Аллея Первой Маевки хранит традиции мирного протеста

Недалеко от платформы Вешняки вздрагивают от стука колес электричек и гула проезжающих машин четыре стареньких четырехэтажных дома. На одном, № 13, строение 1, — памятная табличка. Мол, были здесь рабочие Москвы, Перова и Раменска, проводили маевку — все верно. И улица в честь сего события есть — аллея Первой Маевки. Только где именно собирались рабочие и что сегодня жители знают о тех временах, с какими лозунгами вышли бы на улицы, да и, может, до сих пор среди несогласных аллея — своеобразная мекка? — Нет, сейчас уже никто не собирается. Тихая, спокойная улочка, — говорит местная жительница Тамара Кашапова. — С какими бы лозунгами вышла? Как раньше говорили — «Мир. Труд. Май». С теми же и вышла бы. Труд хорош всегда. Май — потому что все оживает, цветет. Мир — потому что должен быть всегда.

Старожилы знают место самой первой московской маевки только приблизительно — где-то между гаражами, детской площадкой и теннисным кортом, как раз на месте старой деревни. От деревни и бревенчатого сруба не осталось, на пятачке вкривь и вкось стоят деревья, желтеет мать-и-мачеха. Трое соратников по горячительным напиткам устроили посиделки на срубленном дереве. Тоже маевка. Дружеская.

Впрочем, если революционный дух с этих мест официально давно выветрился, то сопротивление все равно живет.

Не все бурьяном и равнодушием заросло.

— А я бы такой лозунг придумал: «Антенна. Интернет. Детская площадка». Ну что такое?! По телевизору только шесть каналов можно посмотреть (даже «Культуры» нет).

В глухой деревне и то больше каналов показывает — и белорусские, украинские можно поймать. Интернет ловит плохо. Детская площадка только одна, и то половина вечно в воде — даже в жару. Забытый богом уголок, — вздыхает Валентина Лащева, качая в коляске малыша. — Корт теннисный сделали — хорошо.

— А у нас тут не одна аллея Маевок, — вклинивается в разговор Галина Лаврова. — Есть и просто улица Маевок, у платформы Плющево. Скорая помощь до сих пор адреса путает — то на аллею вместо улицы приедут, то наоборот. А вообще у нас беда — лесопарк Кусково вырубают! Хорошие, здоровые деревья на дрова отправляют. Ведь даже если одна веточка на дереве живая, нельзя его вырубать. Галина Андреевна знает, о чем говорит — все-таки специалист зеленого хозяйства. Чувствую, вот он, еще один лозунг родился: «Не рубите лес!» Женщина идею поддерживает: — Я бы еще добавила: «Берегите природу!» Какие березы красивые вырубают, дубы, ясени... Зато американский клен стоит — сорняк, что с него. А ясень — особенное дерево. Его раньше под особым секретом сажали — из него же делали приклады для ружей. Жаловались, писали.

Сказали, что с 31 марта вырубка прекращена, а все равно пеньки то тут, то там. В общем, есть народу что сказать. Лишь бы услышали.

СПРАВКА "ВМ"

Москвичи, конечно, не законодатели «маевочной» моды. Все он, Запад. 1 мая 1886 года забастовали рабочие — анархосиндикалисты Чикаго, которые требовали восьмичасовой рабочий день. Забастовка переросла в столкновение с полицией и кровопролитие. В 1890 году уже 10 тысяч рабочих Варшавы устроили стачку. В нашей стране первую маевку устроили несколько рабочих Путиловского завода в 1891 году в Петербурге. Москвичи подключились через четыре года, 30 апреля 1895-го, но от души — около 300 рабочих 35 предприятий в лесу между станциями Вешняки, Кусково и Перово ругали власть и придумали название для своей организации — «Рабочий союз». После маевки один из участников развернул спрятанное на груди красное знамя. Это был простой красный кумач, а на нем чернилами выведена надпись: «Да здравствует Первое мая!» «Раздается могучее «ура! Первое свободное «ура» почувствовавших волю», — вспоминал революционер Мартын Лядов.