чт 24 октября 00:27
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Игра на повышение

Сергей Собянин призвал москвичей предложить идеи по улучшению парков

Стоимость родового сертификата в России планируют увеличить

Назначен новый глава Департамента труда и соцзащиты населения

Малышева рассказала, когда вернется к съемкам после госпитализации

Как будут отдыхать россияне на ноябрьские праздники

Синоптики предупредили метеозависимых о риске природной гипоксии

Что стало с «Норд-Остом» после теракта

Турция отказалась считать операцию в Сирии завершенной

Кинолог рассказал, чем лучше кормить собак

«Готовим законопроект о запрете аниме»: как японцы обидели Поклонскую

Врач заявил о пагубном влиянии кофе на иммунитет

Чем опасно долгое использование смартфона

Михаил Ефремов: Горбачев спас Россию

Игра на повышение

Отношение элит к Путину: лакейское преклонение и хамоватое отрицание

[b]«Чем богаче отдельные индивидуумы, тем богаче государство!» «Рубль — вот единственное мерило успеха. Об остальном пусть заботятся моралисты и священники!» «Стыдно в нашей стране не зарабатывать много!» «Можно все, что прямо не запрещено законом!» «Рынок не требует морали!» [/b] [i]Все эти девизы не мной придуманы — они взяты из сочинений идеологов и практиков псевдолиберальных реформ начала 90-х годов. Отдельные индивидуумы резвились и богатели, делали все, что прямо не запрещено законом, да и то, что запрещено, тоже. Рассуждать о морали считалось неприличным. Государство нищало и деградировало под аккомпанемент заклинаний о свободе, демократии, правах человека и рыночных реформах. Так и жили! [/i] Горький итог развития этих лет подвел недавно в своей статье Владимир Путин. Для того чтобы достичь душевого производства ВВП на уровне современных Португалии или Испании — стран, не относящихся к лидерам мировой экономики, нам понадобится, по прогнозам и.о. президента, примерно пятнадцать лет при темпах прироста ВВП не менее 8 процентов в год. Это при допущении, что означенные страны застынут на месте, а Россия вдруг, по мановению какой-то волшебной палочки, выйдет на высочайшие по мировым стандартам темпы экономического развития. Владимир Путин намекает, что эта волшебная палочка у него есть. Это та программа, которую он разделяет. Презентация президентской программы намечена на 25 февраля. Пока же и.о. президента отметил лишь следующее: «Программы должны начинаться не с налогов и доходов, а с восстановления и развития моральных ценностей». «Проповедовать мораль легко, обосновать ее трудно», — замечал философ Артур Шопенгауэр. Российские псевдолиберальные реформаторы выбрали самый легкий путь — не только не проповедовать мораль, но и вовсе отказаться от нее. Они, как замечает современный исследователь А. С. Панарин, «решили сыграть на понижение, сделать ставку на самые низменные инстинкты», которые чудодейственный рынок каким-то образом направит на благо всего общества. В алхимическом тигле этого рынка человеческие пороки и животные инстинкты должны были «переплавиться» в некое топливо для реактивного двигателя экономического и социального прогресса. Но алхимия, пусть даже социальная, — это ложное сознание. Попытки освободить людей от «химеры, именуемой совестью», предпринимались в мировой политической практике и ранее. Результаты всегда были катастрофичными, и Россия не составила исключения. А потому и.о. президента имеет все основания вспомнить о моральных ценностях. Но что это такое? Личная честность и порядочность носителя верховной власти сами по себе ничего обществу не гарантируют. Но и отсутствие этих качеств оказывается губительным для страны. Слабый и безвольный правитель Николай Второй в повседневной жизни был весьма порядочным человеком, а уж семьянином так и вовсе образцовым — много ли проку было от этого обстоятельства? С другой стороны, сильный и волевой Петр Великий с его запредельной для страны России жестокостью и столь же запредельными пьянством и развратом, сумасброднейшим, всешутейшим и всепьянейшим собором воспринимался ревнителями благочестия как живое воплощение Антихриста; это обстоятельство обрекало власть на широкомасштабное насилие в ходе проведения реформ, отталкивало от нее людей, для которых совесть не была химерой. В то же время, стремление сделать «добродетель» неким фетишем в государственной жизни, как правило, оборачивается социальной катастрофой. Так, для «неподкупного» Робеспьера недостаточно добродетельными, а следовательно — подозрительными, были все те, кто не разделял его аскетического образа жизни. К этим несчастным относилось подавляющее большинство воспитанных на романах Рабле и Вольтера добрых французов, и, вероятно, лишь своевременное свержение тирана спасло страну от превращения в безлюдный монастырь, заселенный немногочисленными фанатиками «добродетели». Нравственность власти имеет свое, специфическое измерение. Очевидно, тираническая власть безнравственна по определению. Как ее избежать? Вопрос, согласитесь, для России не праздный. Ответ на него дает Наполеон Бонапарт — правитель авторитарный, но не тиранический. «Надо создать прочный правопорядок, если хочешь избежать тирании», — утверждает Наполеон. Причем не только утверждает, но и создает. Знаменитый Гражданский кодекс и сегодня остается основой прочного правопорядка в современной демократической Франции. В России не сложилось развитого гражданского общества, способного эффективно противостоять произволу чиновников. И еще долго не сложится. Очевидно, ограничить этот произвол могут лишь детально прописанные законы, надзор за соблюдением которых будет осуществлять Генеральная прокуратура РФ под личным контролем президента. В этом смысле ситуация с генеральным прокурором РФ просто обескураживает. В общественном сознании это звание (или все-таки призвание?) по-прежнему ассоциируется с г-ном Скуратовым, который делает все возможное и невозможное, чтобы уронить в глазах всего мира престиж прокурорского работника. Чего стоит лишь один фрагмент из его недавно опубликованных мемуаров, где он с удивительным «простодушием» повествует о личной жизни одного из членов Совета Федерации, данные о которой были добыты оперативным путем. Такой вот законопослушник и правоохранитель! Из жертвы беззакония г-н Скуратов на глазах превращается в его деятельного носителя. Нравственна верховная власть, не связанная партийными интересами и пристрастиями. Управлять от имени какой-либо одной партии, говорил Наполеон, значит, рано или поздно попасть в зависимость от ее политики и стать жертвой закулисных интриг. Это гениально подтвердил в свое время президент Ельцин, фактически превратившись в заложника партии псевдолиберальных реформаторов с их специфическим и, по сути дела, отнюдь не либеральным пониманием реформ. В этой связи обращают на себя внимание попытки различных политических сил «приватизировать» и.о. президента, поставить его в некую идейную зависимость от себя. К счастью, ничего из этого пока не выходит. Владимир Путин нашел одобрительные слова и о коммунистах, и о Примакове и Лужкове и в то же время поддержал некоторые инициативы правых, не отождествив при этом себя с ними. Было бы хорошо, если бы он и дальше руководствовался словами Наполеона: «Правительство не желает зависеть от партийных междоусобиц». То же самое относится к олигархам. Сращивание верховной власти и олигархии способно породить лишь известные из азиатской и латиноамериканской политической жизни коррумпированные режимы, совершенно не способные повести страну к каким-то новым рубежам. Сейчас Владимир Путин дистанцировался и от олигархов, и от так называемой Семьи. И это — единственно разумная позиция, совпадающая и с ожиданиями российского общества, и даже, как ни парадоксально, с надеждами Запада. Наконец, кадровый вопрос. Владимира Путина неоднократно упрекали в том, что он привел к управлению мало кому известных людей, ничем еще себя не зарекомендовавших. На мой же взгляд, чем меньше в его команде будет лиц, так или иначе символизирующих аморализм предыдущей власти, тем лучше. Власть, как отмечал еще В. И. Ленин, — это, главным образом, учет и контроль. Для ее отправления на среднем уровне требуются не претенциозные «сверхчеловеки», на всех углах воспевающие свои заслуги перед российской демократией, а честные и деятельные чиновники. Нравственна власть, опирающаяся на поддержку элит и общества. Высокие рейтинги Владимира Путина, кажется, не вызывают сомнений в широкой общественной поддержке. Другое дело — элиты. Здесь, к сожалению, среди прочих обозначились две позиции — лакейского преклонения и хамоватого отрицания. Как сказал бы в этой связи тов. Сталин, позиции удобные, но насквозь гнилые. О тех, кто желает побыстрее припасть к стопам верховной власти, защитить ее от несуществующих нападок, прибегая при этом даже к доносам, мне уже приходилось писать в статье, посвященной критикам «Кукол». Но вот несколько дней назад читаю одного уважаемого политолога, который находит возможным сравнивать Владимира Путина с... доном Рэбой — жестоким и лицемерным правителем из романа братьев Стругацких «Трудно быть богом». Неизящно, по крайней мере. Да и неконструктивно. Не всякая власть от Бога, разумеется. Но и не всякая — от дьявола. Зачем же ее демонизировать? Игра на повышение — восстановление моральных ценностей, законности, чести и достоинства человеческой личности — это не игра в одни ворота. Моральные ценности не насаждаются сверху, подобно тому, как Петр Первый насаждал в России помидоры. Они вызревают в результате трудной и кропотливой совместной работы общества и власти. [b]Анатолий КУЧЕРЕНА, директор адвокатского бюро «Аргумент» Московской городской коллегии адвокатов, кандидат юридических наук [/b]

Новости СМИ2

Сергей Лесков

Все, что требует желудок, тело и ум

Екатерина Головина

Женщина, которая должна

Митрополит Калужский и Боровский Климент 

Чтобы быть милосердным, деньги не нужны

Георгий Бовт

Верен ли российский суд наследию Александра Второго Освободителя?

Оксана Крученко

Соседи поссорились из-за граффити

Александр Никонов

Искусственный интеллект Германа Грефа

Ольга Кузьмина  

Выживший Степа и закон бумеранга