Лариса Гузеева: Всегда панически боялась принимать наркотики

Тот, кто прочитал историю жизни этой актрисы, наверняка так же, как и я, испытал массу эмоций и готов был задать тот же вопрос, что и я, приступая к интервью с Ларисой.

— Неужели можно столько пережить и испытать, при этом остаться красивой и быть счастливой?

— Мне кажется, что человек, который прожил определенную жизнь, обязательно через что-то проходит. Если только он не в коконе живет. Даже принц Чарльз страдал, живя в роскоши и имея, казалось бы, все.

Но кому-то выпадает больше испытаний, а кому-то — меньше. Мне выпало немало.

— Как удалось не сломаться?

— У меня были периоды, когда я была на грани отчаяния, случались депрессии и даже запои. Выйти из депрессии помогли врачи, все остальное преодолела сама.

— Неужели депрессии были настолько страшными, что понадобилось вмешательство врачей?

— Да. Депрессия — это не то, за что экзальтированные артистки выдают свое ежеминутное настроение. Или женщины климактерического возраста, которые перепады в организме тоже выдают за депрессию. Депрессия — это как страшный грипп или парез лицевого нерва. Это болезнь. А болезнь нужно лечить. Меня вообще удивляет ментальность советских и постсоветских людей, скрывать, мучиться и страдать от болезней, которые поддаются лечению. Например, депрессия. У нас любят изображать то, кем не являются на самом деле. Опасаются огласки и быть отверженным коллегами и друзьями. Скажут «психопат» и перестанут общаться. А он не психопат, у него просто болезнь под названием «депрессия». Мы жили в разные периоды истории нашей страны, и кому-то удавалось победить эту болезнь, а кому-то нет.

— У вас получилось, слава богу. Наверное, благодаря вашему твердому внутреннему стержню. Скажите, вас можно назвать сильной женщиной?

— Я просто вынуждена быть ею.

У меня двое детей, и их нужно поднимать. Хотя давайте для начала определим, кто такая сильная женщина, а кто слабая. Вот, например, сильная женщина приезжает в Москву и идет работать на две работы, а слабая идет на панель и рассказывает при этом, что ей тоже хочется кушать. А работать няней или мыть полы в парикмахерской ей не хочется, потому что тяжело. Так вот, сильная женщина там, где тяжело, а слабые там, где легко, и еще ищут себе оправдания.

Я там, где тяжело, и оправданий не ищу, зато мне легче засыпать, потому что совесть чиста. Мне так легче жить.

— Говорят, чтобы ценить счастье, нужно познать горе. Вы согласны?

— Наверное, да. Я теряла близких людей, друзей. Это горе.

Но я не думаю, что эти два понятия взаимовытекающие.

— То есть можно быть счастливым бесконечно…

— Мне кажется, счастье — это уж точно не миг. Я такой земной человек, что для меня счастье — абсолютно земные и обыкновенные вещи. Мамочка, слава богу, здорова, в семье все хорошо. Дети здоровы, есть где жить, есть что есть, есть работа. Ну разве это не счастье? А чего-то заоблачного я не испытывала и даже не знаю, что это такое.

— Вам не обидно, что свою славу и счастье вы буквально вырывали из рук судьбы, тогда как кому-то все это доставалось одним щелчком пальцев?

— Мне, наоборот, кажется, что это я щелчком. В плане творчества, мне кажется, судьба была ко мне благосклонна.

Я в своей жизни не постучала ни в одну дверь, не просила ни о чем. Даже на фестивалях я никогда в жизни не подойду к столику, где сидят коллеги и киномэтры, чтобы поздороваться. Буду сидеть и ждать, когда ко мне подойдут.

Да и вообще я не стану ломиться ни в одни ворота с просьбой посмотреть меня или попробовать на роль.

— У вас были времена, когда в творчестве вы процветали, у вас были хорошие роли в кино, но в личной жизни не все складывалось? Этот грустный факт не отражался на работе?

— У меня не было столько ума, сколько появилось в 37 лет, когда я вышла замуж за Игоря Бухарова. У меня до него просто не было ума и интуиции на мужчин, поэтому я и была не очень счастлива в предыдущих браках. Я тоже была не очень хороша. Для женщины покорность и смирение — главное. Я была непокорная и не смирная. А без этого нельзя, видимо. Ну кому же понравится такая бунтарка?

— Но ведь с мужчиной со слабым характером вы тоже не стали бы жить?

— Знаете, сегодня, с позиции своего возраста и опыта, не стала бы мериться силой.

Если ты живешь семьей с любимым человеком, глупо соревноваться, кто главнее и больше зарабатывает.

— Актерская среда в понимании многих — это наркотики, секс и алкоголь. Скажите, Лариса, а вы приближались к этим зельям?

— К наркотикам никогда, а две другие страсти мне знакомы.

Есть люди, которые предрасположены к частым простудным заболеваниям, перелому костей и к наркотикам.

У меня перед наркотиками всегда был панический страх и отвращение. Это все равно что взять и попробовать смерть. Это просто не моя история.

— Может быть, вас пытались приобщить к ним?

— Никогда! Я сама могу приобщить кого угодно и к чему угодно, но заставить меня невозможно. Я вообще уверена в том, что человек редко делает то, чего он не хочет.

— Ну у вас же был период увлечения алкоголем?

— Ну да. Но я это делала по собственному желанию, а не по чьему-то велению. Другое дело, что многим нравилось мое беспробудное состояние и они даже поддерживали его, протягивая мне рюмку-вторую. Но я вовремя опомнилась и смогла отказаться.

— Как вы расправляетесь со своими соперницами в любви и карьере?

— Думаете, они у меня есть?

— У такой прославленной актрисы, как вы, они были и наверняка дышали вам в затылок.

— Я даже не могу вспомнить. Вот так, очевидно, они не выставляли свои намерения. А если пытались заговорить или поступить со мной по-хамски, то получали достойный отпор.

Я не позволяю обходиться с собой вульгарно, и разговаривать со мной грубо очень трудно. У меня язык не лезвие, а лазер. Я всегда говорю, что даже не нужно пытаться мне хамить, иначе будете ходить лет 10 и вспоминать этот палящий диалог между вами и мной.

— Пострадавших от вашего лазера было много?

— Не много, но были. Иные просто вовремя поняли, что лучше уберечься от этого огня.

Ведь к нам относятся так, как мы позволяем к себе относиться. А ходить и выяснять, кто что там про меня сказал, негоже. Я же королева.

— У вас было три брака. Скажите, что вы вынесли из них?

— Я никогда не гуляла из койки в койку. Все мужчины, которые у меня были, хотели на мне жениться, и я выходила за них замуж. Что же в этом плохого? Что я вынесла? Я стала жалеть мужчин, которые были со мной. После рождения Георгия поняла, что мужчины тоже люди. Они вызывают сострадание, им бывает больно, неуютно. Мужчины тоже плачут и им тоже бывает обидно, у них тоже может что-то не получаться, могут остаться без работы, их тоже пытаются унизить и нагнуть.

Но за это не нужно их ругать и «пилить». Я теперь вижу в мужчинах своего сына и поэтому отношусь к ним по-человечески, без загогулин..

— Откуда у вас замашки императрицы?

— Это у меня от мамы. Мне казалось, что меня должен любить каждый, на кого я укажу пальцем. Когда я стала получать по лбу, стала понимать, что, оказывается, не все обязаны меня любить, кого-то я даже раздражаю.

— Вы побаиваетесь старости?

— Мне бога гневить грешно. Я так много получила в своей жизни любви и внимания, что мне уже не страшно ничего. Как только я зайду куда-нибудь и ни один мужчина не повернет голову в мою сторону — тогда я задумаюсь о старости.