Нужна не ностальгия по прошлым эпохам, а их серьезное переосмысление

С другой стороны, на мой взгляд, мягкая и интеллигентная интеграция обречена на провал. Встает вопрос актрисы в гримерке: «Против кого мы будем дружить?» или «На основе чего мы делаем интеграцию?»

Разговоры о том, что мы сделаем вторую Европу, не вдохновляют. Либо мы что-то сделаем свое и лучше. Либо это будет суррогат, который никого не убедит и все, как и сейчас, будут рваться на Запад.

Евразийство ХХ века — вещь довольно сложная. Это ощущение, что нам надо не в Европу идти, а в Азию. И это твердая убежденность, что Россия с ее православием находится выше, чем все остальные страны. Давайте разберемся — о каком евразийстве мы говорим? Есть евразийство Дугина, а есть Джемаля, для которого Евразия — это халифат. А есть евразийство, утверждающее, что здесь должна быть новая Золотая орда Чингисхана. Все это очень экзотично. И честно говоря, я могу себе представить, как умираю за Россию, но с трудом — что можно умереть за Евразию.

Мой идеал — СССР 2.0. Это как форма компьютерного апгрейда. Мы должны признать, что в Советском Союзе было и величие, и ошибки, которые привели к распаду. Разговоры о том, что страну развалили злые враги, — унизительны.

Был еврейский заговор? А русские что делали? СССР развалило ЦРУ? А КГБ что делал? Чем отличается реванш от ностальгии? Ностальгия не видит ошибок, она тоскует. Реванш — это анализ ошибок и мобилизация сил для победы.

Нам нужны улучшения, а не повторения, то есть апгрейд: союз народов, федерация территорий. Сейчас заканчивается огромная эпоха, целый эон.

Магистральный путь модерна, по которому Запад шел последние 500 лет, завершается. У нас есть свой уникальный живой опыт развития. Все мессианские коды России могут быть сейчас включены. Вы это понимаете, если 10 минут поговорите с любым русским человеком — с богатым и бедным, молодым и старым. Никто не хочет жить по чужим прописям. Все хотят прописывать законы миру. Нас ждет посткапитализм, новый коллективизм и новый человек. Мы запаздываем с технологиями, но если сейчас мы создадим другого человека, то гении нашей земли быстренько создадут супертехнологии и все что угодно. Нужно взять все ценное из советского опыта. Почему не может быть директивного планирования? Что это за сказка про рынок? Разговариваю с каждым крупным предпринимателем: «Говори быстро, ты у себя внутри корпорации будешь конкуренцию создавать между подразделениями?» — «Что я, с ума сошел?» — «А как ты будешь планировать?» — «Директивно». — «А если вся страна — корпорация?»

Я много езжу по разным странам и вижу огромный накопленный потенциал презрения к России, в том числе за отказ от себя. И в то же время есть смутная надежда, что русские снова проснутся и опять что-нибудь выдумают для мира.