходит. К сожалению, люди не только встречаются, но и расстаются. Вы правы, нам казалось, что это на всю жизнь, но случилось наоборот. Я очень тяжело переживал случившееся еще и потому, что в моей семье никогда не было разводов. В то же время у Ромины и со стороны отца, и со стороны матери, разводы были. Мне очень тяжело дался разрыв, но не было другого выхода. К счастью, у нас сейчас, наконец, установились абсолютно нормальные отношения, что еще раз доказывает правомерность нашего разрыва. В октябре, на московские юбилейные концерты я пригласил Ромину Пауэр вместе со своими коллегами и друзьями: Джанни Моранди, Тото Кутуньо, «Рикки и Повери», Пупо, Риккардо Фольи, «Матиа Базар».

- В СМИ утвердилась точка зрения, что загадочное исчезновение вашей с Роминой общей дочери катализировало ваш разрыв..

Вот что пишут биографы: В 1994 году в Нью-Орлеане бесследно исчезла их старшая дочь Иления, где она остановилась во французском квартале в отеле LeDale Hotel со своим другом - уличным музыкантом. Позже его задержали, но за недостаточностью улик отпустили. По утверждению знакомых, он руководил сектой, которая исповедовала культ самоубийства. Еще одной зацепкой служили показания охранника, который видел женщину, похожую по описанию на Илению, которая прыгнула в реку Миссисипи. Береговая охрана не нашла тела, которое, возможно, унесено в море, поэтому до конца так и не было установлено, что это была она... После этого брак дал трещину.

- Я не хотел бы затрагивать эту горькую историю. Боюсь открыть все еще незаживающую рану. У Бога тоже был сын, который умер… Хоть я всего лишь песчинка в песке, но я очень верю в Бога. И я просто пережил это горе, как будто я переплыл большое море боли и научился «плавать».

- А сегодня вы счастливы в семейной жизни?

- Семья – самое главное, важней карьеры. У меня сейчас замечательная семья, маленькие дети. Девочке - 12, ее зовут Жасмин, сыну - 10, его зовут Альбано-младший. Моей супруге сорок, она не певица. На свой юбилей я собрал дома всех своих детей – и старших, и младших, мы чудесно провели время.

- В одном из интервью вы объяснили секрет своей прекрасно формы тем, что «делаете гимнастику». Это гимнастика для тела, для голоса, для ума?

- Я очень много хожу, бывает, по два-три часа в день. Люблю подняться по лестнице даже в отеле, на высокий этаж. Могу легко отжаться от пола. Кстати, в Витебске, на концерте-открытии, я положил микрофон на сцену и прильнул к ней. Те, кто решили, что таким образом я демонстрирую свою силу, не правы: я просто поклонился земле, которую я еще не знаю, но так надеюсь узнать получше.

Что касается гимнастики для голоса, то она пока не нужна, потому что я и так каждый день пою, выступаю на сцене. Я знаю, что мои друзья, большие оперные певцы, делают специальную гимнастику для голоса, но мой голос всегда звучал с листа, то есть сразу – такая у него физиологическая особенность.

Если говорить о гимнастике для ума, то на своих прогулках я даю ему очень много кислорода, а это главное. Я много читаю. Я много путешествую, а новые впечатления, встречи – это тоже отличная гимнастика для ума. Открывать для себя новую культуру, новых людей – это такое увлекательное занятие. Лишний раз убеждаюсь в этом в Витебске.