Евгений Водолазкин — все материалы автора

Приметы и советы

Народные приметы на 27 апреля 2026 года

Народные приметы на 26 апреля 2026 года

Народные приметы на 25 апреля 2026 года

Народные приметы на 24 апреля 2026 года

Народные приметы на 23 апреля 2026 года

Народный календарь. Как избежать безденежья на Мартына Лисогона, 27 апреля

Народный календарь. Какие цветы нужно собирать в день Фомаиды, 26 апреля

Народный календарь. Почему 25 апреля нужно ходить по лесу с осторожностью

Народный календарь. Как избавиться от зубной боли на Антипа Половода, 24 апреля

Народный календарь. Почему нельзя есть горячую еду до полудня 23 апреля

Евгений Водолазкин

писатель, литературовед

Белые, красные и эмигранты-старообрядцы

О наиболее интересных книжных новинках, написанных в жанре нон-фикшн, «Вечерней Москве» рассказал писатель и литературовед Евгений Водолазкин.

Литература возвращается

Не раздражает ли меня объявление нынешнего года Годом литературы? Нет, не раздражает. Может быть, кто-то о ней забыл (по статистике треть населения у нас вообще не читает), а так вспомнит. Прочувствует, что в качестве предмета экспорта русская литература оставляет позади автомат Калашникова. Испытает, возможно, культурный шок.

Знаменитая актриса Татьяна Самойлова отмечает юбилей

Пикассо снимал слепки с ее ладоней и ступней. Фильм «Летят журавли» получил 12 премий мира. В 1957м она была королевой Канн. И она давно стала легендой. Татьяна Евгеньевна Самойлова.[b][i]«Всей жизнью заплатила за сына»[/i]– Ваш сын Дмитрий живет в Америке?[/b]– Да, он доктор. Он сказал: «Мам, или я буду человеком, или не буду». Собрался синклит: бабушка, дедушка, мой брат и я. Мы сказали: «да». Так он стал студентом университета в Мичигане. Там он познакомился с Мартой, своей женой – она американка.[b]– Вы как это пережили?[/b]– Я была очень расстроена, плакала: «Митька, что же я одна буду делать без тебя?» Он сказал: «Мама, но надо же становиться на ноги, надо быть мужиком. Не можешь же ты меня кормить!» Он очень много болел в детстве. Всей жизнью я заплатила за него, чтобы только он встал на ноги.[b]– Он у вас единственный?[/b]– Единственный. Это сразу после «Анны Карениной» случилось. За мной ухаживал администратор Театра киноактера Эдуард Машкович.[b]– Вы были с ним женаты?[/b]– Все как положено – зарегистрировались. Он намного моложе меня. Выглядел очень юным. Жить было негде. Помогали мама, папа, хлопотали перед Моссоветом. Митька родился очень большой – 4,9 кг.[b]– А до этого вы не хотели детей?[/b]– Очень хотела, но не получалось.[b][i]Первая любовь[/i]– Правда, что ваш отец Евгений Самойлов был первым лауреатом Сталинской премии?[/b]– Да, за «Щорса» он получил в 1941 году. Я занималась художественной самодеятельностью, читала под аплодисменты. Сказала папе: «Я хочу стать актрисой – можно?» Папа застеснялся, ответил: «Посмотрим».[b]– Не хотел?[/b]– И мама не хотела. Я изучала английский, хорошо его знала. Но пошла в Щукинское училище. Туда пришли помощники с «Мосфильма», и нас всех забрали в кино. И сразу начали снимать. Мы нравились, нравились наши лица. Я была безумно увлечена ролью в «Летят журавли».И я уже тогда была замужем за Василием Лановым. Пара мы были чудная. Он был очень красивый.[b]– Сколько вы пробыли вместе?[/b]– Шесть лет. У меня уже были «Мексиканец», «Летят журавли», у него – «Аттестат зрелости», Павка Корчагин и «Алые паруса»... А потом я улетела во Францию на Каннский кинофестиваль, и мы сразу расстались.[b][i]Шесть чемоданов счастья[/i]– «Летят журавли» у нас ведь сильно топтали – до триумфа в Каннах…[/b]– Писали, что это хулиганская любовь, что это не героиня. А как может быть героиней девочка, которую война застала врасплох? Была просто травля, поэтому, когда мне дали приз за лучшую женскую роль в Каннах, я очень обрадовалась. Я ведь жила этим образом.[b]– Канны произвели на вас впечатление?[/b]– Конечно. Я обомлела от этой роскоши и красоты. У меня так забилось сердце, и они там поняли, что я очень красивая. Меня сразу со всеми познакомили: Даниэль Даррье, Софи Лорен, Джина Лоллобриджида, Шарль Буайе, Юл Бриннер.[b]– Вас в Каннах пасли кагэбэшники?[/b]– Нет, но в делегации был один комсомольский деятель – он даже не разрешал нам надеть купальники и поплавать.[b]– А что еще не разрешалось?[/b]– Многое. Но я встретила в посольстве человека, с которым папа учился в школе. Он сказал: «Таня, у меня много денег. Говори, что тебе хочется – я все куплю». Я ответила: «Белье…» В итоге я купила белье, шубу норковую белую... Я уезжала из Канн с шестью чемоданами.[b][i]Голливуд или диплом?[/i]– Говорят, у вас было много заграничных предложений?[/b]– Они смотрели и просто диву давались, какая я прекрасная, и хотели меня заграбастать в Америку. Много было предложений. Сергей Урусевский привез целый портфель, но сказал: «Таня, надо заканчивать институт, надо получать диплом и надо работать». Я ответила: «Хорошо».[b]– Не обидно теперь?[/b]– Мне предлагали сниматься в Америке в «Анне Карениной» с Жераром Филиппом, но я подумала и ответила: «Я не Анна Каренина». Я не знаю, почему тогда я так ответила. Но меня пригласили французы в фильм «Леон Гаррос ищет друга» по сценарию Сергея Михалкова. Я играла русскую певицу, влюбленную в русского летчика.Снимали у нас, в Сибири. В Венгрии я снималась в «Альба Регии», в военной картине. Там и познакомилась с Валерием Осиповым, который был известным журналистом и писателем, написал этот сценарий вместе с венграми. И с Валерием Дмитриевичем мы приехали в Москву.[b]– Он стал вашим вторым мужем?[/b]– Да.[b]– После вашего триумфа в Каннах власти переменили свое мнение о картине?[/b]– Нет. Хрущеву я не нравилась.[b]– Он это как-то выражал?[/b]– Он сказал: «Проститутка». Всем дали звания, ордена, медали, а у меня ничего не было.[b]– А Брежнев как к вам относился?[/b]– Он меня обожал. Мы навещали его, когда он был уже плох, – Вульф, я и Галя Волчек... Кино – это великая сила. Я счастлива, что была в кино. След неизгладимый.[b][i]«А вдруг не понравлюсь?»[/i]– Как вы сами объясняете свою непростую судьбу в кино?[/b]– Мне всегда говорили: «Таня, не снимайся везде, не порти свою репутацию. Пусть снимаются мужчины, у них есть на это силы».[b]– Когда Зархи предложил вам Анну Каренину…[/b]– ...Я была безумно рада. Я плакала. Я пришла и сказала: «А вдруг я не понравлюсь вам?» Я была уже немолодая, мне было 32, многие актрисы пришли пробоваться: Быстрицкая, Ларионова. Но Зархи сказал: «Я пишу сценарий на Самойлову, извините меня».Два года шла работа над сценарием, и два года мы еще снимали. Четыре года ушло.[b]– Вы знали, что Вронским будет Лановой?[/b]– Да. Зархи писал на меня и на Ланового.[b]– Он понимал, что это деликатный момент?[/b]– Понимаете, искусство есть искусство, а жизнь есть жизнь. Нельзя эти две вещи путать. Искусство – это вещь прекрасная, а жизнь... Любовь ведь первая, она проходит очень быстро, и жизнь очень быстро проходит.Очень...[b][i]«Я наигралась»[/i]– У вас нет ощущения, что вы были достойны большего?[/b]– Но ведь много же актрис в Советском Союзе с хорошими лицами. Мне не обидно. Я наигралась.[b]– О чем вы вспоминаете как о самом большом счастье?[/b]– Это рождение ребенка, наверное. Это великое счастье. Большего я не знала. Более родного, чем муж и сын, ничего нет. Отсчет времени идет уже совершенно другой – не по линии искусства, а по линии судьбы, жизни.[b]– Вы ходите в церковь?[/b]– Да. Я поверила. Это произошло после отъезда Мити.[b]– Вы вините себя за что-то?[/b]– Может быть, за то, что слишком много работала. Я не была бы так надорвана.[b]– Может, вы просто не совпали со временем?[/b]– С атомным веком не совпала, это точно. Просто я сентиментальный человек, я люблю искусство, но сейчас я люблю жизнь. Сейчас я думаю: хоть бы живой быть. Время беспощадно. Если не уважать и не любить себя, оно жестоко с тобой обойдется.[b]От редакции[/b][i]Коллектив «Вечерки» поздравляет с юбилеем Татьяну Самойлову – необыкновенную, самобытную актрису, создавшую на экране незабываемые образы.Здоровья вам, Татьяна Евгеньевна, и всего самого доброго![/i][b]Досье «ВМ»[/b][i]Сниматься актриса начала в 21 год и сыграла множество ролей в разных фильмах. Из наиболее известных и любимых зрителями «Неотправленное письмо», «Анна Каренина», «Летят журавли». За «Журавлей» она получила Золотую пальмовую ветвь Каннского кинофестиваля. В 1993 г.Татьяна Самойлова стала народной артисткой РФ.[/i][b]ЧИТАЕМ ВМЕСТЕ[i]Советские звезды ярче современных?[/i]Иван НОВИЦКИЙ, депутат Мосгордумы:[/b][i]– В каждую эпоху были свои яркие звезды. И сегодня они тоже есть. Я с большим уважением отношусь к настоящим талантливым людям – таким, как Татьяна Самойлова. И с большим удовольствием поздравляю ее с днем рождения. Желаю успехов![/i]

Светлана Коркошко: «Я сохранила ясные глаза и чистую душу»

[i]Когда-то актрису Светлану Коркошко знали все. Гремели фильмы с ее участием – «Братья Карамазовы», «Почтовый роман», «Укрощение огня». Она была одной из самых красивых и многообещающих актрис советской эпохи. Но пришло другое время, и Коркошко исчезла. Что с ней, где она, как живет, что чувствует? Это мы и попытались выяснить.[/i][b]– Светлана Ивановна, почему вы так давно не снимаетесь?[/b]– Я поняла, что моя стихия – театр.[b]– Где вы сейчас играете?[/b]– Во МХАТе у Дорониной.[b]– Это принципиальный выбор?[/b]– Нет. Просто когда разделился МХАТ, я не пошла с Ефремовым в его театр, а осталась со своими друзьями. Может, по-глупому. Но я не могла оставить друзей, с которыми я когда-то пришла во МХАТ. Есть принципы, которые мне очень помогают жить. И я счастлива, что они у меня есть. Я сохранила ясные глаза и чистую душу. Да, что-то не сыграла, но мне легко жить оттого, что я не поступалась.[b]– Какие у вас отношения с Дорониной?[/b]– Сложные. Мы обе – Девы. Она играет роли, которые могла бы играть я. Сложные отношения, но я терплю. Терпела-терпела, а тут меня Галина Борисовна Волчек пригласила в свой «Современник». Я играю там чудные роли в «Звездах на утреннем небе», «Трех товарищах», «Бесах» у Вайды. Так что я теперь в двух театрах.[b]– Довольны?[/b]– Я довольна, что это произошло без усилий. Я никому не звонила, никогда не просила. Я вообще никого никогда ни о чем не просила. Знаете, я всегда хотела иметь семью. Даже больше, чем играть на сцене. Я просто просила Бога дать мне семью. Я помню, жила в общежитии в Киеве, ходила и смотрела в окна, как живут люди – вот там горит огонечек! Всегда хотела уюта.[b]– Сбылось?[/b]– Да. Я вышла замуж за ученика Ефремова, замечательного режиссера и очень скромного человека. У нас сын, он филолог, знает три языка – шведский, английский и немецкий. Умница, такой тонкий мальчик. Может быть, мы ему вредим. Ему так хорошо с нами, что он никого не хочет видеть. Я его хочу отпустить, но он не отпускается. Мы настолько дружим втроем! Нам так хорошо вместе![b]– Вы были очень популярны, много снимались, и вдруг все оборвалось. Для актрисы это – беда?[/b]– Понимаете, да, молодая, красивая, нежная, но муж говорил, что я должна выйти на какой-то другой уровень. Он даже не разрешил мне играть Сару в «Иванове». Он подошел к Ефремову и сказал: « Она еще не готова».Потом мне было труднее других. Сейчас другие актеры нужны, как машины или как компьютеры. Нажмешь на кнопку, и он сразу играет. А я считаю, что актер в замкнутом пространстве не может вырасти. Это во мне украинская природа говорит. На меня ничто не должно давить. Я вся от степи, от природы, от свободы.Мне, чтобы играть, надо откуда-то черпать силы, поэтому я боюсь сборищ. Мы, актеры старой школы, нуждаемся в одиночестве, мы устаем и растрачиваемся на людях, нам надо беречь энергетику.[b]– Вы хоть куда-нибудь выезжаете?[/b]– Я езжу только на телекинофорум в Ялту. Первый раз меня пригласили на открытие там памятника Чехову, потому что я переиграла всего Чехова, я даже всех трех сестер играла. В этом году поехала уже как член жюри. Мне там очень нравится. Как будто к родным людям попадаю. Сейчас такой дефицит родных людей. Я думала, что такое только в доме есть. Я здесь только могу быть открытой как дома.[b]– А правда, что вы – хохлушка?[/b]– Да, я украинка. Мои деды, прадеды лежат на Криворожье в Днепропетровской области. Две мои родные сестры живут в Кривом Роге, и могилы там папы с мамой. Там же я окончила украинскую школу, а в Харькове на украинском языке театральный институт. О Москве или Ленинграде и мечтать не могла. Приехала на гастроли в Москву с Киевским драматическим театром, меня увидели и пригласили во МХАТ. Я еще сопротивлялась, боялась бросить родину.В Москве-то все чужое. За три года до прихода Ефремова я пришла во МХАТ, были живы еще «старики» – Ливанов, Станицын, Кедров. Вот так меня занесло в столицу из Кривого Рога из поселка железнодорожников имени Кагановича, где одни хатки, и я в степи играла все роли.[b]– Как же вы преодолевали акцент?[/b]– Я в «Братьях Карамазовых» у Пырьева снималась, Катерину Ивановну играла, с украинским акцентом. Года за три это изжила. Мне великий Иван Козловский говорил: «Как ты так быстро научилась говорить по-русски? Я в Москве шестьдесят лет живу, не могу научиться».[b]– Вы всегда пользовались своей украинской природой?[/b]– Конечно, но сейчас я ею умно пользуюсь. Мне не надо званий, славы. Главное – уважать себя как актрису. Будет одна роль в три года, но я ее СЫГРАЮ. Вот так я и раздвоилась между домом и театром. И я довольна. Мне достаточно. Нет театра – вся отдаюсь дому. Мне там так хорошо! Когда есть работа в театре, помогают муж и сын. Это такие настоящие люди в моей жизни. Я никого не вижу вокруг уже тридцать лет, как прожила с мужем. Я настолько ему доверяю, настолько мы едины. Я такая счастливая и такая свободная! У меня такой тыл! Для актрисы это очень важно.

Семь ночей с Якубовичем

[b]Двух популярных людей – Леонида Якубовича и Сергея Зверева – мы скоро увидим в неожиданном ракурсе. Оба снялись в комедии молодого режиссера Тимофея Федорова «Папараца».[/b]Фильм расскажет о мире папарацци – людей, которые делают сенсации, а Папарацей кличут бойкую блондинку – главную героиню (ее играет новоиспеченное дитя шоу-бизнеса певица Электра), которая фотографирует сильных мира сего и выводит их на чистую воду.Журнал, на который работает смелая девушка, называется в фильме «Семь ночей». Его главного редактора и играет Леонид Якубович, а роль знаменитого фотографа популярного издания досталась Сергею Звереву.Для Зверева – это дебют в кино. Он очень волновался, потому что до этого никогда не держал в руках фотоаппарата.В первый съемочный день весь из себя гламурный в дорогущем джинсовом костюме от Кавалли (не меньше 20 тысяч долларов) и на своей знаменитой платформе высотой 25 сантиметров Зверев появился на площади перед Рижским вокзалом, тут же собрав вокруг себя кучу народа. И, как зайчик, простоял перед любопытствующим людом на коленях с фотоаппаратом в руках, пока на него ставили свет.Но Сергей оказался таким послушным артистом, что решился еще на один подвиг. Когда съемки перешли в павильон, он скинул свои каблуки, потому что не входил в них в кадр. Во всем остальном оставался Сергеем Зверевым как он есть. Приезжал весь загримированный, накрашенный и никогда не расставался с пудреницей.Режиссера фильма больше всего потрясло, что «вечному юноше» уже… 42 года.Еще больший подвиг совершил для фильма Леонид Якубович. Он согласился сыграть редактора… с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Якубович быстро вошел в роль и через несколько минут после появления на площадке уже снимал со всех ассистенток браслетики, пластмассовые часики и цепочки, украшая своего героя сопутствующими аксессуарами.Картину снимали весело, но был один неприятный момент. На ответственную съемку с Якубовичем не явился артист Алексей Панин. Самый молодой лауреат Государственной премии России, получивший высшую награду за военно-патриотический фильм «Звезда», славится способностью не вовремя запить. В результате телохранителя главного редактора журнала «Семь ночей» Колю вынужден был сыграть генеральный продюсер фильма, который в тот момент оказался на съемках.Зато другого телохранителя – Борю – с успехом сыграл сын Евгения Леонова Андрей.

Я живу в деревне Глушь

[i]«А если это любовь?», «Баллада о солдате» – фильмы с незабываемой Жанной Прохоренко. Что думать, когда с экранов пропадает кинозвезда, да еще такая? Нигде не появляется, ни одного интервью. Спилась? Бедствует? Не хочет никого видеть? Увидев ее на последнем телекинофоруме в Ялте, я была ошарашена. Передо мной явилась роскошная блондинка европейского вида, с сигаретой в руках, в отличном настроении. Я попросила об интервью. Она особенно не загорелась, но и не отказала. Простая, открытая, честная. Очень похожая на своих героинь.[/i][b]– Жанна Трофимовна, куда вы пропали?[/b]– Живу в Москве, но каждый год ранней весной на полгода уезжаю под Псков. От Москвы это 800 километров.[b]– У вас там домик?[/b]– Построенный мною дом на хорошем участке. Но главное – он находится на берегу озера, в зоне заказника, а деревня называется Глушь.[b]– Как вы там оказались?[/b]– По дружбе, как многое происходит в нашей жизни. Моя дочь в институте кинематографии училась на одном курсе с актрисой Мариной Левтовой, в одно время они растили своих дочек. У Марины Левтовой родители – питерские врачи, а в те времена многие советские интеллигенты отпуск проводили на копейки: ехали куда-то дикарем или плыли на байдарках. Однажды родители Марины остановились на ночлег в деревне Глушь. Потом осели там надолго, построили домик и как-то пригласили меня в гости. Я приехала и запала на это место. Это было четырнадцать лет назад.[b]– Живете там одна? Не скучно?[/b]– Да там прекрасный народ живет! Местные жители, к сожалению, уже повымирали. Уже сильно постарели интеллигенты-первопоселенцы. Так что деревня возрождается вновь прибывшими. Один сосед из отряда космонавтов, другой – крупный реставратор, делал Петровский дворец. У многих людей сейчас появилось желание провести хотя бы часть своей жизни в хорошем месте, где не заплевано и не загажено.[b]– Вы как-то внезапно исчезли. Мои коллеги говорили, что вы стали недоступны. Мол, отшельница, общаться не желает, интервью никому не дает[/b].– Это действительно так. Я считаю, что если ты не у дел, то и не высовывайся. Сиди себе, занимайся другим делом. Мое поколение попало совсем в плохое положение. Когда началась перестройка, возраст моих ровесниц сам по себе был критический. Мы уже были не нужны. Оставалось ждать удачи. Или приложить массу усилий, чтобы перейти в иной план и представлять для кино какой-то интерес. Я у многих наблюдаю желание быть на плаву, мелькать в телевизоре, доказывать, что ты все еще очень хороша… Но я другой человек! Я считаю все это ниже своего достоинства. У меня прошла прекрасная жизнь. Мои дети и внуки будут радоваться тому, что я в жизни сыграла. И многие люди, кто меня помнит и любит, – кстати, тоже.[b]– Неужели нет желания вернуться в кино?[/b]– Ну почему, я снялась в сериале «Близнецы», опять же по дружбе. Позвонил режиссер, мой старый друг: «Жанна, мне нужна ты и твоя внучка». Я спрашиваю: «Которая?» У меня две внучки. Одной – двадцать, она в Школе-студии МХТ на третьем курсе учится, а другая – совсем маленькая, ей три года только.[b]– Как же он вас уговорил?[/b]– Я отвечаю: «Не снимаюсь!», но он: «Я тебя умоляю, по дружбе!» Короче говоря, снялась. У меня там маленькая роль. Мою дочку по сериалу сыграла моя дочка Катя, внучку – моя внучка Марьяша.[b]– А в кино какой был последний фильм?[/b]– По-моему, «Бездна». Снимали в Севастополе, но тогда уже все было в полной разрухе.[b]– Когда заканчивается такая кинокарьера, как у вас, как это все пережить? Где найти силы? Не спиться, наконец, что со многими актрисами происходит? Или был критический момент?[/b]– Все переживалось постепенно. Не то чтобы ты снималась-снималась, и вдруг – раз, все закончилось! Не знаю… Для меня стресса не было. Для меня был стресс, когда началась дележка в нашем Театре киноактера, который худо-бедно существовал, и мы привыкли жить под его крылом. Зарплата не больно какая была, но все-таки жить было можно. Союз кинематографистов помогал, ездили с концертами от Бюро кинопропаганды. Ты все время был нужен, даже когда не снимался, тебя все время куда-то звали. И вдруг все это ушло. Здание нашего театра начали захватывать какие-то бизнесмены, хотели строить там ночной клуб. Вот это было противно. Артисты сидели и ждали, пока их выгонят, а я просто подала заявление об уходе. И ушла. Я не могла на это смотреть. Участвовать в этом тем более. Вот этот уход я переживала сильно.[b]– А то, что перестали приглашать сниматься, прекратились телефонные звонки со студий – неужели это переживалось меньше?[/b]– Я лично к этому всегда была готова. И потом у меня же всегда была куча каких-то занятий. То я переводила английскую книжку, то кидалась изучать итальянский. А почему нет? Мне это было интересно. Но в принципе, очень долго сидеть дома я не люблю, кроме как у себя на Псковщине. Я люблю ездить, видеть что-то новое, хотя сейчас подняться с места стало сложнее.[b]– Помню вас шатенкой. С каких пор вы блондинка?[/b]– Да вот как поседела, тогда и стала блондинкой.[b]– Извините за вопрос, но как вы материально существуете?[/b]– Как большинство моих сограждан. Если честно, сдаю дочкину квартиру. И большинство москвичей живут так же. И большинство актрис моего возраста так выкручиваются. Это хотя бы постоянные деньги.[b]– О личной жизни можно спросить?[/b]– Личная жизнь – моя дочь, две мои внучки. И ([i]смеется[/i]) присовокупляющиеся обстоятельства.[b]– Я почему-то думала, что когда актриса исчезает с экрана, с ней происходит что-то плохое. Она начинает неважно выглядеть, опускается. Вы выглядите потрясающе! Что вы для этого делаете?[/b]– Ничего не делаю, если честно говорить. Вы пришли, я накрасила ресницы. Вот и все. Просто я мало на это обращаю внимания. Мне надобности уже нет все время хорошо выглядеть.[b]– Вы по паспорту Жаннетта. Откуда такое имя?[/b]– Родители дали, чтоб красиво было, во время войны. Я же с 40-го года, а в то время очень красивые имена давали. Так что я Жаннетта Трофимовна, на минуточку. Папа Трофим, из Витебской области. А мама – из Минской, но она полька. А вообще мы ленинградцы, прошли эвакуацию и вернулись в Питер, как только сняли блокаду.[b]– Вы вспоминаете то время, когда вы были популярны? Ностальгируете, смотрите фильмы с вашим участием?[/b]– Ну уж нет! На телекинофоруме в Ялте должны были показывать «Балладу о солдате», так я просто пошла в город и купила себе кассету.

Белый цвет – официантский, а салатовый – самый трудный

[i]Борис Бланк – известный художник кино и театра. У него три «Ники», мало кто может таким похвалиться. Он оформлял спектакли Юрия Любимова на Таганке и первый российский мюзикл «Иисус Христос – суперзвезда». Он даже награжден Орденом почета. Но Бланк, кроме всего прочего, еще и один из самых экстравагантных персонажей нашей богемы. Вот кто лучше всех знает как одеваться, что красиво, а что нет.[/i][b]– Как вы решаете проблему во что одеться?[/b]– Очень просто. Я смотрю на себя утром. Я – отвратителен, а у меня сегодня встреча. Как быть? Я пытаюсь надеть самое яркое, бешеное. Если я буду одет скромно и непретенциозно, это только подчеркнет мое плохое настроение и невыспавшееся лицо. Надо отвлечься, все в себе взбесить.[b]– Какой цвет вы предпочитаете в такой ситуации?[/b]– Могу надеть желтое, но тогда с черной майкой. Как в живописи: ты чувствуешь – все скучно, однообразно, нужен акцент, что-то красное или фиолетовое. Так и в одежде. Если ты хочешь, чтобы все держалось, надо иметь черную основу и на нее нанизывать что хочешь.[b]– Как вы относитесь к традиционному белому цвету?[/b]– Должен сказать, что белый костюм – это всегда омерзительно. В нем есть что-то официантское, и, главное, всегда видны все ваши дефекты. У нас на эстраде любят быть в белом. Им кажется, что белое пятно – уже хорошо. Но белое пятно – самое опасное.[b]– Какой ваш любимый цвет?[/b]– У меня нет любимого цвета. Единственное, что я знаю, – целиком голубой костюм я бы никогда не надел. Но красное с белым – это хорошо, красное с черным – можно, а зеленое с черным – замечательно всегда. Все цвета держатся на поддержке или на контрасте. Лучше, чтобы зеленый был густой, насыщенный, тогда он будет прекрасно сочетаться с густо фиолетовым. А вот салатовый цвет очень трудно превратить во что-то приличное.[b]– Вещи должны быть определенной модной марки?[/b]– Ни в коем случае. Тогда ты вынужден поддерживать ее всем остальным. Это только для богатых людей. Я открываю шкаф и смотрю: зеленая рубашка давно выцвела, стираная-перестираная, но с белыми брюками – в этом что-то есть. А если к этому еще желтые штиблеты... И потом, лично я всегда использовал старый прием, моден он или не моден: это капуста, навешивание на себя большого количества самых разнообразных вещей. Я люблю мешать, но эта многослойная одежда должна быть свободна.[b]– Что вы никогда не смогли бы на себя надеть?[/b]– Боюсь, что только одно – арестантскую одежду.

Ирина Лачина: В детстве я работала почтальоном Печкиным

[i]Это сейчас актрису Ирину Лачину у нас хорошо знают («Леди бомж», «Леди босс», «Маросейка, 12», «Тайны дворцовых переворотов», «Клубничка», «Блуждающие звезды»). А когда-то была она в Польше такая же национальная героиня, как и Александр Домогаров. Русская девушка стала звездой, снявшись в польском фильме «У Христа за пазухой» режиссера Яцека Бромского и получив в Польше приз за лучшую женскую роль. Нельзя обойти стороной факт, что мама у Иры – известная актриса. Так что когда говорят «Ирина Лачина», то обязательно прибавляют: «Дочка Светланы Тома».[/i][b]– Ира, где вы сейчас снимаетесь?[/b]– В монтаже многосерийный художественный фильм Олега Коцабадзе «Бухта Филиппа», продюсер Валерий Тодоровский. Снимаюсь вместе с Костей Хабенским и Андреем Ильиным. Я играю певицу, девушку из шоубизнеса. По жанру это психологический детектив. Четыре истории, и одна из них – моя. Я в силу характера моей героини попадаю в незамысловатую ситуацию, когда в моем номере находят убитого человека. Вокруг этого и закручивается сюжет.[b]– Поете?[/b]– Я только по сюжету певица, но я не пою. Еще снимаюсь у режиссера Юрия Кузьменко, который снял «Дальнобойщиков», в сериале «Охота на гения». Здесь я играю девушку противоречивую. Зовут ее Шейла, она агент спецназа. Женщина с примесью восточной крови и не совсем добрая. В фильме будут настоящие драки с моим участием. Все буду делать сама. Занимаюсь с каскадерами, они учат драться без травматизма.[b]– Никогда до этого не делали трюки в кино?[/b]– Боевыми искусствами я не занималась никогда. К великому моему сожалению, потому что мне это очень нравится. Меня в детстве не отдали даже в гимнастику, хотя я очень хотела. Мама боялась, что мне там вывихнут руки-ноги. Поэтому она привела меня только на собеседование, где проверяли растяжку и гибкость. Я ревела, но все делала. Маму это страшно напугало, она решила, что тренеры – страшные звери и ребенка просто сломают. На этом моя гимнастическая карьера была закончена, хотя у меня были очень хорошие данные для спорта. В принципе они таковыми и остаются по сегодняшний день, потому что меня все время спрашивают, каким видом спорта я занималась в молодости. Когда я отвечаю «Никаким!» – это всех очень удивляет.Во мне есть спортивная природа. Я занималась балетом, но тоже недолго. Ходила в студию, у меня была балетная пачка. Мне очень нравился балет, потому что все балерины напоминали мне принцесс. А поскольку девочки хотят быть принцессами, то я готова была вынести много, но чтобы мне досталась пачка. Ради пачки я готова была терпеть муки станка и растяжек. И мужественно это все терпела. Я прозанималась почти год, заболела, а в детстве я болела непросто, если заболевала – то сразу на месяц, и сильно отстала. Моя группа ушла вперед. Надо было начинать все сначала. На этом закончилась и моя балетная карьера.[b]– Еще карьеры были?[/b]– Да, была карьера почтальона. В 14 лет я решила, что я взрослый человек, и пошла на почту, чтобы зарабатывать свои карманные деньги. Мама одобрила. На тот момент это было не так страшно. Я разносила газеты и была ужасно довольна. Очень нравилось получать зарплату. Ну и в детстве, собственно, у меня началась карьера артистки, которая по сегодняшний день не дает мне покоя.[b]– Что делает мама, где снимается?[/b]– Мы сейчас с ней вместе играем в спектакле «Любовь – кровь» женщину по имени Люба, но в разных ипостасях. Это пьеса Ксении Драгунской, режиссер Вадим Дубровицкий. Мама снялась в сериале «Бедная Настя». Его сейчас с успехом показывают в Черногории. Собираются снимать продолжение. У нее новый проект в театре, а в кино ей присылают много сценариев, но ей не очень интересно играть то, что ей предлагают.[b]– А что предлагают?[/b]– Разные криминальные драмы. Мама их не особенно жалует, поэтому она решила – лучше не сниматься, чем сниматься в этом. Она имеет право на выбор и может себе это позволить. В кино она сделала достаточно и вошла в историю не только нашего, но и мирового кинематографа. У фильма «Табор уходит в небо» около двадцати международных призов. Сегодня она может позволить себе выбирать, что ей нравится, а что нет. И жить так, как она хочет. Она замечательно существует.[b]– Я знаю, что Светлана – безумная бабушка. Она такой и осталась?[/b]– Моей дочке Маше сейчас тринадцать с половиной лет, и для мамы Маша – это все! Мама любит ее безмерно, Маша отвечает ей тем же. У них абсолютная идиллия. Такое совпадение прекрасно. Два человека говорят на одном языке. Мама очень многое может дать Маше, а Маша в свою очередь дает маме новые силы.[b]– Когда мама – известная артистка, это помогает в жизни или мешает?[/b]– Раньше мешало. У меня даже появился комплекс «бесплатного приложения» к маме. На вопрос, какая фамилия у моей мамы, я обычно отвечала «Фомичева». Это фамилия мамы по дедушкиной линии.[b]– Лачина – фамилия отца?[/b]– Он учился с мамой на одном курсе в театральном институте и погиб, когда мне было восемь месяцев. Я знаю его только по фотографиям. Но из принципа оставила папину фамилию. У каждого должна быть своя судьба.

Там, где кричат петухи

[b]Из Подмосковья – многие знаменитости. Любовь Орлова родилась в Звенигороде, Вячеслав Тихонов — в Павловском Посаде, Вера Марецкая – в Барвихе, Виктор Сухоруков – в Орехове-Зуеве, Павел Чухрай – в Быкове, Олег Меньшиков – в Серпухове, Эдуард Успенский – в Григорьевске, Борис Грачевский – в деревне Полушкино, а Гарик Сукачев – в селе Мякишино.[/b]«Батюшки! Штирлиц! Живой! – кинулась к Вячеславу Тихонову пенсионерка из Раменского Евдокия Семенова. – А я вас сразу и не узнала – постарели!» Для жителей Раменского, встречающих в эти дни звезд первого областного кинофестиваля «Премьера Подмосковья», встреча с такими звездами – настоящее событие. Сюда приехали Александр Песков, Дмитрий Харатьян, Алексей Панин, Олег Анофриев и многие другие.«К нам живые артисты никогда не приезжали, – делится Мария Уланова, которая всю жизнь прожила в Раменском. – А тут вдруг столько наших любимых героев!» Действительно, такого звездного десанта подмосковная земля не видела давно. Киноактеры приехали сами, привезли свои фильмы, а с ними и хорошее настроение для местных жителей.Дмитрия Харатьяна поклонники едва не разорвали – более часа он давал автографы, фотографировался с поклонниками. Любимый герой отцов и детей, а по совместительству и президент открывшегося фестиваля, Харатьян был весел и открыт.Фестивальные показы охватили несколько городов – Раменское, Орехово-Зуево, поселок Озерецкий, Ногинск, Электроугли, Черноголовку, Коломну, Ступино и село Чернизово – это рекорд. Сюда привезли 12 новейших отечественных фильмов, которые идут с аншлагами. Вот что говорят о фестивале знаменитые жители Подмосковья.[b]Вячеслав ТИХОНОВ[/b] (живет на Николиной Горе):– Я давно не ездил на фестивали – ни за рубеж, ни у нас. Приехал только потому, что это Подмосковье, здесь мои зрители, мои родные и близкие, среди которых я вырос и стал артистом. Если не было бы моего Павловского Посада, где я родился и работал в ремесленном училище, я бы не стал тем, кто я есть. Все эти люди пришли в мои роли. Я очень люблю моих зрителей. Ты должен разорвать себе грудь, но обязательно работать для зрителя. Поэтому они и помнят наши роли, и смотрят наши картины.Это самая большая награда в нашей жизни.[b]Дмитрий ХАРАТЬЯН[/b] (Красногорск):– Я с трехлетнего возраста живу в подмосковном Красногорске, поэтому и приглашен на очень почетную и ответственную должность президента этого фестиваля. Я рад, что теперь можно показать наше кино подмосковным зрителям. Они нечасто выбираются в столицу, где эти фильмы идут. В кинотеатрах показывают в основном американские блокбастеры, теперь люди посмотрят наше кино. Тем более что большинства фильмов фестивальной программы еще не было в прокате.[b]Олег АНОФРИЕВ[/b], которому недавно исполнилось 75 лет, живет в Подмосковье с 67-го года:– В Москве дышать нечем, а здесь воздух, Москва-река. Необходимые теперь компоненты в моем возрасте.[b]– Где вы живете[/b]?– В деревне Бузаево. Когда я сюда приехал, здесь никого не было. Это сейчас тут дворцов понастроили.[b]– А у вас не дворец?[/b]– Нет. У меня панельный домик.[b]– Огородик, живность?[/b]– Две собачки – одна английский сеттер, другая – русский спаниель, добрейшие существа. Огород был замечательный, большой, плодоносный, но я сейчас переезжаю в другую деревню, потому что здесь уже обстановка, близкая к городской. Если я раньше восхищался чем-то, то теперь это меня возмущает, поэтому и песни о моей деревне уже другие:[i]От медных крыш пестрит в глазах,Кругом шлагбаумы, охрана.Петух не вскрикнет утром рано,Кричат павлины во дворах.[/i][b]– Переезжаете в настоящую деревню?[/b]– Полудеревню, скажем так. В этом же районе, только на двадцать километров дальше. Тоже с особнячками, но там сохранились поле, васильки, ромашки, огромный скотный двор, стада коров гуляют вокруг, от них замечательно пахнет навозом. Церковь маленькая Иоанна Богослова.[b]– Как строится ваш подмосковный день?[/b]– Встал, пошел искупался в речке. Поднялся в мастерскую – с утра хорошо работается. На это уходит обычно часа четыре. После этого мы с супругой едем в Одинцово за продуктами, мясо купить для собак или за инструментами. Я очень люблю руками что-то делать, у меня огромная мастерская в подвале. Пообедаю – полчасика посплю, уже надо. К вечеру можно посмотреть телевизор или пойти в бильярдный клуб, где я встречаюсь со своими друзьями и мы режемся в бильярд. Потом обратно домой. Прогуляешься с собачками – и бай-бай.

Родственники Высоцкого против того, чтобы кто-либо увидел эту картину

Кто охал на Плющихе

[b]ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ[/b][i]«Евдокия», «Три тополя на Плющихе», «Семнадцать мгновений весны», «Карнавал»… Эти всенародно любимые фильмы подарила нам режиссер Татьяна Лиознова. 20 июля Татьяне Михайловне исполняется 81 год. Мы ее искренне поздравляем и желаем здоровья и долголетия.[/i][b]Тайна 1. Как тетя вошла в историю[/b]Фильм «Простая история» должна была снимать Татьяна Лиознова. Сценарий писал Будимир Метальников со слов Лиозновой. Это была история ее двоюродной тетушки. Лиознова хотела снимать в главной роли Нонну Мордюкову, а Метальников настаивал на кандидатуре Инны Макаровой. В результате снялась Мордюкова, но Лиознова проявила характер и от фильма отказалась.[b]Тайна 2. Раневская Тихонову не пара[/b]Лиознову очень волновал вопрос, каковы у Штирлица отношения с женщинами. Она сама вводила в сценарий сцены общения разведчика с противоположным полом. Так, Штирлиц пригласил на 8 марта к себе домой старую фрау Зайрих, которая напоминала Штирлицу мать, родину.Лиознова хотела, чтобы эту роль сыграла Фаина Раневская. Они с Юлианом Семеновым поехали на разговор к ней. Лиознова очень волновалась, потому что для нее Раневская была великой актрисой, тем более женщиной экстравагантного поведения.К сожалению, Раневская очень резко отозвалась о сценарии, по существу, не дала им открыть рта и ни на какие уговоры не поддалась.Когда они вышли на улицу, Юлиан Семенов стоял совершенно оплеванный и, чтобы как-то оправдаться в глазах Лиозновой, сказал: «Ну и понятно, она же лесбиянка». Лиознова отскочила на три метра – в жизни не видела живых лесбиянок.[b]Тайна 3. У нашей разведки правильная ориентация![/b]При этом Лиознову всерьез волновала тема, чтобы герой не считался голубым, и она придумала встречу Штирлица с женой. Семенов был очень смущен, что эта прекрасная сцена придумана не им. Через несколько дней в газете «Неделя» вышел рассказ «Встреча Штирлица с женой» с посвящением народному артисту СССР Вячеславу Тихонову. Так Юлиан Семенов взял реванш за сцену, которую он не писал.[b]Тайна 4. Микс Кобзона с Магомаевым[/b]Первоначально песню в «Семнадцати мгновениях весны» должен был петь Муслим Магомаев. Когда режиссер заикнулась про Кобзона, Таривердиев был категорически против – он уже записывал песню с Магомаевым. Дело дошло до того, что Таривердиев послал жалобу на имя директора киностудии. В итоге каждый проход по студии Микаэла Таривердиева напоминал проход Штирлица по коридорам гестапо: Лиознову заранее информировали – и она прятала Кобзона. Конфликт закончился тем, что Таривердиев перестал являться на запись музыки. Кобзон писался второпях, в последний момент его имени не было в титрах фильма, но Лиознова утверждает, что в фонограмме Кобзона есть голосовые куски Магомаева.[b]Тайна 5. Нет мужика для Ноны[/b]Лиознова и Мордюкова учились на одном курсе. Их пути в кино не пересеклись, кроме студенческой практики на фильме их учителя Сергея Герасимова «Молодая гвардия», где Мордюкова играла Ульяну Громову, а Лиознова была ассистентом режиссера.На главную роль в фильме «Три тополя на Плющихе» Лиознова искала актрису, которая сможет самобытно спеть песню «Опустела без тебя земля». Она решила, что попросит напеть песню на магнитофон Мордюкову, а потом покажет эту запись актрисе, чтобы она спела под Нонну. На вопрос, почему она сразу не пригласила на эту роль Мордюкову, Лиознова ответила, что еще нет мужика, которого можно было бы поставить рядом с Мордюковой.Лиозновой посоветовали Доронину, которая приехала в Москву и спела песню сходу, так, как это нужно было Лиозновой. Она угадала ее с одной ноты, однако потом категорически отказывалась петь «Ох!» после строчки «Опустела без тебя земля». Это «Ох!» принадлежит Лиозновой.[b]Тайна 6. Певцов кувыркался лучше всех[/b]Лиознова сняла девять фильмов. Есть один, который никто не видел, – «Конец света с последующим симпозиумом». Он попал в горбачевскую эпоху и там сгинул. Но в этом фильме свою первую роль сыграл Дмитрий Певцов. Причем он совершенно не интересовал Лиознову как артист.Она взяла его, потому что он умел танцевать брейк-данс.[b]Тайна 7. Самые родные[/b]Лиознова никогда не была замужем, но у нее есть приемная дочь. У Лиозновой был роман на фильме «Им покоряется небо» с известным тогда летчиком-испытателем, Героем Советского Союза. Он жив, ему тоже за 80, но они не общаются. Летчик рано овдовел. У него была дочь, Татьяна Михайловна взялась ее опекать. Сейчас, когда трудно Татьяне Михайловне, Людочка помогает ей.Несколько лет назад у Лиозновой обнаружили доброкачественную опухоль в районе головного мозга, которую срочно удалили. Большое участиев ее судьбе в то время приняла Наталья Гундарева – она оплатила Татьяне Михайловне путевку в санаторий.[b]Тайна 8. Не имей сто рублей[/b][i]Студия им. Горького дала деньги на ремонт ее квартиры. Олег Табаков помогал дважды, когда она лежала в больнице. Перевел не одну тысячу долларов. Два раза присылал деньги и Никита Сергеевич Михалков, который частично оплатил ее лечение у доктора Дикуля. А как известно, месяц лечения у знаменитости стоит три тысячи долларов, лежала же она там десять месяцев.[/i]

Мачо – это я

[i]На НТВ сегодня заканчивается показ сериала «Риэлтор» режиссера Александра Хвана, трагикомедии об изобретательных квартирных мошенниках. Фильм собрал неплохие рейтинги, поэтому нам показалось нелишним рассказать вам о том, что осталось за кадром быстро ставшего популярным сериала.[/i][b]Можно и купить[/b]В одном из эпизодов папик шоу-бизнеса покупает квартиру для своего молоденького возлюбленного – начинающего актера. Сексуальная ориентация папика очевидна. На эту роль искали маститого актера, значительного и вальяжного. Но ни один известный актер гея играть не захотел ни за какие деньги. «Репутация дороже». Спасение пришло в лице художественного руководителя Дома кино, известного актера и режиссера Всеволода Шиловского. К нему на полусогнутых подползла редактор проекта Ирина Павлова и, умильно заглядывая в глаза, прошептала: «Нам нужно спасение». «Легко», – ответил Всеволод Николаевич. «Вы должны играть воротилу шоу-бизнеса, который покупает квартиру молодому артисту». «Да, чего ж не купитьто», – благосклонно отвечал Всеволод Николаевич. «Понимаете, дело в том, что он, как бы вам это сказать…» – «Гомик, что ли?» – Всеволод Николаевич выразился жестче. «Ну, в общем, где-то так». – «И что?» – «Мы ищем актера, который сыграет эту роль, но с репутацией мачо, которая не будет замарана». – «Мачо – это я. Мою репутацию не замараешь», – твердо сказал Всеволод Николаевич и с блеском сыграл голубого папика из шоу-бизнеса.[b]Друга убили[/b]Игорь Ботвин, играющий главную роль, – трагический театральный актер. По ходу фильма убивают его друга, и он вынужден хоронить его сам на пустыре. Актер так рыдал, копая могилу, что даже оживший «труп» после команды «Стоп!», вынужден был его успокаивать.[b]Нализался[/b]Одного из алкоголиков, спившегося интеллигента, которого риэлторы переселяют из центра на окраину, сыграл Игорь Скляр. Скляр так вошел в роль, что даже выпал из машины и чудом не разбился, хотя сам актер не пьет ни капли.[b]Крючкову сыграл водитель[/b]Светлане Крючковой, которой досталась роль акулы риэлторского бизнеса, нужно было проехаться на джипе. Выяснилось, что джип актриса водить не умеет. Тогда Крючкову сыграл… водитель съемочной группы. Его обрядили в ее одежду, загримировали, надели парик. В итоге до конца съемок водителя звали на площадке исключительно «Светлана Крючкова».[b]С Калинкой-Малинкой шутки плохи[/b]Проститутку Калинку-Малинку сыграла студентка театрального института Ксения Каталымова.Когда Калинку-Малинку захватили бандиты, режиссер неосторожно крикнул ей: «Отбивайся как следует». Девушка не заставила себя долго просить и руками, зубами и сапогами на шпильках начала отбиваться от каскадеров. В результате трое каскадеров были травмированы. Одному она пробила шпилькой руку, другому ногтями содрала кожу с лица, третьего укусила до крови. Укушенного и поцарапанного жены приняли дома спокойно, а вот того, что с рукой, жена пустила домой только с представителем администрации киногруппы, который как мог «отмазал» пострадавшего.[b]Траектория не совпадала[/b]Юрий Гальцев никак не мог научиться управлять инвалидным креслом. Операторская группа долго рисовала ему траекторию, по которой актер должен был двигаться, но он в нее никак не попадал. В результате долгих репетиций Гальцев стал асом вождения инвалидной коляски. В последствии на ней работал оператор, поскольку коляску сдали в аренду на весь срок и попросили за нее кругленькую сумму. Не пропадать же добру.[b]На караул![/b]Последнюю серию снимали в Швеции. Там, как и во всей Европе, для съемок вблизи любого исторического памятника требуется разрешение плюс оплата. В Швеции такая съемка равна стоимости целого съемочного дня. Поэтому развод королевского караула на Дворцовой площади в Стокгольме снимали скрытой камерой. Группа вместе с актерами изобразила туристов. Ассистент режиссера ходил с игрушечной камерой, а в это время оператор Иван Багаев из-под полы, изображая из себя калеку, снимал на профессиональную. Так, хитростью, простые русские ребята, снимающие сериал про мошенников, сняли развод королевского караула.

Он сказал свое русское «бля»

[b]Он был снят по мотивам произведений «поэта и хулигана» Эдуарда Лимонова. Эдичка – главный герой фильма, ему там всего шестнадцать лет. Время действия – 59-й год.[/b]Название фильма родилось из стихотворения Лимонова, которое так и называется «Русское», и все там дышит Лимоновым, талантливым и бесстыжим: «Родная, родная земля, я скажу тебе русское «бля»…» Фильм получился не пошлым, а очень даже трогательным, с точным эпиграфом из самого Лимонова: «Русские привычки не приносят счастья».Русское – это когда много водки, мата, любви, самоубийств, психушек, воровства, безысходности и Бога. Фильм получил Гранпри фестиваля российских фильмов в Выборге.Режиссер Александр Велединский – один из самых ярких представителей нового поколения в кино. Его короткометражка «Ты да я, да мы с тобой» сразу попала в одну из программ Каннского кинофестиваля. Затем все пошло как по маслу – сериалы «Закон» (номинация Тэффи) и «Бригада», где он один из авторов сценария. Поседевший, отпустивший бородку, не так давно вышедший из тюрьмы национал-большевик Лимонов ответил на несколько вопросов по случаю выхода картины.[b]– Что у вас сейчас в работе?[/b]– У вас, у киношников, все старомодно: какие книги собираетесь написать, ваши творческие планы? Я привык – руки назад и пошел.[b]– Русскому писателю полезно побыть в тюрьме?[/b]– В 58 лет оказаться в тюрьме не так романтично, как в 25. Но я понял: на воле более тревожно, там больше опасных ветров. В тюрьме спокойнее. Думаешь, сколько дать прокурору, сколько он запросит… А фильмом Лимонов остался доволен.

ГОРЕЦ

[b]Новый фильм Романа Балаяна мы ждали шесть лет. Как сказал о Балаяне кинокритик Даниил Дондурей: «Роман Гургенович – честный человек. Когда он не знает, о чем снимать, он не снимает».[/b]Сам Роман Гургенович называет свою новую картину «Ночь светла» простой, доходчивой и непритязательной. История происходит в интернате для слепоглухонемых, но в ней нет документальных ужасов. Это, скорее, сказка о любви. О коротких и длинных чувствах. Что у человека может по-разному сложиться жизнь. Может быть сытой, благополучной, если человек живет для себя. А может иметь другой исход, когда человек жертвует карьерой, благополучием, своим «я» ради кого-то. Повидимому, Роман Балаян постиг не всеми разделяемую мудрость, что все наши метания, недовольства, что мы не так красивы, не так успешны и не так богаты, как другие, – полнейшая ерунда.[i]Балаян – фигура загадочная, парадоксальная. По виду – московский денди, друг Михалкова, Абдулова и Соловьева, живет в Киеве, родился в Нагорном Карабахе, в селе, в горах. Есть в нем совсем удивительное качество – его любят все кинематографисты. Что в этой изъеденной ненавистью отрасли – полнейшая загадка.Развеять эту загадку может только разговор с Романом Балаяном. Армянином по происхождению, киевлянином по прописке, редким гостем в Москве.[/i][b]– Никиту Сергеевича Михалкова как-то спросили: «С кем вы дружите?» Он ответил: «Я очень люблю Романа Балаяна, но он живет в Киеве». Потом помолчал и добавил: «Если бы он жил в Москве, может, у нас и не было бы такой дружбы». Наверное, он имел в виду, что Москва разрушает отношения. Не потому ли вы живете в таком отдалении от Москвы?[/b]– В Москве мне нравится встречаться с друзьями, но жить я предпочитаю в Киеве. Киев – город для жизни, а Москва для работы. Если нескромно, то отвечу так: если бы я был неизвестен, то, конечно, лучше жить в Москве. Чтобы тебя видели, привечали, не забывали. Но когда Чехов уехал в Ялту, его в Москве, что, не вспоминали? Если не востребован, можешь и Москве жить и быть невостребованным.[b]– Слышала, что у вас дети не с вами живут?[/b]– Сын живет во Франции, в Ницце. Он уехал в 91-м году. Тогда это имело смысл, сейчас это уже скучно. Я хочу его вернуть. Надо возвращаться, найти себя здесь. Дочка тоже жила там восемь месяцев, слезно умоляла ее забрать. Мы ее забрали. У нее сейчас свой маленький бизнес. Слава богу, ни к кино, ни к искусству они не имеют отношения.[b]– А почему все-таки родители так отваживают детей от кино? Вы же живете в кино и не можете жить без него[/b]?– Я по характеру все-таки горец. Для меня всегда было унизительно стоять в дверях начальства. Или когда сдаешь картину, начальство начинает на тебя дико смотреть и что-то говорить неприятное. Я всегда это жутко переживал. Мне всегда хотелось ударить или что-то резкое сказать. Я шел на это, потому что материально всегда нуждался, потому что всегда мало снимал и не для денег снимал. По мне этого никогда не было видно, поэтому этого никто не знал. И когда денег не было, и когда они появились. И когда снимал, и когда не снимал. Раньше я считал – вот сначала кино, а потом мама. А с 79-го года это чувство меня покинуло, и стало легче. Во мне пропал художнический эгоизм. Художник – это же жуткий центростремительный эгоист. Весь в себе: он и зеркало. Это у меня давно исчезло. Я перестал думать, что кино – главное дело моей жизни. Может, поэтому у меня много друзей среди кинематографистов, не любящих друг друга.[b]– Я все время удивляюсь, как это вам удается дружить в нашей «дружной» киносреде?[/b]– Для меня люди, с которыми я поработал и которых полюбил, застревают в жизни. И поскольку они знают, что это искренне, то и я считаю, что это взаимно. Я ничего не требую, ничего не прошу. А вот если бы я был типичный киношник – весь в себе, то недругов было бы больше.[b]– Что будет, если вас рассердить?[/b]– Могу порвать отношения. Не бывать там, где этот человек бывает. Могу ударить. Позывы бывают. У меня характер такой. Если меня не знать, подумают, что я торгую чем-то. Вечно праздный. Не похоже, что занят делом. Я терпеть не могу этого – занятость делом. Моя слабость в режиссуре заключается в том, что я всегда работал левой рукой. Вот если бы я мог включить правую, то кем бы я стал?[b]– Правда, что вы просто из села?[/b]– Конечно, я родился в селе, в горах. Село Неркин-Оратаг, Мардакертский район Нагорно-Карабахской автономной области. Рос сиротой – отец погиб в первые же годы войны. Я его не помню, не видел. Мама вышла из-за меня замуж, мы переехали жить в Грозный. Я ни одного слова не знал по-русски.[b]– А вы вообще чувствительный человек, сентиментальный?[/b]– Мне стыдно заплакать, поэтому я сопротивляюсь, но глаза мокреют. Я плакал только тогда, когда моя мама умерла, – навзрыд, отвернувшись к стене, у гроба, вместе с братом.[b]– Вашим лучшим фильмом считаются «Полеты во сне и наяву»? Это не просто фильм какого-то десятилетия. До сих пор, в принципе так живем. Откуда такое попадание в боль?[/b]– Я просто пять с половиной лет жил такой жизнью. Я не имею в виду сюжет, но я был страшно недоволен. У меня около пяти сценариев не утверждали. Какая-то желчь поселилась. А поскольку я человек не желчный, мне надо было эту желчь из себя выгнать. Мне это не идет. Из-за того что мне не нравилась моя жизнь пять с половиной лет, придумалась эта история. Внутренний яд накопился – противопоставления тем, кто продолжает работать над тем, что я презираю. Для меня поход на работу и приход домой как обязаловка – невыносимы.[b]– Интересно, кто ваша жена?[/b]– Окончила музыкальное училище, преподавала фортепьяно. Моя несчастная жена вышла за меня, когда ей было восемнадцать лет.[b]– Украинский язык выучили?[/b]– Я не могу дать интервью на украинском языке, но в быту еще лучше говорю, чем они сами.[b]– Какой-нибудь иностранный язык знаете?[/b]– Русский ([i]засмеялся[/i]). Армянский, понимаю азербайджанский. Ну, естественно, украинский. По-немецки могу спросить, куда пройти.[b]– В Ниццу ездили к сыну?[/b]– Довольно часто. Скучнейший город. Курортный город, курортное мышление.[b]– Вы такой спокойный человек. Наверное, любите поспать, полежать?[/b]– Даже когда работал, то вставал, когда хотел. Начинал съемку, когда мне надо. Останавливал тоже, когда мне надо. В этом смысле мне повезло с оператором Пашей Лебешевым. Мы одинаково равнодушны к кинематографу. Середина дня, солнечный день – надо солнце снимать, он говорит: «Надо снимать, солнце есть». Я говорю: «Ну ладно, Паш, скажем, что солнца не было». «Ну как это? Надо…» «Ну не буду я снимать, Паш!» «Ну не будешь и не будешь, я очень рад». И мы шли в ресторан, на шашлыки. Если ко мне приезжают на площадку, то я, в отличие от других режиссеров, тут же останавливаю съемку. Я радуюсь, что можно остановиться.[b]– Вы шесть последних лет не снимали, а что делали?[/b]– У меня есть своя студия. Мы снимаем сериалы, которые я не смотрю. Зарабатываю достаточно, чтобы не снимать кино. Такое занятие, очень праздное. Мне ничего не надо делать. Я отвечаю за деньги, которые нам прислали, за то, чтобы все было в срок. И все это настолько легко и противно, что никакого труда мне это не составляет.[b]– А ваше последнее кино как возникло, в какой момент?[/b]– Я случайно прочел рассказ очень самобытного молодого автора. Я схватил его сразу. Меня ведь всегда тянуло к мистике, к тайнам жизни, той стороны Луны. Потом многие могут подтвердить, что я достаточно владею экстрасенсорными способностями. Если у человека зуб болит, я могу в течение минуты, приложив палец, убрать боль.Могу убрать остеохондрозную шейную невралгию. Я Паше Лебешеву однажды убрал. После чего он сказал: «Я сейчас пойду всем буду говорить, что ты гениальный режиссер». На что я ответил: «Ты дурак. Иди говори, что я идеальный экстрасенс». Паша пошел по «Мосфильму». Через полчаса я встречаю Вадика Абдрашитова, он говорит: «А что ты с Пашей сделал? Он тут кричал: «Балаян гений!» Я говорю: «Ну, Балаян талантливый, но не гений же». На что Паша прокричал: «Да причем тут режиссер! Режиссер он говно, экстрасенс гениальный!».Захочу – могу усыпить. Михалков был свидетель. Мы оба владеем этим. Есть фотография – Михалков держит руку на горле своего директора Рената Давлетьярова. Все думают, что он его душит, а я-то знаю, что он лечит.Плюс в работе с артистами, конечно, гипноз. Только это другой гипноз, не медицинский. А как артисты могут так слушаться? Они все самостоятельные, талантливые люди, а делают то, что ты хочешь. Я помню, когда Михалков снял «Неоконченную пьесу для механического пианино», в газетах все его артисты рассказывали, что он дает такую свободу, с ним так интересно. Я его спрашиваю: «Ты что, действительно такую свободу даешь?» «Ты что, Ром! Каждый крупный план под жутким гипнозом!»[b]– «Ночь светла» тяжело было снимать?[/b]– Там речь о том, что мне близко, – о сострадании ближним и далеким, которое должно в нас быть. О том, что надо отдавать, а не только брать. Я называю это «добровольным монашеством». Когда человек ради кого-то жертвует своей карьерой, благополучием, своим «я». Очень многие люди, может быть, талантливее, чем мы, объявленные такими, не состоялись, потому что слишком сердобольны. В них слишком много человеческого, и они не могут переступить через что-то. Не потому, что не талантлив, а потому, что в нем Человека много.[b]– Дома вы какой? Тиран или очень нежный?[/b]– Я никогда такие вещи не показываю. Но, думаю, так, как я люблю, вряд ли кто-то любит.[b]– Брак один и на всю жизнь?[/b]– Если есть дети, то как? Я же вырос сиротой, может, поэтому? У меня внука зовут Роман Балаян, ему пять лет. У меня вся надежда – все, что у меня не получилось, может, получится у него.[b]– А что, вы считаете, у вас не получилось?[/b]– А я думал, что буду гораздо интереснее режиссер. В моем понимании этого не случилось. В каком-то году я понял: «А эти-то лучше, интереснее». Нельзя сказать, что это меня убило, поскольку я давно к кино равнодушен. Если скажут, что завтра я сниму гениальный фильм, но там надо будет обидеть одного человека, я не буду этого делать. Вот мое – это русские попойки, где я выступаю как классный устный режиссер. Мы когда-то с Ираклием Квирикадзе объявили себя режиссерами-акынами. Я рассказываю значительно интереснее, кладу всех. Но когда доходит до кинопроизводства, остается тридцать процентов, а так, за столом, никто не может мне глотку заткнуть. А если еще выпил…[b]– Что в вас осталось непреодолимо горского, а что вы со временем преодолели?[/b]– Я очень спину ровно держу, как пастухи. И у меня на фотографиях всегда приподнят подбородок. В этом я горец. Примитивен, как говорят. Слепых, типично горских чувств у меня нет, но есть вещи, где понятие цивилизованности мне отказывает.[b]– Вас вдохновляют последние достижения российского кинематографа?[/b]– Есть тысячи тем, гораздо интереснее чем те, по которым сейчас снимаются десятки фильмов.[b]– Но есть фильм, на который вы запали?[/b]– «Возвращение» Звягинцева мне ближе других. Самое интересное в этом фильме – образ отца. В этом жутком, очень опасном переходном мире отец научил этих мальчиков жить. Они будут более подготовленными к той жесткой жизни, которая сейчас вокруг. И отец нужен вообще для этого. Чтобы мальчик знал спину, тыл, мужское начало.[b]– Для вас осталось травмой, что вы выросли без отца?[/b]– Конечно. Я был мальчик с грустнейшими глазами. Все меня гладили, любили, потому что отец первый погиб в нашем селе. Но зато так, как я ел сладко и много в детстве, у меня в жизни никогда больше не было. Все меня кормили, тайком совали за пазуху. Потом мама объезжала все деревни, принимала роды – она была доктором. То индюшку принесет, то еще что-то – во время войны ведь все рожали. Когда мама вышла замуж и мы переехали в Грозный, я увидел другую жизнь. Помню, родственники со стороны отчима, когда кормили меня и их сына, то мне синие картошки совали, а ему все белые. Я эту картошку в окно выкидывал. На этом я ощутил границу закончившегося детства, бездумного и счастливого, любимца этого маленького села, избалованнейшего ребенка, которому дают синюю картошку, а он-то думал, что заслуживает только самой лучшей. Я бы не возвратился в студенческое время. Не возвратился бы, когда снимал свой первый фильм. А вот когда я бегал по улицам и холмам этого села – вот оттуда я бы начал все по-новому. Я бы знал уже, куда двигаться, в какую профессию. Не в эту уж точно! Я был бы художником или композитором, или писателем.[b]– Но кино – это же все![/b]– Кино – это шестьдесят человек рядом, общежитие. А я не люблю коммунальные квартиры.

Истории

Гений, опередивший время: 135 лет со дня рождения Сергея Прокофьева

Как выглядит идеальный выходной у москвичей? // На связи Москва

Маски, духи и ритуалы: что скрывает африканское искусство // Смотри, Москва!

Искусство, которое лечит: выставка в столичном онкоцентре // Смотри Москва

«Проснулись в другой стране»: апрельская инфляция в СССР

Перелетные птицы возвращаются в Москву

Сребреники Иуды и червонец Булгакова

С бородой и пилочкой: почему мужчины уходят в мастера маникюра?

Интервью с главным редактором газеты «Вечерняя Москва» Александром Шарнаудом

Сезон проката электросамокатов в Москве

Эксклюзивы

Нападение на больницу в Махачкале: что известно о нападавших, причина поножовщины, кто пострадал

Можно ли детям есть красную икру

«Разрыв связки»: врач Терновой рассказал, сможет ли Боня ходить в горы со своей травмой

Как выбрать и правильно хранить спелое авокадо

Владимир Жириновский: от осмеяния до канонизации

Перерезал хирургу сонную артерию: что известно о нападении на больницу в Махачкале

Праздничный продукт: можно ли детям есть красную икру

«Разрыв связки»: врач Терновой рассказал, сможет ли Боня ходить в горы со своей травмой

Потрясти, нажать и проверить вес: как выбрать и хранить авокадо

Владимир Жириновский: от осмеяния до канонизации

Вечерка ТВ

Еще не вечер. Валерий Николаев - актер, танцор и постановщик.

Синемания. Режиссер — диктор или партнер?

Круглый стол. «Цифровой рубль. Старт 1 сентября»

Открытая встреча клуба АНД. Креатив и бизнес

Приметы и советы

Народные приметы на 27 апреля 2026 года

Народные приметы на 26 апреля 2026 года

Народные приметы на 25 апреля 2026 года

Народные приметы на 24 апреля 2026 года

Народные приметы на 23 апреля 2026 года

Народный календарь. Как избежать безденежья на Мартына Лисогона, 27 апреля

Народный календарь. Какие цветы нужно собирать в день Фомаиды, 26 апреля

Народный календарь. Почему 25 апреля нужно ходить по лесу с осторожностью

Народный календарь. Как избавиться от зубной боли на Антипа Половода, 24 апреля

Народный календарь. Почему нельзя есть горячую еду до полудня 23 апреля

Проще, чем кажется

Как узнать, снесут ли дом по реновации в Москве: где искать информацию и сроки

Что нужно сделать на дачном участке весной

Как предотвратить развитие диабета

Клещевой энцефалит: профилактика, лечение, как проявляется

Как поменять батареи дома и не получить штраф