Главное
Карта городских событий
Смотреть карту

От Москвы до самых до Украин. История несостоявшейся войны

Сюжет: 

Эксклюзивы ВМ
В мире
От Москвы до самых до Украин. История несостоявшейся войны
Специальный корреспондент «ВМ» Андрей Казаков / Фото: Алексей Орлов / Вечерняя Москва

Специальный корреспондент «Вечерней Москвы» Андрей Казаков отправился в Донецкую Народную Республику накануне анонсируемого в СМИ вторжения российских войск на Украину. Он передает с места событий.

От Москвы до самых до Украин, как в Средневековье на Руси называли отдаленные от центра субъекты, сейчас восемь часов пути. На такси до Внукова, оттуда на Sukhoi Superjet 100 до аэропорта Платов, потом снова на такси до Ростова-на-Дону и после — на финишную прямую, до Донецка, через Таможенный пост МАПП «Матвеев Курган». Правда, на посту придется потоптаться, пока таможня даст добро.

Несмотря на обилие сообщений о российских бронетанковых армадах, пыхтящих на Киев с наших юго-западных границ, по дороге от Ростова-на-Дону до Матвеева Кургана таковых замечено не было. Причем совсем. Тут и движение-то весьма сонное. Снег уже сошел. И пейзаж похож на подмосковный май. Правда, без пробок — дороги пустые.

У шлагбаума никого. Нет этой пугающей картинки с Ближнего Востока, где у каждого поста непременно дежурят трое-четверо человек — да в полной выкладке, да с автоматическом оружием наперевес. Здесь все неромантично, очень скучно.

Утром 16 февраля, как раз когда Байден пророчил вторжение российских войск на Украину, сонный таможенник высунулся из своего КПП и указал нам направление к терминалу досмотра. Мы, то есть я и еще четыре дамы преклонного возраста, через калитку войдя на территорию пункта, пешком обогнув шлагбаум, направились «вторгаться» — на паспортный контроль. Следом подъехал автобус, наполненный такими же дамами серебряного возраста и мужчинами, сильно напоминающими — нет, не спецназ ГРУ, а челноков, торговавших в 1990-х годах кроссовками на Черкизовском рынке — с многочисленными коробками и большими вещевыми сумками.

В просторном зале, напоминающем школьный холл, пассажиры автобуса и мы с дамами строимся. Как в аэропорту на досмотре. Только вместо рентгена здесь — добрый черный пес. Он, кажется, тоже еще не проснулся.

— Пожалуйста, сумочки поставьте перед собой и приоткройте, — просит нас таможенник.

Собака оптом обнюхивает всю ручную кладь и багаж. И вдруг виляет хвостом! Бомба? Наркотики? Нет. Это колбаса. Все пассажиры автобуса и таможенник смеются.

Проходим на паспортный контроль. Привычная процедура. На столе лежит стопка деклараций. Написано, что заполнять их нужно физическим лицам, достигшим 16-летнего возраста. Эти декларации нужно сохранять в течение всего периода пребывания заполнившего ее лица на территории Евразийского экономического союза ( ЕАЭС). И, видимо, ЛНР и ДНР, в которые мы уверенно направляемся, в него уже вошли. Или в него вошла Украина? Или вторглась? Хотя, принимая во внимание рассмотрение Государственной думой России проект закона о возможности признания Народных Республик, выглядит весьма современно.

От Москвы до самых до Украин. История несостоявшейся войны Служебный пес обнюхивает вещи пассажиров автобуса, который направляется в Донецкую Народную Республику ( / Фото: Андрей Казаков / Вечерняя Москва

Пожалуй, единственное, что отличает этот КПП от московских внуковско-шереметьевских, — краем глаза замеченные бронежилет и каска, мирно лежавшие в углу приоткрытого кабинета.

— Как обстановка? — спрашиваю у таможенников. — Есть нервозность? Поток беженцев?

— Каких? Откуда? — недоуменно отвечает тот. — Нет. Очень много вашего брата есть — журналисты прям косяком прут. Зачем вам сюда?

— Вы что, не слышали? — спрашиваю у пограничника.

— Я работаю. Мне телевизор некогда смотреть. И Олимпиада идет, вообще-то, — бурчит тот.

— Вроде вторгаться должны... — бросаю в ответ.

— Кто? Куда? Не понял, — чешет затылок таможенник. — Здесь люди ездят постоянно: у кого родственники, у кого работа. Никакого всплеска беженцев или наплыва туристов, кроме, повторяю, вас, журналистов, тут нет. А нервозность... Она тут уже восемь лет. А если так долго жить в напряжении, то оно становится нормой... — говорит таможенник и углубляется в заполнение документов.

Понятно, что он ни о каком вторжении не слышал. Но все ко всему давно готовы. И ко вторжению, и к посевной, и к вакцинации.

— Если говорить о последних пяти годах, то ситуация становится, конечно, хуже, тяжелей. Война, а теперь еще и коронавирус — говорит Ирина Заднепровская. Девушка переходит границу со стороны ДНР. Она приезжает в Россию работать пекарем в кафе.

— Но война, естественно, страшнее. И сейчас мы ждали вторжения, — продолжает Ирина. — Все вокруг говорили, что что-то вот-вот начнется. Но ничего не случилось. Может, где и стреляют, но не здесь. В ДНР, конечно, напряжение чувствуется. Техника местами перемещается, люди ругаются, что дорогу гусеницами разбивают. Тревожно. Но пока тихо. А войны не хочется. Совсем. Нам в 2014-м уже приходилось переезжать, стреляли. У моей мамы дома даже люстра упала.

Ну что, вперед! Посмотрим, как там — по ту сторону шлагбаума.

ИСТОРИЯ КОНФЛИКТА

Британские таблоиды Sun и Mirror опубликовали материалы о том, что Россия готовит вторжение на Украину. Журналисты ссылались на данные американской разведки. Датой вторжения британские СМИ назначили раннее утро 16 февраля. Источники газеты в американской разведке предположили, что могут быть нанесены авиаудары по военным и правительственным командным пунктам, за которыми последует танковое наступление, а корабли могут штурмовать южное побережье Украины. Все эти предположения публиковались, несмотря на то что в Москве все приписываемые планы вторжения на территорию Украины категорически отрицали.

Подкасты