Карта городских событий
Смотреть карту

ВНИМАНИЕ: ВОЗДУХ!

Технологии

Вы заметили? В годы перестройки мы как-то мало вспоминали об окружающей среде. Не говоря уже о годах застоя, когда, как известно, у нас проблем вообще как бы не было.Сегодня – иное. Задались наконец вопросом: в той ли окружающей среде живем, тем ли воздухом дышим, ту ли воду пьем? И вообще, не противоречит ли жизнь в мегаполисе нашей биологической сущности? Вот, к примеру, взять столичный воздух… Собрала я свои вопросы и пошла к ученому человеку – заведующему кафедрой коммунальной гигиены Российской медицинской академии последипломного образования, профессору Симону Левановичу АВАЛИАНИ. Он про воздух Москвы и про то, чем мы рискуем, вдыхая его каждый божий день, знает все. При возглавляемой им кафедре даже создан орган по оценке риска.[b]– Симон Леванович, насколько Москва по сравнению с другими мегаполисами мира опасный в смысле экологической ситуации город?[/b] – Далеко не самый опасный. В мире есть города гораздо более проблемные, например, Мехико, Сан-Паулу, Манила, Калькутта… Главной проблемой для всех мегаполисов является прежде всего загрязнение атмосферного воздуха, преимущественно, от автотранспорта.[b]– Как шутит один мой приятель-медик: «Скажи, чем ты дышишь, и я скажу, кто ты – жилец или не жилец».[/b]– Это слишком «радикальный» подход к проблеме. Могу вас уверить: ситуация в Москве пока контролируема. А с вводом Третьего транспортного кольца за счет перераспределения автомобильных потоков она даже улучшилась: выбросы выхлопных газов теперь рассеиваются более равномерно, нагрузка же на Центральный округ столицы и некоторые транспортные магистрали уменьшилась. Легче стало дышать примерно 700 тысячам москвичей.[b]– Из уст ученого такие утешительные слова – бальзам на сердце замученной окружающей средой москвички![/b] – Но чтобы вы совсем не расслаблялись, добавлю, что, к сожалению, наши рекомендации по оценке рисков хоть и используются в управленческих решениях, но явно недостаточно. При том, что наша кафедра является ведущей в стране по оценке рисков. Так же серьезно этими проблемами занимается еще только Институт экологии человека и гигиены окружающей среды.[b]– Значит, самый большой «вклад» в дело загрязнения столичного воздуха вносит автотранспорт?[/b] – По валу доля автотранспорта среди других источников загрязнения составляет 92 процента.По риску для здоровья – чуть более 50 процентов.[b]– Почему эти цифры разные?[/b] – Потому что характер распространения и рассеивания вредных веществ от автотранспорта и стационарных источников разный. Риск для здоровья от автотранспорта все-таки локален. Если на магистралях он велик, то уже на тротуарах или широких проветриваемых проспектах – значительно ниже.Но, к сожалению, до сих пор принято оценивать состояние воздуха на дорогах по нормативам рабочей зоны. А сегодня уже пора делать эту оценку по обычным предельно допустимым концентрациям для населенных мест. Ведь жители Москвы проводят огромное количество времени за рулем, а в салоне у них и беременные женщины, и дети, и старики. А в пробках им приходится проводить по 3–5 часов в день. Это большой риск для здоровья.[b]– Стационарные источники загрязнения – это заводы, фабрики, словом, вся московская промышленность?[/b] – Да, вся. Но в первую очередь связанная с теплоэнергетикой. По нашим оценкам, вклад таких источников загрязнения в структуру риска для здоровья москвичей составляет 10–15 процентов. И если будут происходить изменения структурного баланса топлива, то есть если ТЭЦ станут сжигать меньше газа, а больше мазута, торфа, угля, особенно в чистом виде, ситуация в Москве может значительно ухудшиться.[b]– А что, есть такие тенденции или указания свыше?[/b] – В Москве пока нет. Но по России прозвучали рекомендации – газ экономить, а больше использовать уголь. Хотя известно, что твердое топливо является источником выбросов диоксида азота, диоксида серы, сажи, золы, тяжелых металлов... Частицы этих выбросов проникают в глубокие отделы дыхательного тракта и могут в течение длительного времени представлять угрозу для здоровья. Такие выбросы могут переноситься на значительные расстояния и стать причиной ряда болезней, в том числе рака легких.[b]– Это что, своего рода «фабрики» по производству болезней для живущих в зонах, прилегающих к ТЭЦ?[/b]– Точнее, факторы риска. Но, к счастью, в Москве почти не используется твердое топливо, и доля газа на электростанциях, расположенных в черте города, составляет 97,7 процента.[b]– Значит, в Москве нет серьезных канцерогенных рисков?[/b] – Конечно, есть. Особенно за счет выбросов автотранспорта.Хотя в ряде районов велик и неканцерогенный риск заболевания дыхательных путей. Это, например, территории, прилегающие к Московскому нефтеперерабатывающему заводу в Капотне, в Чагине. Там источниками риска являются сами резервуары с нефтью, устаревшие очистные сооружения. Риск создает неправильная организация производства.Мы также не рекомендовали делать промышленные застройки на пустыре в Марьине, где фон загрязнения даже выше, чем в Капотне. Тогда к 2007 году ситуация там сможет значительно улучшиться.[b]– Какие компоненты выбросов особенно вредны?[/b] – Согласно нашим исследованиям, сегодня самым опасным в отработанных газах является пока малоизвестное в мире вещество – дивинил. Затем бензол. От дизельных двигателей – сажа, в которой содержатся полиароматические углеводороды. Все эти вещества канцерогенны.Среди особо вредных компонентов остается и оксид углерода, который может вызывать у людей с ишемической болезнью сердца приступы стенокардии.[b]– В Москве три миллиона автомобилей, не считая иногородних, да еще тысячи старых! Если говорить на языке цифр, какой уровень риска в нашем городе?[/b] – По международным стандартам считается, что предел приемлемости риска составляет один случай смертности или заболевания на 10 тыс. человек. В Москве он превышен. Свыше 200 тыс. москвичей живут в зонах с совершенно недопустимым риском – один случай на 1 тыс. человек.Самые загрязненные зоны – места скопления автомобилей, где много пробок. Прежде всего в центре Москвы – на Беговой улице, Новом Арбате, у Китай-города, на Тверской, Якиманке. А также на радиальных магистралях: Волгоградском, Рязанском проспектах, Варшавском шоссе.Увы, мы отстаем от Европы в технологических стандартах на выхлопы автомобилей, на качество топлива. Они у нас занижены по сравнению с принятыми в других странах. Про качество двигателей вообще говорить грустно.[b]– А какова минимальная норма риска? [/b]– Если свести минимальный уровень риска к одному случаю смертности на 1 млн. человек, то риск этот будет таким же, как вероятность того, что на вас летом упадет сосулька.Когда же один случай на 1 тыс.человек – это риск экстремальный, который требует немедленного принятия мер. А есть еще добровольный риск, связанный с поведением человека: курением, злоупотреблением алкоголем, небрежностью в общении с источниками опасности. Ведь, если вы курите, то риск от этого на два порядка превосходит любые химические риски в повседневной жизни.[b]– Хочу спросить вас про воду: можно ли в Москве пить сырую воду из крана?[/b] – Проблема загрязнения питьевой воды также содержит некий риск. Но он не столь актуален, как риск загрязнения воздуха. Мы собрали специальную информацию и выяснили, что в Москве сырую воду пьет не так уж много людей: кто-то кипятит, ктото фильтрует, кто-то покупает бутилированную. В нашем городе качество питьевой воды довольно высокое. Самая чистая поступает с Рублевской станции.А вообще специалисты считают, что если сливать воду из крана в течение 10–15 минут, то пользоваться фильтром нет необходимости, потому что основное загрязнение воды происходит в зонах застоя.[b]– Симон Леванович, посоветуйте, пожалуйста, москвичам, как лучше укрепить свое здоровье.[/b]– Эти советы всем известны: больше гулять в парках, выезжать на дачи, меньше находиться в зонах повышенного содержания выхлопных газов.А столичным коммунальным службам нужно почаще поливать водой улицы, сажать побольше цветов и кустарников, деревьев, засеивать обочины дорог травой, как в Швейцарии и Германии. Ведь пыль – это так называемый вторичный загрязнитель.[i]ДОСЬЕ «ВМ» АВАЛИАНИ Симон Леванович – доктор медицинских наук, профессор, зав. кафедрой коммунальной гигиены Российской медицинской академии последипломного образования Минздрава РФ.Главный эксперт Комиссии по государственному санитарно-эпидемиологическому нормированию Минздрава РФ. Эксперт ВОЗ. Член Консультационного совета Российского регионального экологического центра, член совета Центра экологической политики РФ.Участвовал во многих международных проектах. Автор 130 научных работ и монографий.[/i]

Google newsYandex newsYandex dzenMail pulse