Фотографии и документы разложены на диване — на столе бы не уместились. Удостоверение Героя Советского Союза, учетная карточка члена КПСС, удостоверение участника войны, свидетельство пилота первого класса.

Военные и послевоенные карточки, вырезки из газет, открытка с изображением космоса. Покорителю неба от покорителя звезд: «Крапиве Никите Андреевичу. С уважением, Гагарин», — читаю на обратной стороне.

На стене — чеканка с изображением самолета, подарок на 60-летие от коллектива НПО «Взлет», где Никита Андреевич руководил полетами. «Все время ввысь!» — выбиты буквы над рвущимся к облакам самолетом.

— Отец небо обожал, — дочь Ольга Крапива держит в руках фотографию отца. — Прилетев, быстро начинал тосковать по небу. У него нос плохо дышал, а на высоте он чувствовал себя чудесно. Когда медики пытались запретить ему полеты, он стучал кулаком по столу: «Я буду летать!» — и у него получалось.

40 лет летного стажа! Ольга Никитична вспоминает, как после войны Никита Крапива летал на дрейфующие станции на полюсе — видел сверху весь Север.

— А о войне отец рассказывать не любил. Но я просила.

Его однополчане вспоминают, что когда он прилетал с заданий, особенно после бомбежек Берлина, его самолет был весь изрешеченный — как он оставался в живых? Был случай, с отцом полетел проверяющий. Улетел чернявый, а вернулся весь седой — такая была мощность огня.

Авиация дальнего действия

— Отец был заместителем командира эскадрильи 27-го Гвардейского авиационного полка 4-й Гвардейской «Брянской» авиационной дивизии дальнего действия, — продолжает Ольга Никитична. — Авиация дальнего действия — кратко — АДД.

Не случайно сокращенное название созвучно слову «ад» — им доставались самые тяжелые, порой невыполнимые задания. Авиация дальнего действия была создана для нанесения бомбовых ударов по административным и военным объектам в тылу противника, нарушения транспортного сообщения, уничтожения складов, бомбардировки на линии фронта.

Основу боевого самолетного парка составляли двухмоторные дальние бомбардировщики Ил-4, мощные машины, которые несли на себе от 1000 до 2500 кг бомб. Именно самолеты дальней авиации, вопреки словам главнокомандующего люфтваффе Германа Геринга, что ни одна бомба не упадет на столицу рейха, в августе — начале сентября 1941-го бомбили Берлин.

Вражеский аэродром

Командовал авиацией дальнего действия Александр Голованов. Он имел право от имени Президиума Верховного Совета СССР награждать личный состав орденами Красного Знамени, Отечественной войны I и II степени, Kpacной Звезды, медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги» и другими. Так, экипаж гвардии капитана Н. А. Крапивы, по собственной инициативе атаковавший вражеский аэродром, был отмечен правительственными наградами.

— Отец возвращался с задания и увидел аэродром. Маршал авиации Николай Скрипко в книге «По целям ближним и дальним» вспоминает этот случай, — Ольга Никитична листает мемуары маршала. — Выполнив боевое задание, экипаж взял курс на свой аэродром, но тут им стали стали попадаться одиночные самолеты, идущие встречным курсом. Крапива принял решение разведать обстановку. Оказалось, неподалеку находился аэродром.

Немецкие самолеты с зажженными бортовыми огнями ходили по кругу, ожидая очереди на посадку. Бомбардировщик Крапивы пристроился в хвост и стал так же мигать. Немецкий самолет пошел на посадку. Крапива, круто снижаясь, догнал и атаковал фашиста. Объятая пламенем немецкая машина ринулась вниз. Экипажу Крапивы удалось сбить и второй гитлеровский бомбардировщик и вернуться в свою часть.

После этого боевого вылета на самолете Никиты Крапивы заалели две красные звездочки — по числу сбитых за ночь немецких самолетов. Кстати, Крапива первым применил носовой пулемет В-25 для атаки самолетов на аэродроме противника. Позже был сформирован полк ночных охотников-блокировщиков ДД.

— Отец прошел всю войну.

Летчики дальней авиации наносили удары по Данцигу, Кенигсбергу, Кракову, Хельсинки, — рассказывает Ольга Никитична. — После войны на Параде Победы видел, как фашистские знамена бросали к подножию Кремля.