Суета в сеутском приюте: почему Вашингтон хочет контролировать обе стороны Гибралтарского пролива

Несмотря на всю бдительность марокканских пограничников, которые следили за ситуацией на рубежах с испанскими анклавами Сеутой и Мелильей, 15 августа толпы мигрантов вновь предприняли попытку проникнуть на европейские территории в Африке. При этом в Мадриде знали о таком сценарии по соответствующим призывам в социальных сетях.

В анклавах до сих пор остаются тысячи беглецов, которые требуют предоставить им убежище. «Вечерняя Москва» разбиралась, кому выгоден этот кризис границ.

По последней информации, испанским военнослужащим отменили отпуска. Анализирующие марокканские соцсети спецслужбы предполагают, что в ближайшее время может состояться новый штурм Сеуты, испанского анклава в Северной Африке, толпами марокканцев, мечтающих найти приют в Европе. Теперь испанские власти готовы встретить пришельцев во всеоружии.

Однако ни у кого уже нет иллюзий относительно того, что обитатели арабских городов и весей как по команде рванули через заборы с колючей проволокой, исключительно откликаясь на благую весть о массовой амнистии нелегалов в континентальной Испании.

По данным испанской газеты El País, в марокканских соцсетях сформировано не менее 14 тематических сообществ, обсуждающих подобные планы пришествия, в которых состоит не менее 400 тысяч человек. Однако такой размах вряд ли возможен без чьего-либо масштабного администрирования. И вопрос о том, кто реально может за этим стоять, уже не кажется риторическим.

Как все начиналось

Испанские города Сеута и Мелилья — наследие еще средневековой экспансии. Пятьсот лет назад это были форпосты тогдашней Португалии. После португало-испанской унии в 16–17 веках они стали, скорее, испанскими. Да так и остались под рукой Мадрида. Естественно, на эти территории постоянно в той или иной форме претендует Марокканское королевство, не признающее законность испанских владений под своим боком. Еще в 1970-х годах марокканцы организовывали так называемые массовые зеленые марши к границам анклавов, оказывая на соседей психологическое давление.

Неудивительно, отмечает военный эксперт Станислав Барбашин, что, когда в 1980-х после смерти диктатора Франко уже демократическую Испанию стали втягивать в Североатлантический альянс, то среди атлантических заманух как раз и фигурировали гарантии безопасности для анклавов и возвращение испанцам контроля над Гибралтаром, захваченным еще в 18 веке Британией.

— Ведь не секрет, что в том социалистическом постфранкистском Правительстве Испании преобладали как раз антиатлантисты, но «морковка» в виде перспективы вхождения в ЕС и гарантий для анклавов сыграли свою роль в переломе общественных настроений, — полагает эксперт. — Притом что испанцев предупреждали, что зона ответственности НАТО — «севернее Тропика Рака» — на Африку не распространяется. А со стратегически важным Гибралтаром Лондон просто так никогда не расстанется, но пропаганда делала свое дело.

Испания оказалась в альянсе, где мало того что ничего в реальности не приобрела, но, наоборот, ныне становится там изгоем и объектом американского давления, противясь повышению военного бюджета до пяти процентов ВВП и отказываясь становиться соучастницей пентагоновских военных операций на Ближнем Востоке.

Тут уж, как говорится, за что боролись. Особенно учитывая, что не так давно в Комитете по ассигнованиям палаты представителей конгресса США выпустили доклад в рамках обсуждения бюджета, в том числе для Госдепартамента, в приложении к которому появилась формулировка, вызвавшая немалый резонанс: «Комитет отметил, что Сеута и Мелилья — это города, управляемые Испанией, но расположенные на марокканской территории».

При этом Комитет прямо указал, что эти территории остаются предметом давних территориальных претензий со стороны Марокко. Более того, документ поддержал усилия госсекретаря США по содействию дипломатическому диалогу между Мадридом и Рабатом относительно «будущего статуса» анклавов. Вот так-то! Заокеанские отцы-законодатели смело ставят под вопрос территориальную целостность своего натовского союзника, с которым президент страны Дональд Трамп еще и обещал прекратить все торговые отношения. Хотя после претензий США на датскую Гренландию уже ничего не должно шокировать.

И король Марокко Мухаммед VI тут же назвал важнейший для страны автобан, соединяющий север и юг страны, в честь Дональда Трампа. Как говорится, заслужил! Сам же король отметил, что никогда отношения его страны с США не были столь крепкими, как при Трампе.

Одновременно из Лондона на фоне многотысячного нашествия на Сеуту раздались экспертные голоса, призывающие Мадрид избавиться от проблемных анклавов, передав их, естественно, Марокко.

Не этой ли цели должно служить и посредничество штатовского Госдепа? И после такого геостратегического поворота мы еще верим в мигрантский массовый экспромт? — задается вопросом историк и политик Николай Стариков.

— Испанский премьер Санчес имел наглость противиться США и НАТО. Ему устроили публичную порку и фактически просто политически похоронили. Показательно, что уже через сутки основная часть «интервентов» вернулась обратно, потому что им заплатили за участие в «веселом приключении» — штурме анклава. Так кто же все это организовал? Ответ: глобалисты и США. Те, кто еще при Меркель кораблями возил «беженцев» в итальянскую Лампедузу. Но ЕС строил и строит заборы на границе с Россией и Белоруссией, где угрозы массированного проникновения не существует, — объясняет Николай Стариков.

Мароккано-израильский интерес

Впрочем, в антииспанской провокации слились интересы многих стран. В частности, на память приходит пример Турции, на территории которой существовали лагеря для «беженцев» из Сирии и Афганистана и которая время от времени открывала условный «кран» и канализировала потоки жаждущих обрести новую судьбу в Европе. А те на своем пути сметали все — и заборы, и пограничников, защищавших внешние контуры шенгенских стран.

И в результате непростых переговоров с европейскими бюрократами Анкара выиграла на всех досках: получила и немалые миллиардные субсидии как бы на содержание проникших на ее территорию мигрантов, чтобы они не перемещались дальше, и визовые послабления для поездок в Европу для собственного населения. Не исключено, что марокканские власти готовы пойти по тому же пути, напугав Старый Свет многотысячной мигрантской ордой. Недаром под серьезный вопрос был поставлен один из смысловых столпов Евросоюза — шенген, свободное перемещение в границах этой зоны. А за спокойствие и стабильность, видимо, придется заплатить Рабату.

Примечательно, что в отличие от большинства арабских стран у Марокко вполне деловые отношения с Израилем. И китайские спецслужбы, видимо, небез основания полагают, что появление десятков тысяч марокканцев в Сеуте — это операция израильской разведки «Моссад». В Китае расценили мигрантский прорыв как элемент гибридной войны. И Израиль организовал такую операцию в качестве «стратегической мести» Мадриду за признание Палестины и блокировку дозаправки самолетов НАТО с оружием для Израиля.

А с приходом нового директора «Моссада» Романа Гофмана китайские спецслужбы, дескать, фиксируют попытки Тель-Авива использовать связи с террористической экстремистской организацией «Братья-мусульмане» и Марокко для дестабилизации Египта, Туниса, а теперь и Испании. Тем более Испания остается одним из главных экономических партнеров КНР в Старом Свете. И Израиль якобы демонстрирует Китаю способность перекраивать геополитическую карту в зонах интереса Пекина. А в 2019 году, после очередного обострения отношений Мадрида и Тель-Авива, Яир Нетаньяху, сын премьера, вообще призывал арабов «освободить» испанские анклавы.

2 августа. Мигранты, которые пересекли границу Испании, в сопровождении испанских солдат направляются к границе для возвращения в Марокко / Фото: Antonio Sempere / AP / ТАСС

И плюс Марин Ле Пен

Понятно, что события в Сеуте, на пляжах которой все еще обитают несколько тысяч «переселенцев», явно усилили позиции политиков, выступающих за ограничение миграции, угрожающей европейской самоидентификации. И в их числе особый интерес традиционно вызывает фигура Марин Ле Пен — фаворитки намеченных на будущий апрель президентских выборов во Франции.

Английский еженедельник Spectator вообще на фоне телевизионных картинок событий в анклаве объявил, что лидер «Национального объединения» уже, мол, победила на грядущих выборах: «Ле Пен заявила, что “искоренение исламизма — это ежедневная битва”, и нападения, совершаемые от его имени, не должны заметаться под ковер. А потом появилась Сеута».

Однако, как отмечает политолог, директор Института РУССТРАТ Елена Панина, у Марин Ле Пен и до событий в Сеуте все было хорошо, поскольку по всем опросам она лидировала с большим отрывом по отношению к остальным потенциальным соперникам. Как «справа», так и «слева».

— Но это и неудивительно. «Национальное объединение» десятилетиями строит свою идентичность вокруг проблем миграции, безопасности границ и суверенитета. И Марин Ле Пен не обязательно лишний раз убеждать избирателя на фоне штурма Сеуты, достаточно напомнить, что ее партия об этом предупреждала, — говорит Елена Панина.

Но в целом эксперт полагает, что кризис в Сеуте продемонстрировал, что граница Европы может быть перегружена не в результате военной операции, а массой плохо организованных людей. Разница в ресурсах огромна. И для создания кризиса достаточно временного бездействия соседнего государства и нескольких часов.

Но, повторимся, защитные барьеры строят исключительно на нашей границе. И нет ни одного события в Европе, за которым, по мысли местных конспирологов, не тянулся бы русский след. А потому выяснилось, что проблемы в Сеуте устроил... лично президент России Владимир Путин. Мол, Россия заинтересована в том, чтобы отвлечь внимание Евросоюза от себя и своих действий. И потому наносит удар в тыл с помощью разыгрывания больного вопроса миграции. Примерно так сейчас пытаются объяснить даже пожары на юге Европы.

Однако европейские борцы с российской угрозой обвиняли нас и в создании миграционного кризиса 2014–2017 годов. Мол, это была месть за поддержку Евросоюзом Украины после возвращения Крыма в родную гавань и введения антироссийских санкций. И все это на фоне известного приглашения мигрантам, сделанного лично фрау Меркель. История, как известно, развивается от трагедии к фарсу.

Однако общий вердикт здравомыслящих европейских политиков, подводящий смысловой итог событиям вокруг Сеуты, четко сформулировал The European Conservative: «Происходящее является частью сознательной, преступной и по-настоящему пугающей политики евробюрократов. Фактически мадридские чиновники променяли национальную безопасность и охрану рубежей на идеологические догмы. Причина банальна: легитимность Педро Санчеса опирается на наднациональные европейские институты, а вовсе не на волю испанского народа. Правящая верхушка Испании цинично предала собственных граждан в угоду глобалистской повестке».

Но это мы уже прояснили.

Цитата

Китай расценил мигрантский прорыв как элемент гибридной войны против Испании.

КСТАТИ

Сотни мигрантов, прибывших в испанский анклав Сеута на побережье Северной Африки, провели акцию протеста на городском пляже. Они призвали власти Испании предоставить им убежище и не отправлять их обратно в Марокко. По информации европейских СМИ, в анклаве осталось от 5 до 8 тысяч мигрантов. Из-за нехватки ресурсов прибывшие вынуждены жить на пляже Эль-Трамполи и в окрестностях города. Часть мигрантов вышла с испанскими флагами и транспарантами и призвала власти найти решение. Протестующие заявили, что не хотят возвращаться в родные страны из-за низкого уровня жизни и возможного преследования.

Важно!

За две недели до массового прорыва мигрантов из Марокко в испанский город Сеута конгресс США одобрил выделение Марокко 40 миллионов долларов, а также включил в отчет Комитета формулировки о территориальных претензиях Рабата. Об этом сообщил член Палаты представителей США Томас Масси в социальных сетях. К своей публикации Масси приложил скриншоты положений законопроекта и доклада профильного Комитета.