Юрий Буйда: Наша речь, как расплавленная магма

- Современная литература создает новую лексику?

- По моим ощущениям, если что-то серьезно и влияло на языковые нормы, то это кино и телевидение — словечки из фильмов, например, Гайдая и Рязанова. В этом нет ничего плохого, хотя грустно, что литература оказалась на втором, а то и третьем месте.

- Почему так вышло?

- Жизнь меняется. В 60-е годы все и началось. Кто сейчас знает выражение «выбросили дефицит»? Изменилась реальность, и советское значение ушло. Потом 90-е — крутой поворот и новые слова. Слово «дефолт» — компьютерный термин, означает «настройки по умолчанию». После 98-го все узнали его в другом значении. Сильно повлияли компьютерные технологии, хорошо это или плохо — однозначных ответов в истории языка не было и нет.

- То же и с заимствованиями?

- Наш язык много заимствовал из других языков. Например, при Петре было такое наказание — «подвергнуть шельму». «Шельм» — немецкое слово. А потом оно превратилось в «шельму», на первый взгляд — исконно русское слово. Но язык имеет пределы насыщения. И это связано с социальными изменениями. Есть моменты всплеска истории, когда появляется много новых понятий, требующих названий.

- К чему стремится язык сейчас?

- Язык стремится не то что к нормам, а к нормальности, как и человеческая жизнь. Язык старше нас, старше поколения. Недаром князь Вяземский говорил, что «язык есть исповедь народа».

- У каждого народа — своя?

- Западноевропейское общество взнуздано латынью. Вот если вы слушаете французскую речь — слышно, как щелкает механизм грамматики. Там прямой порядок слов. Русь всегда была далеко от Византии, греческий не оказал на нас влияния. Русская речь — как расплавленная магма, можно говорить как угодно, но все понимают. Мы — такие.

- Задача художника — отражать или создавать реалии?

- Художник никому ничего не должен, только языку. Настоящий писатель бьется с ним, как Иаков в темноте бился с ангелом, не зная с кем. В итоге ангел победил его и вознес на небеса.

КСТАТИ

Юрий Буйда — российский прозаик, автор романа «Дон Домино» (1994, шорт-лист Премии «Русский Букер»), книги «Прусская невеста» (1998, премия им. Аполлона Григорьева, шорт-лист «Русского Букера). В 2013 году за роман «Вор, шпион и убийца» писатель Юрий Буйда получил 3-ю премию «Большая книга».