Главное

Научились пересаживать все, кроме головы

Город
Президент НИИ скорой помощи имени Склифосовского, главный трансплантолог Москвы Могели Хубутия в историческом здании больницы
Президент НИИ скорой помощи имени Склифосовского, главный трансплантолог Москвы Могели Хубутия в историческом здании больницы / Фото: Пресс-служба НИИ скорой помощи имени Н. В. Склифосовского

17 июня исполняется 80 лет президенту НИИ скорой помощи имени Склифосовского, главному трансплантологу Москвы Могели Хубутия. Накануне «Вечерняя Москва» поговорила с ним о настоящем и будущем трансплантологии.

Свою карьеру Могели Шалвович Хубутия начинал с работы педиатром. Работать пошел сразу после окончания педиатрического факультета Горьковского государственного медицинского института имени С. М. Кирова. Поэтому первый вопрос посвятили его выбору специализации.

— Могели Шалвович, почему вы в итоге выбрали трансплантологию?

— На самом деле все очень просто. Нас после окончания института, где мы учились вместе с супругой, направили в Таджикистан. Тогда было распределение, и нужно было отработать три года, иначе никуда на работу не брали. Она стала работать в роддоме, а я — педиатром. Это была центральная районная больница, а я в ней — обычный участковый. И, честно признаюсь, эта работа мне не очень понравилась. Меня больше увлекала хирургия, поэтому я прошел переквалификацию на детского хирурга у профессора Пулатова в Душанбе.

А спустя три года мы с женой приехали в Москву, и я поступил в ординатуру Института трансплантологии. Моим наставником стал Валерий Иванович Шумаков, который видел будущее за трансплантацией сердца у терминальных больных. Он каждый день пересаживал сердце телятам, а я ходил вместе с ним на эти операции. И в итоге тоже поверил, что будущее — за заменой больного органа, за пересадкой. Так я и стал трансплантологом. И принимал потом участие в первой в 1987 году успешной операции по пересадке сердца, после которой Валерий Иванович сказал, что хочет, чтобы первую диссертацию по пересадке сердца написал его ученик, то есть я. Это заняло два года.

— Под вашим руководством Склиф стал ведущим центром по трансплантологии в России. Как вам удалось этого достичь?

— Когда я пришел в Склиф и изучил его работу, то понял, что это не просто больница, а круглосуточно работающая машина. Здесь есть все основные и узкоспециализированные отделения, своя лаборатория, самое современное оборудование уже на тот момент. Отделение трансплантологии если и создавать, то только в многопрофильной клинике. Потому что пересадку делают хирурги, но в подготовке и реабилитации потом участвуют кардиологи, иммунологи, гематологи, психологи и многие другие специалисты. На тот момент московской трансплантологии вообще не было, но благодаря тому что Склиф имеет все направления медицины, она получила такое бурное развитие.

— Насколько трансплантология шагнула вперед за последние 20 лет?

— За это время многое изменилось. Появились новые виды пересадки, например конечностей, лица, матки (к слову, есть не один случай, когда потом рожают здорового ребенка). Это в мире. Если говорить про Москву, то мы стали пересаживать легкие, тонкую кишку и конечности. Отмечу, что проводим также операции по трансплантации сразу нескольких органов одному человеку. Это редко, но есть в нашей практике.

— Какие органы еще не научились пересаживать, и как вы думаете, научимся ли?

— Меня часто спрашиваю о пересадке головы: возможно ли это? Возможно, но не нужно, потому что пересадишь голову, а дальше сердце не будет сокращаться, и ни один орган работать не сможет. Мы пока не научились соединять спинной мозг с продолговатым мозгом, головой, чтобы сверху вниз правильно подавались команды.

— Но в будущем это станет реальным?

— Думаю, да. Ведь еще буквально век назад мы думали, что нельзя к сердцу прикасаться, а сегодня уже делаем пересадку этого органа как рутину. Век развития искусственного интеллекта и роботизация дают о себе знать. Но самое главное — ведется работа со стволовыми клетками, благодаря которым можно будет вырастить новый орган для конкретного человека из его же клеток. Уверен, что это будет большой прорыв в науке.

— Какие операции по трансплантации сложнее всего?

— Все зависит от особенностей организма человека. Иногда и самая простая на первый взгляд операция может стать сложной. Но, пожалуй, трансплантация легких пока остается одной из сложнейших.

ДОСЬЕ

Могели Шалвович Хубутия родился в 1946 году в городе Сухуми. В 1971 году окончил Горьковский медицинский институт имени С. М. Кирова. В 2017 году назначен на должность президента ранее возглавляемого имени Научно-исследовательского института имени Склифосовского. Удостоен премии Правительства РФ в области науки и техники.

Истории
«Вера Мухина. Навстречу ветру»: 5 причин увидеть выставку своими глазами // Смотри, Москва!

«Вера Мухина. Навстречу ветру»: 5 причин увидеть выставку своими глазами // Смотри, Москва!

Песни, которые хочется слушать летом

Песни, которые хочется слушать летом

«Что всегда было в сумочке советской женщины»

«Что всегда было в сумочке советской женщины»

Настоящий Пушкин: каким его знали современники

Настоящий Пушкин: каким его знали современники

«Три плюс два» и другие: фильмы, без которых не представить лето

«Три плюс два» и другие: фильмы, без которых не представить лето

Живопись огнем: как создают эмаль, которая не выцветает веками // Смотри, Москва

Живопись огнем: как создают эмаль, которая не выцветает веками // Смотри, Москва

Сталинские высотки

Сталинские высотки

Мода в СССР

Мода в СССР

Звезды российской эстрады на последних звонках

Звезды российской эстрады на последних звонках

Последние звонки СССР

Последние звонки СССР

vm.ru

Установите vm.ru

Установите это приложение на домашний экран для быстрого и удобного доступа, когда вы в пути.

  • 1) Нажмите на иконку поделиться Поделиться
  • 2) Нажмите “На экран «Домой»”

vm.ru

Установите vm.ru

Установите это приложение на домашний экран для быстрого и удобного доступа, когда вы в пути.