Римас Туминас: Настоящий актер дает зрителю надежду и шанс на вечность

Государственный Академический театр имени Вахтангова открыл сезон премьерой «Кота в сапогах», но, по словам художественного руководителя прославленного коллектива, классика — как русская, так и зарубежная – была, есть и будет на сцене академического театра.

О планах театра, взаимоотношениях с коллективом и мечте снять фильм с Джеком Николсоном Римас Туминас рассказал нам в эксклюзивном интервью.

- Римас Владимирович, иногда создается впечатление, что вы владеете особой дипломатией во взаимоотношениях с русскими актерами и нашей публикой. Как вам удалось понять наш характер, менталитет, большие и милые странности?

- Я очень хорошо изучил историю Коммунистической партии, период Октябрьской революции, например, что надо «брать», в первую очередь,— почту, телеграф... Русские почему-то все это пропустили. А я внимательно проштудировал, как надо в России захватить власть, и захватил (смеется). Теми же методами и действовал — почта, телеграф, СМИ, от «низов» к верхушке... Шутка! Если же говорить серьезно, то когда в 1939 году русские вошли в прибалтийские страны, то литовцы немедленно выучили русский язык. Латыши и эстонцы не говорили по-русски... А литовцы быстро сориентировались, поняв, что русские пришли и надолго, и лучше с ними общаться, чем враждовать.

А вот русские, спустя 50 лет, без знания литовского языка оказались в вакууме в Литве. Лично для меня был очень показательный пример — трагические события в Вильнюсе 1991 году. За год до этого я выпустил спектакль «Вишневый сад», и он очень хорошо был принят во всем мире, превосходно шел. Но тем не менее, я решил снять спектакль в Вильнюсе, чтобы выдержать паузу, чтобы не раздражать людей, чтобы сохранить Чехова для своей нации и Литву для Чехова. Но забыл снять спектакль, а когда очнулся, то билеты уже были проданы.

Думал, что люди не придут — неважно, что билеты купили. К моему стыду, мой народ сразу отличил, что было советское, а что русское. Литовская публика пошла на Чехова, как пошла бы на Гоголя, на вечные ценности, а я, недоверчивый, спутал советскую идеологию и русскую культуру. После этого я стал иначе воспринимать культуру вообще... К русским отношусь, как к носителями великой культуры, и в каждом русском вижу человека из другого века, из лучшего века — из XIX. Всегда отличаю россиянина «оттуда», и россиянина, попавшего в современную ситуацию.

- А главная особенность русского героя какова?

- Герои русской литературы — большие эгоисты по отношению к себе, и за это их наказывают потерей любви. Как правило, русские герои не мстят, не убивают, то есть ничего плохого не делают. В этом «ничегонеделании» есть ирония, но все равно это лучше, чем совершать подлости и вершить зло. Русский герой — не подлец, не предатель, не приспособленец, но при этом он и не стопроцентный герой. По большому счету, он — игрок, причем игрок во всем, и это данность, которую надо принимать, а не осуждать. Он не воин, не победитель, не обладатель, но в принципе человек неплохой. Чаще - хороший.

С русскими героями можно ставить красивые цели и говорить о высоких истинах. Материал красоты русской литературы надо использовать, и я это делаю. Думаю о том, чтобы поставить фильм «Дядя Ваня» по Чехову... Признаюсь, что у меня есть виды на одного знаменитого американского актера, которого я вижу в роли профессора Серебрякова. Его зовут Джек Николсон, и он играет не для зрителя, а для небес, и небеса смотрят за его игрой и восхищаются... И Николсон не отдает всего себя публике, а самое ценное оставляет для себя, что я считаю правильным и ценным.

- Но это же не по системе Станиславского?

- Нет, нельзя всего себя отдавать — поэтому система Станиславского и зашла в тупик. Надо уметь себя распределить — и на роли, и на спектакль, и держать паузу, вовремя обрывать, чтобы зритель доиграл, додумал.

- Римас Владимирович, а на сцене театра Вахтангова еще будете?

- Я буду ставить (по блату) своего соотечественника — роман литовского писателя Григория Кановича «Улыбнись нам, Господи». Это произведение помогает человеку возвыситься над суетой, над Землей, и стать ближе к небу, к чему и должен стремиться театр. Вот прошла премьера «Кота в сапогах» - его поставил Владимир Иванов со студентами Щукинского театрального института. Осенью должна состояться премьера и хореографического спектакля «Отелло» в постановке Анжелики Холиной. Еще будет спектакль по Метерлинку «Пелеас и Мелисанда». И в течение года театр будет очень много гастролировать как по России, так и по миру. «Евгения Онегина» мы покажем в Париже (в январе), в Америке, в Канаде, в Израиле, в Лондоне. Так что спрос на русскую классик велик. «Евгений Онегин» – бренд, который можно очень успешно продавать.

- Вы это умеете – продавать?

- Конечно. На спектакль «Пристань» прилетают банкиры, олигархи, президенты из Лондона, Парижа — на один вечер, только чтобы посмотреть. Я их не приглашаю — иногда встречаю. Как сказал один наш актер: «В театр «лица» пошли». Если «Пристань» – спектакль для легенд вахтанговской сцены, то в этом году больше будем ставить для молодежи, которая испорчена «звездной болезнью» со студенческих лет — сегодня снимутся в кино, а завтра — звездами становятся. У молодежи еще есть одна болезнь — шутовство, и это болезнь серьезная. Настоящий актер — не шут. Настоящий актер дает зрителю надежду и шанс на вечность, а шут такой надежды дать не может.

Замечу, что у молодых артистов появилась гордость, что они служат в Вахтанговском театре, а еще несколько лет назад даже не считали нужным говорить о своей работе в театре. Но когда я пришел руководить театром, то начал как раз с молодежи, которая находилась в театре на положении рабов. Молодых артистов за все наказывали, штрафовали, и они не только не получали зарплату, а еще были должны театру. Мне советовали начать перемены с кумиров, чтобы они стали моими союзниками.... «Старики» оценили, что в театре молодежи стало интересно, и встали в наши ряды.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Римас Туминас: Главное, чтобы не было войны

Вахтанговский театр 5 сентября традиционно собрал в своем большом зрительном зале всех своих актеров. Худрук Римас Туминас обратился с теплыми словами к своим артистам:

- Там, где вы, там и я должен быть вместе с вами. Вы мне стали родными и близкими. Миссия театра – гармонизировать мир. Навести порядок в умах и в истории. И сегодня мы открываемся «Пристанью» - это родина наша. Это вы, это мы. Спасибо вам (далее).