Мюриэль Руссо-Овчинников: Московское метро уникально — это большой музей
Мюриэль Руссо-Овчинников — парижанка в 13-м поколении, дизайнер и художник / Фото: Антон Гердо, «Вечерняя Москва»

Мюриэль Руссо-Овчинников: Московское метро уникально — это большой музей

Интервью
В этой рубрике мы знакомим читателей с теми, с кем однажды им будет по пути. Сегодня это Мюриэль Руссо-Овчинников — праправнучка великого французского философа Жан-Жака Руссо.

Мюриэль Руссо-Овчинников — парижанка в 13-м поколении, дизайнер и художник. Но она много лет живет в Москве и считает российскую столицу своей второй родиной. Мюриэль рассказала «Вечерке» о том, за что она любит наше метро и что роднит москвичей и парижан.

— Часто ли вы пользуетесь метро?

— Можно сказать — всегда. Обожаю его, оно дня меня огромный музей. Мне нравится Замоскворецкая линия: станции «Театральная», «Маяковская». Еще «Арбатская» Арбатско-Покровской ветки одна из любимых. А все станции «кольца» — произведения искусства. Привлекают те, на которых есть скульптуры, например, «Площадь революции».

— Наверняка с вами случалось что-то забавное в метрополитене.

— Да, причем история как раз связана с «Площадью Революции». На станции есть множество скульптур. Часто можно увидеть, как москвичи и гости города касаются носа собаки «на удачу». Однажды я была там вместе с моим знакомым французом. Я объяснила ему, зачем нужно дотрагиваться до скульптуры. Он прикоснулся и сказал: «Сколько боли!» Видимо, на ментальном уровне ощутил чувства людей, которые дотрагиваются до собаки в поиске счастья. «В этом есть какая-то плохая энергия», — сказал тогда мой знакомый.

— Какая станция московского метро оставила у вас самые сильные впечатления?

— «Новокузнецкая». Это была моя судьба. Когда я впервые оказалась на ней, то поняла, что просто обязана жить где-то неподалеку. Так и случилось. Сейчас я живу как раз рядом с «Новокузнецкой», здесь же находится и моя мастерская.

— Говорят, что французское метро очень похоже на московское.

— Нет, ни в коем случае! Ваше метро уникально — это большой музей. В метро во Франции невозможно дышать, я просто боюсь туда спускаться. Раньше, во времена моих бабушек и дедушек, в нем и был какой-то шарм — вроде деревянных вагонов. В московском метро пассажиры сидят рядом друг за другом, мне это очень нравится — создает ощущение дружности. Еще меня поразило, что люди всегда интересуются, выхожу ли я на следующей станции. Так они показывают, что хотят покинуть вагон. Во Франции если вас случайно заденут, то вряд ли извинятся. Приятно, что в Москве уважают окружающих. Например, мужчина уступит место. Я не могу сказать, что так происходит всегда, но бывает довольно часто. А вот во Франции такого никогда не произойдет.

— Есть ли что-то общее между москвичами и парижанами?

— Москвичи и парижане очень похожи. Нельзя сказать, что Россия для меня — чужая страна. Здесь я чувствую себя как дома. Вы любите «Трех мушкетеров» Александра Дюма не просто так. В наших характерах есть что-то общее, некие точки соприкосновения. Россия для меня выглядит как моя судьба. Мой папа был архитектором, однажды в детстве он подарил мне конструктор — нужно было собрать русскую избу. А от прабабушки мне досталась библиотека с огромным количеством книг русских авторов. Для меня ваша литература очень важна. Люблю Чехова, Тургенева и Достоевского. К сожалению, я всегда читаю их в переводе на французский.

СПРАВКА 

Мюриэль Руссо-Овчинников впервые попала в Москву в 1984 году, а окончательно перебралась в российскую столицу в октябре 1993 года— тогда как раз случился путч. В Москве она основала креативное агентство по коммуникациям, занимается созданием имиджа для различных фирм, дизайном интерьеров.   

Google newsGoogle newsGoogle news