Я удивляюсь тому, о чем пишу. Но, идя по следу, чувствую, что все верно. Все это и есть мое спасение. Моя неубиваемая сила духа. Именно там, на Чукотке, а после на Колыме я стала такой, какая сейчас, и ни одна столица мира, ни один человек, которого любила, не смог дать мне больше», — музыкант Диана Арбенина констатирует предельно откровенно.

Новая книга автора шлягера «Ты дарила мне розы» в мини-предисловии названа прозой: «Первая книга исключительно прозы… первая самостоятельная прозаическая книга. Неужели я все ближе к своей мечте? Неужели у меня когда-нибудь получится окружить себя придуманным миром придуманных людей? Я так это люблю. Пожалуй, не меньше, чем писать песни». И все же это не проза, а сборник эссе — «ума холодных наблюдений» в нем, пожалуй, не встретить, а вот «сердца горестных замет» — сколь угодно: впрочем, певица не стремится структурировать их во что-то концептуально оформленное — они хаотичны, свободны и, положа руку на сердце, слегка корявы, как «коряв» (и это хорошо), может быть, искренний, на пределе, слог подростка, впервые осознавшего несовершенство земной трехмерки.

Арбенина не подросток, но эмоциональный накал ее текстов, кажется, застыл в том нежном возрасте, когда ты думаешь, будто есть «дни, когда все еще впереди», как пел давным-давно «Крематорий». Впрочем, тексты, из которых состоит книга — коротенькие рассказы, автобиозаметки и эссе, опубликованные в Cosmopolitan, «Русском пионере», «Снобе», L`Officiel, Story и журнале «Путешествия», — датируются как 1990-ми, так и 2000-ми годами: составлять по ним нынешний портрет автора было бы нелепо, впрочем, и нет такой попытки — Арбенина уточняет: «Вы держите в руках мое прошлое. Мое прекрасное прошлое». По прочтении прошлое это, правда, не кажется столь уж прекрасным: чересчур много крови выкачало. Да, читать «Тильду» будут в первую очередь фанаты группы «Ночные снайперы» — все понимают, какую роль играет сейчас в книгоиздании медийность персоны. «Тильда» — седьмая по счету книга певицы. До этого были песенные тексты — «Аутодафе», «Дезертир сна», «Колыбельная по-снайперски», «Спринтер», «Сталкер», «Бег»…

И вот перед нами попытка прозы. Арбенина не писатель (точнее, еще не сформировавшийся литератор), однако ей неплохо удаются зарисовки с человека, а некоторые фразы очень лиричны. Вот они, живые и настоящие, тугие и теплые: «Китайцы научили меня: когда уныние достигает такой меры, что роешь землю висками, прополощи рот ледяной водой — и дурные мысли уйдут. Я прополоскала ртом Белое море. Мысли обнялись со льдом, и теперь во мне живет северная нежность»; «…я буду целовать Вас наотмашь» — по-снайперски, ибо «быть снайпером означает иметь оголенное, пусть нервное сердце, быть восприимчивым к человеческой доброте. А что до любви — не защищаться от нее и ждать, даже если на это понадобится вся жизнь». Не важно, от любви к человеку ли, граду ли Питеру или бродячей собаке.