Право руля: почему в европейской политике становится все больше консерваторов
Сюжет:
Эксклюзивы ВМНа парламентских выборах во Франции в тройку лидеров вошла ультраправая партия «Национальное объединение» (RN) во главе с Марин Ле Пен. Правые у власти в Венгрии, Италии, Нидерландах. Их позиции очень сильны в Польше, Австрии, Германии, Греции, Словакии и многих других европейских странах. В политике даже появился термин right turn — правый поворот. С чем он связан? Хорошо или плохо для России, что Европа медленно «правеет»? Можем ли мы на этот процесс влиять?
Европа правеет. И чем дальше, тем больше. Одна из причин — украинский кризис, санкции против России и нашествие беженцев из «незалежной» в ЕС. В Польше, например, пробилась в Сейм ультраправая коалиция «Конфедерация свободы и независимости».
— Когда вы, банда идиотов, наконец поймете, что санкции против России бьют по нам? Тот, кто выступает за санкции против России, — диверсант и предатель, — заявил депутат от «Конфедерации» Януш Корвин-Микке.
По пути товарища Сталина
— Поправение Европы, на самом деле, идет уже давно, — считает политолог, замдиректора Института стран СНГ, Владимир Жарихин. — Сегодня европейский правый — это евроскептик, противник глобализации и создания единой Европы. Уровень евроскептицизма в разных странах разный. В Великобритании, например, он в свое время дошел до «брекзита» — выхода страны из Евросоюза. Также в 2014 году была окончательно провалена идея создания единой европейской Конституции. В18 из 27 стран, которые входят в ЕС, граждане в той или иной форме высказались против. Сейчас евроскептицизм нарастает. Граждане ЕС, например, устали от миллионов африканских мигрантов, которые не работают, а жить хотят не хуже местных. Устали от всевозможных «гендерных экспериментов». Ведь любой народ в массе своей — люди нормальные, с традиционными ценностями. А им говорят, что у человека 50 полов. Эксперт считает, что Евросоюз сейчас повторяет историю России 100–летней давности.
— В 1917-м пришли к власти ультралевые, то есть большевики. И тоже сначала сильно чудили. Коммуны, обобществление имущества, свободная любовь, школа без предметов со свободным посещением и, главное, экспорт революции — «мы на горе всем буржуям мировой пожар раздуем». Кто не с нами, тот против нас, — перечисляет эксперт. — Очень быстро стало ясно, что все это — путь в никуда. Ни на одном из направлений позитивного результата нет. И тогда товарищ Сталин, человек здравомыслящий, быстро отыграл назад. Мировую революцию откладываем и строим социализм в отдельно взятой стране. Возвращаем нормальные школы с преподаванием разных дисциплин, никакой свободной любви, браки регистрируем, семьи поддерживаем, строим дома с колоннами в имперском стиле. По сути, это был шаг назад — к традиционализму. Первым евроскептиком был товарищ Сталин. Сейчас самые умные европейцы идут по его пути. Они отказываются от леволиберальных идей и ставят на здоровые консервативные ценности: нормальная семья с мужчиной и женщиной, никаких пришлых дармоедов, заботимся не о «благе человечества», а о своей стране. Сначала национальные интересы, потом — все остальное. Нынешние европейские правые — это уже не нацисты, сотрудничающие с буржуазией, как при Гитлере, а консерваторы, традиционалисты. Люди, которые поняли, что Европа пошла куда-то не туда, и желающие повернуть.
Спасибо Украине и санкциям
Кандидат экономических наук, преподаватель МГУ Виктор Кудрявцев считает, что «правый поворот» вызван и снижением уровня жизни. — Человек так устроен, что думает в первую очередь о себе, своем достатке. Щедрым он обычно становится тогда, когда основные потребности закрыты, — пояснил эксперт. — А у европейцев с этим все хуже. «Зеленые» — а это всегда левые либералы— активно продавливают экологическую повестку. И додавили до того, что электричество, например, все чаще вырабатывается не путем сжигания газа, а с помощью ветряков, энергии приливов и отливов и прочими «зелеными» способами. Казалось бы, прекрасно! Но такие способы производства энергии, как выяснилось, значительно дороже обычного. Сначала это стало сказываться на платежках за коммуналку. Потом выяснилось, что «зеленая энергия» делает дороже всю производимую продукцию, а значит, ее себестоимость растет, а продажи снижаются. Европейцев вытесняют китайцы, получающие дешевый газ по «Силе Сибири». А уж после введения санкций европейцы вообще начали разоряться. Дошло до того, что крупные концерны начали переводить производство, например, из Германии в США и Китай — там энергоносители дешевле. Как итог, европейцы стали терять работу. Сейчас какие санкции ни возьми, все бьют по европейцам. А плюсом идут постоянные транши на Украину — в десятки миллиардов евро, украинские беженцы, которых нужно кормить. И главное, совершенно непонятно, когда все это кончится. Местные правительства говорят о «европейской солидарности» и о том, что «все решает Брюссель». Но никому не интересна солидарность в бедности. А Брюссель, если он не кормит, а обдирает, хочется послать подальше. Поэтому европейцы все чаще голосуют за консерваторов: те обещают своим странам больше самостоятельности и денег.
«Вечеринка окончена»?
По данным агентства Bloomberg, сегодня, согласно совокупным данным опросов, правые партии входят в тройку самых популярных почти в половине стран ЕС. Типичный пример — активно растущий рейтинг правопопулистской партии «Альтернатива для Германии». На выборах в Европарламент в июне этого года АдГ заняла второе место, набрав 15,9 процента голосов. Она отобрала голоса у правящей коалиции «Светофор», которая получила чуть менее трети голосов. Кроме того, впервые в истории современной Германии крайне правая партия заняла второе место на общенациональных выборах. АдГ, в частности, призывает к выходу Германии из Евросоюза, ужесточению миграционной политики, отказу от «зеленого» курса и, больше того, к отмене санкций против России. Сейчас АдГ и несколько других правых партий интенсивно работают над созданием новой фракции в Европарламенте. Она будет выступать против антироссийских санкций и нынешней политики ЕС. Об этом заявил глава венгерской правой партии «Наша родина», по итогам выборов прошедшей в Европарламент, Ласло Тороцкаи.
— Вместе с АдГ, болгарским «Возрождением» и другими нашими европейскими союзниками мы уже давно работаем над созданием новой европейской партийной группы и новой фракции в ЕП. Наши переговоры сейчас идут интенсивно, и скоро станет ясно, к чему мы пришли, — заявил венгерский политик. — Действия нынешнего руководства ЕС — в том числе и санкции против России — имеют катастрофические последствия для Европы, мы, конечно, выступим против этой политики.
Немецкое издание Spiegel сообщило, что евроскептики планируют основать в Европарламенте фракцию «Суверенитисты». Вместе с «Нашей родиной» и АдГ членами новой фракции могут стать румынская S.O.S., испанская Se Acabo La Fiesta («Вечеринка окончена». — «ВМ»), греческая «Ники» («Победа». — «ВМ»), польская «Конфедерация», словацкое движение Republika.
Политолог Григорий Савельев считает, что повода особо радоваться у России пока нет.
— Во-первых, это всего лишь небольшая фракция, к тому же пока не созданная. Во-вторых, реальной власти у Европарламента нет — это большая европейская говорильня. В-третьих, эта фракция не будет пророссийской. Просто евроскептики, которые хотят уменьшить власть европейских бюрократов.
...Нет, пока продолжается
По мнению Григория Савельева, «консерваторы» и «правые» вовсе не означает «симпатизанты России». Так, например, летом прошлого года в Финляндии было сформировано новое правительство. В нем нет представителей ни одной левой партии. В правительстве консервативная Национальная коалиционная партия, «Истинные финны», «Христианские демократы» и Шведская народная партия. Это самое «правое» правительство в истории страны.
— И что? Финны теперь поддерживают Россию? Ничего подобного. Они вошли в НАТО и отправляют Украине военную помощь. Ровно такая же ситуация в Польше. Там националисты были у власти много лет— взять тех же братьев Качиньских, но они ненавидели Россию и вооружали Украину, — пояснил Григорий Савельев.
Эксперт также привел пример Италии, где сейчас самое правое руководство со времен Второй мировой войны во главе с Джорджей Мелони. Ее партия — «Братья Италии» — выросла из «Итальянского общественного движения», сформированного сторонниками Бенито Муссолини после окончания Второй мировой войны. «Братья Италии» — евроскептики, против засилья мигрантов и стремятся запретить аборты.
— Мелони у власти уже почти два года. И что? Политика страны изменилась? Может, она хочет выйти из ЕС? Перестала помогать Украине? Не поддерживает антироссийские санкции? Или хотя бы аборты запрещены?— рассуждает Григорий Савельев. — Нет, ничего такого. Между позиционированием политика, его предвыборной риторикой, его обещаниями и его реальной деятельностью часто огромная разница. Ведь что такое политик? Это товар, который необходимо продать избирателю. Сначала проводится маркетологическое исследование: чего избиратель-покупатель хочет, какие уже есть предложения на рынке в той или иной нише. Ага, место правого и консерватора не занято, отлично. Работаем в этой нише. В нынешней электоральной демократии ориентация политика, его взгляды — это вывеска, обертка, нужная лишь для того, чтобы «товар» — то есть его самого — купили. А уж каким этот товар окажется «в эксплуатации», соответствует ли он заявленным в рекламе характеристикам — не важно. К тому же эксплуатировать будет сам политик, а не его.
Второй важный момент — правый, консерватор и сторонник России — это не одно и то же. — С1 октября генсеком НАТО станет Марк Рютте — премьер–министр Нидерландов и до 2023 года лидер правой «Народной партии за свободу и демократию». Он ярый русофоб и сторонник помощи Украине. Будучи правым, он тем не менее на посту премьера Нидерландов резко увеличил военные расходы страны, — пояснил Григорий Савельев.
Как пояснил эксперт, «правый» в современном понимании означает «националист» (не путать с нацистом), т.е. человек, ставящий на первое место интересы своей нации. «Правые», в свою очередь, делятся на либералов (яркий пример — Владимир Жириновский) и консерваторов (Дмитрий Медведев, Рамзан Кадыров, Дмитрий Рогозин).
— Иногда интересы своей страны правые понимают как сотрудничество с Россией — как, например, венгерский премьер Виктор Орбан, а иногда — как войну с ней, как правые Польши, Прибалтики, Нидерландов, Финляндии, — пояснил Григорий Савельев.
Пусть приходят популисты
Сергей Марков, директор Института политических исследований, считает, что сами определения — «левый», «правый», «либерал» — уже несколько устарели.
— Разделение идет по другому критерию. На Западе есть партии «мейнстримные» и партии популистские. Первые работают под диктовку Вашингтона и Брюсселя, они пронизаны агентами спецслужб. Вторые пытаются выражать интересы общества. То есть не истеблишмента — как мейнстримные, а простых людей. России нужно сотрудничать с партиями популистскими, как, например, АдГ, и всячески поддерживать их. Потому что большинство обычных европейцев войны с Россией не хотят. Им вообще никакая война не нужна. Второй важный момент: популисты — за традиционные ценности: нормальная семья, дети, религия. Эти ценности — наши, мы их отстаиваем и даже воюем за них. Поэтому нам с подобными партиями по пути. Чем больше консерваторов, поддерживающих традиционные ценности, будет у власти, тем России проще. Да, у наших стран могут быть разные интересы. Но нам куда легче договориться. Ведь нашли же мы общий язык с правым консерватором Орбаном и правым консерватором Эрдоганом. У нас хорошие отношения с Ираном, Саудовской Аравией, Китаем, Индией, странами Средней Азии. Все они, обратите внимание, живут в русле традиционных ценностей. Разделение на своих и чужих проходит сейчас здесь: ты за нормальную семью и религию или за 50 полов.
![Право руля: почему в европейской политике становится все больше консерваторов](https://cdni-vm.servicecdn.ru/2024.07/original/720_668c175f82682c3a933617a5.png)
КСТАТИ
Правый разворот в европейской политике будет тянуться еще несколько десятилетий, уверен директор Центра системного анализа и прогнозирования Ростислав Ищенко.
— Даже если какая-то правая партия не просто победит на выборах, а сможет еще и сформировать правительство, ей придется очень тяжело. Потому что почти все страны Запада прочно встроены в леволиберальное окружение. Вывести, скажем, свою страну из ЕС — значит порвать или ослабить давно налаженные экономические связи, — пояснил эксперт. — Как результат — экономические издержки: безработица, рост цен. Ивам придется сначала рассказывать населению, что плохо — только сейчас, а потом будет лучше, а затем почти наверняка проиграть следующие выборы. Ведь население хочет выгод уже сегодня! А если вы в ЕС остаетесь, то вынуждены «жить как все».
В ТЕМУ
Само деление на правых и левых возникло в период Великой французской революции. А именно — 28 августа 1789 года. В этот день в Учредительном собрании Франции депутаты, поддерживавшие радикальные перемены, сели слева от председателя. А сторонники сохранения абсолютной монархии — справа. С тех пор политическое размежевание между сторонниками и противниками перемен стало описываться как противостояние левых и правых. Первой правой идеологией стал консерватизм, бросивший вызов революционным идеологиям. Правые выступают за сохранение или создание общества, сплоченного по максимально возможному числу скреп: традиции, религия, раса, язык и т.д. Сейчас к правым идеологиям относят консерватизм, новые правые, неоконсерватизм и правый популизм.