Когда он надевал его 9 Мая, на темно-синем бостоне позвякивали медали «За освобождение Белграда», «...Праги», «За взятие Вены», «...Будапешта». А вот «За отвагу» — первой боевой награды отца и главной солдатской — в иконостасе не было. Он по этому поводу переживал. Но если и винил кого в душе, то только себя. За то, что недоглядел.

Окончив после войны Институт железнодорожного транспорта, отец работал начальником станции в Донбассе. Родились, с разницей в год, мы с сестрой. Мама сидела с нами. А он один тянул семью. Зарплаты не хватало на самое необходимое.

Вместо игрушек мама давала нам отцовские медали. Ну и заиграли «Отвагу»...

На фронт отец ушел в марте 1943-го, 18-летним. Определили на сорокапятку. Маленькая такая пушечка калибра 45 мм.

Бойцы ее называли «Гроза врагу, смерть расчету». И, подпустив немецкие танки поближе, лупили бронебойными прямой наводкой. Тогда еще оставался шанс выйти в единоборстве победителем.

Странно так говорить. Но отцу повезло, через месяц он был лишь ранен. А после госпиталя на передовую его вернули уже телефонистом взвода управления командующего артиллерией дивизии.

Недавно сын показал мне в Интернете проект Министерства обороны — общедоступный электронный банк документов «Подвиг народа в Великой Отечественной войне» (www.

podvignaroda.mil.ru). Тут можно посмотреть ксерокопии хранящихся в архивах дел о 30 миллионах награждений военного времени. Достаточно набрать в поисковике фамилию, имя, отчество, год рождения интересующего тебя человека.

И вот, волнуясь, читаю отпечатанные на раздолбанной машинке в перерывах между боями пляшущие строки приказа о награждении медалью «За отвагу» гвардии рядового Киселева Василия Дмитриевича.

Моего отца. «...За то, что он в боях за города Николаев, Одесса под сильным артиллерийским и минометным огнем противника исправлял повреждения на линии связи, тем самым обеспечивая бесперебойной связью наблюдательный пункт командующего артиллерией с артиллерийскими полками усиления.

В один день 8. 4. 44 г.

под огнем противника восстановил 13 порывов линий связи».

Отец рассказывал, как в тот бесконечный день в очередной раз взвалил на спину тяжелую катушку телефонного кабеля и побежал искать, где осколок снова перебил провод. Как же ему не хотелось выходить под разрывы из землянки, которую они с товарищами отрыли прямо в воронке, руководствуясь приметой — снаряд дважды в одно место не падает.

Когда, наладив связь, он вернулся, землянка была разворочена — прямое попадание.

Погибли все. Кроме него. Вот такое оно, солдатское счастье...

На фронте отец был дважды ранен, контужен. Не болел — ни разу. Болезнь догнала его, когда я только стал студентом. И вот мы уже ровесники...