Третьяковка. На месте работ Федотова теперь стоят две императорские вазы

Две уникальные вазы, сломанные еще при Николае I, возвращены к жизни и выставлены в залах Третьяковки.  

Эти вазы - не просто вазы, а Императорский фарфор. Вес, размер, декор - куда ни глянь, размах - императорский. Из реставрационных помещений, где несколько лет шли восстановительные работы, экспонаты медленно везут на самокатах-роклах, по специально построенным пандусам. Их уже ждут журналисты, сотрудники галереи и княжна Марья Васильевна Воронцова работы художника Зарянко. 

Красавица-княжна недолго наслаждалась одиночеством. 

- За то, что вы увидели Императорский фарфор, благодарите Федотова, - шепотом говорит хранитель коллекции Валентина Шевченко. - Вообще-то, декоративно-прикладное искусство в Третьяковке выставляют крайне редко, но сегодня...

Работы художника Федотова (автора "Сватовства майора", "Неравного брака" и других картин) - делили стену вместе с княжной Воронцовой, но в честь персональной выставки переехали. Освободившееся место отдали вазам. 

Они выглядят как два огромных золотых веретена. Специалисты называют эту форму фюзо. Каждая - ростом с хранителя коллекции декоративно-прикладного искусства Валентину Шевченко. На вид совершенно одинаковые. Но мастера больше любят левую, ведь она пострадала больше.

- На золотой поверхности пришлось заделывать многочисленные сколы, восстанавливать металлическую подставку, маскировать глубокую трещину на туловище, - вспоминает реставратор фарфора Ирина Сивова.

О существовании дефектов помнит только она. Непрофессионал первую от второй отличит разве что по картинам, изображенным на вазах. На одной - "Зимний вид", на другой - "Привал охотников" - копии с работ голландских живописцев. Нанесение копий на поверхность требовала от мастеров особой виртуозности. Художнику Корнилову пришлось запекать вазу в печи раз пятнадцать: ведь каждый цвет картины требовал своей температуры. 

Трое грузчиков - особенных, третьяковских грузчиков, которым не страшно доверить самое хрупкое, - с трудом поднимают и выравнивают на фисташковом постаменте экспонат. 

Финальный аккорд - человек в синем костюме, белых перчатках,  устанавливает ручки - витые, как рога, чудеса селекции в виде стеблей растения аканта, увенчанного шишками пиний. 

Теперь мы видим вазы такими, какими их должен был увидеть император Николай I. Должен был, но не увидел.

Работая над вазами, реставраторы поняли: даже на императорский фарфор бывает проруха. Изделия имели дефекты конструкции, из-за которых на протяжении своей жизни (здесь говорят "бытования) падали, ломались и чинились разными подручными средствами.

Поэтому для специалиста по металлу Владимира Порутая эти вазы - особенная профессиональная гордость.

- Собрать изделие Императорского фарфора - это вам не кровать по икеевским каталогам собрать, - говорит Владимир. - Вазы поступили к нам, разделенные на части, с кучей разнородных болтов, винтиков и штырьков "в наследство". В процессе сборки мы поняли, что техническое исполнение было не айс. Конструкция с трудом удерживала равновесие. Пришлось исправлять технические просчеты. Зато теперь в зале Третьяковки в Лаврушинском переулке вазы стоят так прочно, как не стояли и в царских палатах.