Стихия «Пены дней» и милый Вуди Аллен

Это понятно: система всегда нивелирует. И на этот раз самые яркие цветки распустились в параллельных конкурсу программах. Почти все они — о темных сторонах жизни, о торжестве зла в отдельно взятых районах планеты.
Вот китаец Цзя Чжанкэ. Его почти документальное «Прикосновение греха» — взгляд на «китайское чудо» изнутри.
Агрессия, ложь, насилие — вот что стоит за чудесными экономическими достижениями.

Или мексиканец Амат Эскаланте. Его «Эли» — радикальный этюд на тему «слезы ребенка» в мире жестокости и насилия, но уже на просторах Мексики. Герои «Капитала» Коста-Гавраса — хитрые банкиры. Но их одурачивает писатель, который становится главой банка и Робин Гудом новой формации. Сам режиссер говорит, что история полностью выдумана, но состоит из реальных фактов:

— Я давал читать сценарий крупным финансовым специалистам, и все они оставались довольны им, за исключением цифр. По их мнению, они были сильно занижены.

Одри Тоту снова удивила своей органикой в качестве героини новой ленты Мишеля Годри «Пена дней» по роману Бориса Виана. Здесь фантазия авторов не знает границ: в первой части живет и дышит все — и посуда, и столы, и дверные звонки; так бушует стихия любви и молодости.

Когда же героиня Тоту заболевает (у нее в легком разрастается кувшинка!), радость супружеской пары затягивается паутиной печали и горя. Эта, пока самая образная картина фестиваля вскоре появится в нашем прокате. Из документального, в разделе «Свободная мысль», интересно было заглянуть на творческую кухню Вуди Аллена. В картине «Вуди Аллен» классик-комедиограф предстает фигурой, твердо стоящей на почве; из комика второсортных шоу он вырастает в настоящего художника, мастера смеха. Российская программа радостью и позитивом не блещет.

Так, например, в ленте Федора Попова «Совсем не простая история» герою — подростку, сбежавшему от приемных родителей, пытается помочь экс-хиппи, застрявший в 80-х годах. Увы, острота темы теряется за банальностью исполнения. (Неудачная роль Даниила Спиваковского) «Роман с кокаином» Геннадия Сидорова за безвременно ушедшего из жизни режиссера заканчивали его коллеги.
Лента получилась в духе «ДУХLESS», но с наркотическим уклоном: «спасибо, нет» здесь никто не говорит.
Ну а «В ожидании моря» Бахтияра Худойназарова корабль пустыни — не верблюд, а сейнер, который гонит по песку капитан, желающий искупить свою вину за гибель экипажа и жены. Этот подлинный бенефис Егора Бероева — притча о том, как мечта обретает реальность, как обычный гражданин становится Мужиком с большой буквы. Хотя бы в кино…