Художественный руководитель Театра музыки и поэзии Елена Камбурова 11 июля отметила день рождения. Накануне она рассказала «Вечерке» о готовящейся постановке «Терра Гуэрра».
— Елена Антоновна, спектакль — дань памяти итальянскому поэту и сценаристу Тонино Гуэрра. Когда планируется премьера?
— Мы все очень болеем за то, чтобы у нас появился новый спектакль, посвященный Тонино Гуэрре, 100-летие со дня рождения которого будет отмечаться в следующем году. Он был больше чем сценарист, режиссер и актер. Он был настоящий романтик! Премьера намечена на следующий сезон. Итальянская песня очень красива, и в нашем спектакле будут звучать эстрадные шлягеры 1950–1970-х годов, популярные во время расцвета Тонино, и неаполитанские народные песни, а еще отрывки из классической итальянской оперы позапрошлого века… Сам спектакль основан на отрывках из сочинений Гуэрры, бесконечного пространства его пьес, рассказов, стихотворений и сценариев.
— В чем изюминка вашего театра?
— Мы экспериментируем с песенным жанром, ищем новые формы на стыке музыки и драмы. И зритель у нас свой, особый, в первую очередь — чуткий.
— Вы были знакомы и с другими великими, в частности с Булатом Окуджавой...
— Меня поразила его доброжелательность. Я бывала у него дома в Москве, смущалась: поставила его тогда на пьедестал, слишком высоко, а это неправильно — смотреть снизу вверх. Он спрашивал: «Как дела?» — а у меня дела тогда не очень хорошо шли: меня и в «декаденщине» обвиняли, во многом… Тогда ведь процветали мажорные улыбчивые вещицы, а у меня — совсем иные интонации, Таривердиев… Зачем я все это Окуджаве рассказывала? А он отвечал: «Увы, так». А когда я попала на радиостанцию «Юность» и мне предложили записать песни Булата Окуджавы и Новеллы Матвеевой, это было счастье. Окуджава для меня — это мои университеты, это моя школа. Кстати, на радио «Юность» фамилия Окуджавы прозвучала впервые именно в контексте исполнения мной его песни «Баллада о Леньке Королеве».
— Какие «университеты» постигались вами через музыку Таривердиева?
— Самое главное, чему я научилась у Микаэля Таривердиева, — что слову в песне должно дышаться легко и свободно. Когда слово что-то значит, надо подобрать для него верную интонацию.
— А ваши встречи с Фаиной Раневской...
— Оказывается, она слушала радио! Я читала «Нунчу» из горьковских «Сказок об Италии». Меня записали, а Раневская, когда была на гастролях в Ленинграде, включила радио. И потом написала на радио обо мне хорошие слова. Редакторы сказали: «Пляши! Тебе Раневская написала письмо». И только через год мы с ней увиделись — надо было подписать некую бумагу. Первая фраза Раневской сразила наповал: «Вы кто такая?» — «Я Камбурова». — «Хорошо, что вы не фифа».
— Вы никогда не стремились создать шлягер и тем не менее стали известны.
— Шлягер я создать действительно не стремилась. Мы с моей пианисткой Ларисой Критской всегда были выше шлягеров тех времен. Рядом с Окуджавой и Матвеевой они были ничем: впрочем, все относительно в сравнении с нынешней попсой… Однажды Таривердиев предложил мне записать песню «Маленький принц» в кино: она вызвала неоднозначные эмоции со стороны редакторов, они боялись… Представляете себе, какую эмоцию несли в советские времена слова «Где же вы, где же вы, счастья острова, где побережье света и добра»? Это Добронравов. И все-таки мы потом спели эту песню в Доме композиторов.
— Вы любите французский шансон XX века. Чем близки вам шансонье, тот же Жак Брель, например?
— После циркового училища меня чудом взяли в группу молодежи Театра эстрады. Перед нами выступал Жак Брель: у меня тогда все преобразилось в голове, я поразилась, как может петься песня — это было и ударом, и озарением. Лишь много лет спустя я узнала других шансонье.
— Вы исполняете песни не только на русском языке. Есть язык, который вы считаете особенно музыкальным?
— Я пою на английском, на иврите, на греческом… Каждый язык по-своему музыкален.
— Что для вас актерство?
— Актер — сложная, зависимая профессия. Я-то становлюсь актрисой в песнях, не быть ею как-то странно… Но я никогда не пела навязанного мне репертуара, а многие актеры должны играть то, что решают за них. И зависти много, ненависти даже… Морально очень тяжелая профессия: редкий актер доволен своей судьбой. Только талант помогает преодолеть все.
ДОСЬЕ
Елена Камбурова стала широко известна в конце 60-х, во время подъема интереса к поэзии. С 1992 года — художественный руководитель созданного ею Театра музыки и поэзии. Много гастролирует.
Читайте также: Константин Райкин: Если спектакль прошел хорошо, то и жизнь идет не напрасно
