Главное
Карта городских событий
Смотреть карту

Лень во спасение

Общество
Лень во спасение
Фото: Дмитрий Захаров, «Вечерняя Москва»

Когда физраствор из капельницы перетек в кровь, когда медсестра накормила таблетками, когда врач измерил давление и заключил, что самое худшее проскочили и теперь надо как следует отлежаться, — только тогда Степан Авдеевич внятно осознал, что побывал на самом краю. Вспомнил, как на совещании в своем кабинете вдруг ощутил боль в груди, как ловил ртом воздух, как сотрудники укладывали его на пол, а секретарша вызывала скорую помощь...

Потом все куда-то провалилось, и вот теперь, выбравшись из забытья, он обнаружил себя там, где и положено быть в подобных случаях человеку его ранга, — в одноместной палате элитной клиники. Доктор прав: отдых и сон, сон и отдых. Отключить мобильник. Ограничить посещения. И никуда не спешить, на работе и дома прекрасно справятся без него. Смотреть комедии и читать научно-популярные новости.

Степан Авдеевич открыл лэптоп и, пробежавшись по разным сайтам, остановился на статье об исследовании в Канзасском университете. Ученые изучили моллюсков, живших в Атлантическом океане, и пришли к выводу: чем подвижнее и энергичнее эти существа, тем вероятнее их исчезновение как вида. Выживают ленивейшие.

Вот бы у людей было так же, мечтательно подумал Степан Авдеевич, загремевший на больничную койку спереутомлением, и продолжил чтение. Ученые из Аризоны выяснили что даже среди таких общепризнанных трудоголиков, как муравьи, работают только 3 процента, 72 процента притворяются, а 25 процентов открыто бездельничают. По всему выходило, что организм живого существа налажен на сохранение энергозатрат, иначе говоря — на лень-матушку. Эта мысль озадачила Степана Авдеевича. Она намекала, что вся его жизнь была насилием над здравым смыслом. То, что он лентяй, Степа понял еще в глубоком детстве. Лень не была наследственной — родители всю жизнь пахали, как каторжные, но результат был нулевым. Видя бесполезность их усилий, сынок решил не напрягаться, авось, кривая вывезет. Не вывезла: годам к двадцати пяти, когда его обскакали даже самые тупые и бесталанные, стало совершенно очевидно, что судьба не включила Степу в касту везунов, которым само все идет в руки. Жить же в нищете, как папа с мамой, он не хотел. Вывод был однозначным: победить свою лень.

Как все лентяи, он начал с рассуждений. Что же ты такое, лень-матушка? Простое нежелание вообще что-либо делать? Но были вещи, которые он делал охотно: ловил рыбу, играл в карты, пел под гитару, бегал на короткие дистанции, читал книжки. Раз так, значит, он не совсем лентяй. Уже хорошо. А каких занятий избегал и сторонился? Тех, что требовали напряжения, систематических и длительных усилий, вызывали усталость. Руки сами опускались перед работой, конечная цель которой запредельно далеко, а итог не очевиден. Никакого желания не было делать то, что получалось плохо, а научиться делать лучше мешали обстоятельства непреодолимой силы. Такие, например, как скверное настроение или напряженная международная обстановка.

Скорее всего, так бы и путался Степа в теоретических дебрях, если бы не его склонность читать все, что под руку попадется. В тот судьбоносный час под руку попалась невесть откуда взявшаяся книга Станиславского К. С., и оттуда явилась путеводная фраза: «Трудное надо сделать привычным, привычное — легким, а легкое — приятным». Формула, записанная на множестве стикеров, была расклеена по всей квартире, а ни разу не выходивший даже на любительскую сцену Степа раз и навсегда причислил себя к последователям системы Станиславского. Из четырех слов он выделил ключевое: «привычное». Только создавая новые привычки, можно изменить жизнь, по-другому не получится.

Степан Авдеевич вздохнул, поправил лежащий на животе компьютер и продолжил читать о лени.

Оказалось, что людям действительно живется хуже, чем животным. Поскольку объем мозга у них большой, приходится экономить не только мышечную энергию, но и умственную. Мозг, составляющий в среднем 2 процента человеческого веса, во время напряженной работы потребляет аж 25 процентов всей энергии организма. Зато в режиме расслабухи — только 8–10.

Короче, высоколобая профессура из разных стран сходилась на том, что лень — необходимая и чрезвычайно полезная штука, ибо она помогает нам выбрать наиболее безопасный режим деятельности. Лень доставляет наслаждение, поскольку при снижении метаболизма мозга нейроны вырабатывают морфин, эндорфин и прочие наркотики, ласкающие тело и душу.

Степан Авдеевич вновь задумался. Почему известные миру люди, добившиеся выдающихся результатов, считали себя лентяями? Да взять того же Пушкина:

Приди, олень!

Приди в мою пустыню.

Тебя зовут прохлада и покой;

В одной тебе я зрю свою богиню;

Готово все для гостьи молодой.

И вот желанная лень пришла к Александру Сергеевичу в знаменитую Болдинскую осень, и наворотил он за три месяца столько стихов и прозы, сколько иной за три жизни не сочинит. И ведь не из-под палки же являлись на свет пушкинские строки, не иначе поэт еще и удовольствие получал от процесса. А говорил, лентяй. Что-то тут не сходилось.

Память вернула Степана Авдеевича далеко назад, когда была объявлена война вредным привычкам. К примеру, все самое трудоемкое он вечно откладывал на потом — на вечер, на следующий день, а лучше всего на следующую неделю. В результате из невыполненных дел вырастала огромная свалка, к которой и подступиться было страшно.

Включив волевые ресурсы, он приучил себя каждое утро начинать с самых сложных дел, повторяя: то, что сделал с утра пораньше, у тебя уже не отнимут. Вставал до рассвета, превращая сову в жаворонка. При этом сова не сдавалась, и засыпал Степан Авдеевич лишь глубокой ночью, поэтому не понаслышке знал, что такое синдром хронической усталости. Надо заметить, что вошедшие в привычки действия далеко не всегда становилось легкими и почти никогда — приятными, но они давали искомый итог. На эту тему Степан Авдеевич даже придумал слоган, который по афористичности хоть и уступал формуле Станиславского, но по правоте — ничуть: чтобы получить то, что хочешь, нужно делать то, чего не хочешь.

Жесткое самопринуждение принесло плоды, Степан Авдеевич выстроил добротную карьеру, прочно сел в пусть не самое лакомое, но очень удобное кресло, которое не собирался покидать. Можно было расслабиться. Но привычки, зашитые в натуру, отступать не желали, пугая хозяина тем, что стоит дать себе поблажку — и хрустнет, надломится счастливая в целом судьба. И Степан Авдеевич верил, что именно так все и произойдет, поэтому даже в редкие минуты отдыха с каким-то садомазохистским удовольствием погонял себя: «А ну принимайся за дело!» — и превращал релакс в пытку.

Все, чем он обладал, достигнуто благодаря победе над ленью. Да, приходилось ломать свои природу, перенапрягать нервную систему, портить характер. Все ради результата. И вот он, результат: лежит в больничной палате и, глядя в лэптоп, выясняет, что, оказывается, правильно лениться — это большое искусство, которым надо овладевать. Хорошая жизнь возможна, когда мы подчиняемся свободному течению времени и течению своих мыслей. Если ты едешь на дачу и говоришь себе, что должен покосить газон и отремонтировать веранду, это уже не отдых.

Вот оно как, размышляет Степан Авдеевич, выключая компьютер и закатывая рукав пижамы для очередной капельницы. Еще недавно народ читал книжки о том, что только упорный безостановочный труд приводит к успеху, погружался в биографии миллиардеров-трудоголиков и черпал в них вдохновение. Теперь все наоборот: чтобы стать успешным, надо от души лениться. Если выкарабкаюсь, поменяю все привычки назад, жизнь дороже, думал Степан Авдеевич, всасывая целительный физраствор. Объявлю лень доступной роскошью. Примерно как Пушкин.

Подкасты