- Город

На грани ядерной войны. Как работали советские разведчики на Кубе

Сергей Собянин сообщил об успешной интеграции платежных систем МЦД и метро

Вирусолог назвал сроки начала массовой вакцинации от коронавируса в РФ

Заветные метры. Решить квартирный вопрос становится проще

Надеть маски. Нарушителей ждет большой штраф

Названы сроки окончания «волны холодов» в России

«Гестапо какое-то»: что ждет белорусскую оппозицию без Тихановской

Врач назвал единственный способ облегчить состояние при COVID-19

Роспотребнадзор назвал самые опасные для здоровья сферы деятельности

«Сварщик — от 110 тысяч рублей»: названы регионы с самыми высокооплачиваемыми вакансиями

Качели на крыше, живые концерты и завтраки целый день. Семь лучших веранд Москвы

Адвокат Ефремова собирается обратиться за помощью к Путину и Бастрыкину

Названы самые опасные сорта пива для здоровья

«Закончит как Кокорин и Мамаев»: что грозит Широкову за нападение на арбитра

Адвокат Соколова объяснил, почему решил защищать в суде вдову рэпера Картрайта

«Забыл дорогу в дорогие магазины»: Лоза рассказал о проблемах с финансами

На грани ядерной войны. Как работали советские разведчики на Кубе

Первый заместитель Председателя Совета министров СССР Анастас Микоян (справа) встречается с Фиделем Кастро на Кубе. 1960 год

ФОТО: РИА Новости

Карибский кризис 1960-х годов грозил обернуться Третьей Мировой войной. Интересы Советского Союза и Соединенных Штатов Америки столкнулись на Кубе. О невероятно сложной работе советских военных контрразведчиков на Острове Свободы — в материале «Вечерки».

Чтобы война не началась, усилия прилагали специалисты самых разных уровней, в том числе и незримого фронта. Для военного контрразведчика, старшего оперуполномоченного особого отдела мотострелковой дивизии, капитана Юрия Зайцева операция по спасению социалистической Кубы закончилась лишь в 1964 году.

Опасное плавание

— Наш корабль был в числе первых, прибывших на Кубу из СССР, — вспоминает сегодня драматичные события тех лет генерал-майор военной контрразведки в отставке Юрий Зайцев. — В мае 1962 года нашу группу из пяти человек пригласили в третий главк на Лубянку (Третье главное управление КГБ СССР. — «ВМ»).

Предстояла командировка в особый отдел группы войск, размещенных на Кубе. Мы знали, что отправляемся на войну. Сроки командировки не обговаривались. Нас предупредили, что она будет долгой. Добирались мы, соответственно, инкогнито, до Ленинградского порта.

С тех пор прошло 55 лет, однако память генерала восстанавливает картину даже в некоторых бытовых деталях. В отдельной картонной коробочке сохранились некоторые исторические документы и фотографии, не позволяющие забывать. Вот небольшой снимок с летящими в небе самолетами. Целая эскадрилья будто разлиновывает небо.

— Я их не мог не сфотографировать. Натовские самолеты уже на выходе из Балтийского моря постоянно над нами кружили. В трюмах мы везли ракеты для кубинцев. С ядерными ли боеголовками — не знаю, врать не буду. Сопровождали груз солдаты, военизированная охрана, на палубу все они только ночью выходили. Открыто разгуливали только «пассажиры», одетые по гражданке. Помню, как-то заместитель командира батальона, наблюдая за самолетами, от души смеялся. Сержант-сверхсрочник штаны снял и своей пятой точкой в небо развернулся. Летчик-то фотосъемку вел, так что испортил ему кадр сержант.

Острая ситуация возникла при прохождении кораблем проливов Каттегат и Скагеррак. Тогда американцы решились на открытую провокацию.

— Ночью по радио меня вызвали к капитану судна. Поднимаюсь в рубку, капитан говорит: «У нас ЧП. Нам перекрыли выход в Атлантику». Ночь, темень, а он разглядел вдали, поперек нашего маршрута американский линкор.

О возможном столкновении доложили, как положено, в Москву. В ответ прозвучало однозначное решение — идти, не сворачивая.

— Мы поняли, что если американцы не уйдут, нам придется их таранить. Судно продолжало свой ход, не сбавляя скорость. Американская громадина приблизилась уже настолько, что стала видна в деталях. Тут-то нервы у штатовцев не выдержали. Прямо перед нами точно стена отодвинулась. И мы проскользнули в океан.

Гавана встретила советских силовиков без пышных церемоний. Безлюдный, «зачищенный» причал неприятно удивил чекистов. Потом уже стало понятно, что от построек и кораблей набережную освободили из соображений безопасности.

— Нас расселили по небольшим гостевым домикам. Перед ночевкой нас предупредили, чтобы в комнатах, выходящих в сторону дороги, мы не устраивались. Из проезжающих на большой скорости машин по ночам в сторону домиков стреляли — контрреволюционерам не спалось.

И в первую же ночь прогремели выстрелы.

— Выскочил я со своим коллегой, а солдатик обратно нас загоняет. Мол, на газике не догоните все равно (в распоряжении кубинцев были только автомобили ГАЗ-69. — «ВМ»). А «контра» на «импалах», американских легковушках, разъезжала.

Глаза и уши

Главная задача военных контрразведчиков заключалась в выявлении изменников родины, наших и кубинских. Однако хватало и чисто бытовых проблем. Пресловутый «человеческий фактор» скучать не давал даже в условиях особо секретного режима. Для кубинских женщин в то время парфюмерия была непозволительной роскошью.

— А солдатики наши в обмен за эту «валюту» девчонок этих, как говорится, портили. Одевались их женщины очень эффектно, притягивали взгляды мужчин. А мы всячески пресекали контакты военнослужащих с местным населением, в том числе интимные.

Юрий Зайцев вспоминает, как халатность и невнимательность могли сыграть на руку противнику. Избежать серьезных последствий иногда удавалось практически чудом. Как-то на одной из радиолокационных станций пропал документ с грифом «совершенно секретно», содержащий перечень боевых частот зенитно-ракетного комплекса ПВО. Радиолокационная установка занимала небольшую сопку прямо над Гаваной. Зайцев вместе с командиром части выяснял обстоятельства дела.

— Дежурный капитан, ответственный за хранение документа, встретил нас со слезами на глазах, руки уже протянул, мол, надевайте наручники. Командир только матерился. Расследование я взял на себя. Чтобы «насолить» командиру, документы мог выкрасть и кто-нибудь из своих. Я прошел по маршруту дежурного, повторил до мелочей все его действия — и нашел.

Оказалось, вместе со старыми, отработанными документами, предназначенными для уничтожения, случайно, а может быть, и неслучайно, в печку попали новые.

— Среди золы я раскопал красный корешок разыскиваемой папки и фрагмент пропавшего документа, — рассказал Зайцев.

Еще одна неожиданная потеря могла серьезно навредить «барбудос» (кубинские революционеры. — «ВМ»).

— Боевые ракеты мы меняли, старые в порт перевозили для отправки в СССР, а новые, с сухогруза, — на базу. Непростые это были транспортировки, сухогрузы обстреливали регулярно. И вот выехали мы автоколонной, машины с охраной впереди и в хвосте, а я с кубинским особистом в головном автомобиле как дополнительный контроль. Вдруг на середине маршрута нас догоняет кубинец-дозорный из охраны и огорошивает меня вопросом: «Команданте, сколько ракет?». Я отвечаю: «Шесть». А он мне пятерню показывает, мол, пять только в колонне.

Обнаружить исчезнувшую ракету контрразведчикам удалось в полутора километрах от своей трассы. Задремали водитель с провожатым случайно, проскочили нужный поворот. В целях безопасности во время движения между тягачами, перевозившими ракеты, закладывался интервал в 20 метров. Поворот глухой попался, каких-то секунд хватило, чтобы машина заблудилась. Повезло соням. Спас их от трибунала контрразведчик. Но была ситуация, когда оправдать, казалось бы, несерьезный, без умысла совершенный поступок советского офицера Зайцев не смог — не успел.

— Вот уж кого жалко мне было, так это его. Москвич, мальчишка еще, увлекался тем, что из плексиглаза вырезал пистолеты, автоматы. А тут ему заказ от знакомого кубинца поступил — сделать копию ракеты с ядерной боеголовкой. Сделал ведь, не сообразил. Арестовали и мастера, и заказчика... Да, еще и не такие чудеса у нас случались, — разводит руками Зайцев.

Инициативный шпион

В этой командировке старшему оперуполномоченному Зайцеву выпало разрабатывать и операцию по пресечению шпионской деятельности. Все началось с того, что в одной из кубинских ракетных частей войск ПВО обратил на себя внимание обычный постовой военнослужащий. Уж больно внимательно он перебирал поступающую секретную почту.

— К ним прямо на стол почтальоны высыпали конверты. Был такой Даниэль Гонсалес, едва ли старше 20 лет. Кубинская ракетная часть войск ПВО. На контрольно-пропускном пункте дежурили военнослужащие. Он долго рассматривал печати и штампы на конвертах, словно не понимал, кому они адресованы. Наши агенты интерес его заметили. На самом деле даже из печатей можно было много почерпнуть полезной информации, например координаты ракетных баз.

В Союзе контрразведчики могли бы легко организовать проверку и по месту жительства, и на работе подозреваемого. Но в чужой стране, даже среди дружественно настроенных кубинцев, возможности их были крайне ограничены.

— И тогда я придумал для нашего Даниэля одну проверочку. Нашел техническую книгу под названием «Автоматический сборник-разборник колес тяжеловесных машин». Вот как в память название въелось! Эту книгу в нескольких экземплярах я положил в почтовую сумку среди прочих документов. Даниэль не удержался, книгу одну забрал себе. А ведь на ней тоже стояли и штампы, и печати. Именно этот случай послужил толчком к тому, чтобы уже вплотную начать его разработку.

Чтобы зафиксировать контакты предателя с представителями американских спецслужб, советским военным контрразведчикам понадобилось около трех месяцев. Наблюдение вели агенты из оборудованных стационарных постов: в машинах, квартирах...

— Он оказался «инициативником», то есть сам пытался найти покупателей добытой им секретной информации. У Даниэля в планах был переезд в США. А до этого он мечтал сколотить себе капиталец. Я передал все собранные на него материалы кубинской контрразведке. Знаю, что вскоре его расстреляли.

И в качестве постскриптума. Один из самых дорогих для Юрия Зайцева документов до сих пор надежно хранится в сейфе. Это почетная грамота от министра обороны Кубы майора Рауля Кастро. «За самоотверженную работу по укреплению обороноспособности…» — напоминает историческая бумага.

СПРАВКА

День военной контрразведки отмечается в нашей стране ежегодно 19 декабря. Дата выбрана в связи с тем, что в этот день в 1918 году в системе силовых структур новообразованного государства РСФСР были проведены преобразования, положившие начало существованию службы, в задачу которой на тот момент входила борьба с контрреволюцией в различных формах ее проявления.

Читайте также: Любимый фильм Сталина: как «Чапаев» стал легендой

Новости СМИ2

Коронавирус

в Москве

192 686 + 1088  (за сутки)

Выздоровели

249 611 + 689 (за сутки)

Выявлено

4 611 + 12 (за сутки)

Умерли

Екатерина Рощина

Кто его посадит, он же памятник

Владимир Жарихин, заместитель директора Института стран СНГ, политолог

Лукашенко между двух огней

Олег Сыров

Готовим дома: перепела в брусничном соусе

Митрополит Калужский и Боровский Климент

Не надо обесценивать опыт

Александр Лосото 

Лекарственная независимость

Руслан Клинский

Русские недовольны отдыхом в России

Дарья Завгородняя

Арбуз нынче дорог

Река сильнее традиций. Правда и мифы о столице и ее жителях

Газеты создаются в творческих муках и спорах

Как помочь ребенку выбрать профессию?

ЕГЭ по литературе. Больше читайте и пишите