Ленин уже в Цюрихе

[b]«Три О» – это ансамбль, состоящий только из духовых инструментов. В его состав входят известный джазовый саксофонист Сергей Летов, трубач Юрий Парфенов и фаготист Александр Александров.[/b]Поначалу все шло гладко. Музыка при всей своей запутанности и неритмичности воспринималась довольно легко – мудреные сплетения трубы, саксофона и фагота звучали спокойно, не переходя на дикий визг, так любимый некоторыми саксофонистами и трубачами.Ситуация изменилась, когда на сцену вышла тувино-австрийская певица Сайнхо Намчылак. Она чтит традиции народного тувинского пения, не чураясь современных авангардных голосовых приемов. Поэтому и звучание «Три О» стало резче, ее голос привнес в музыку некоторый разлад – как, видимо, и было задумано.Сайнхо недаром считается одной из ярчайших представительниц современного вокала. Ее карьера началась в начале 90-х, когда она занялась джазом и импровизационной музыкой. Правда, за рубежом имя Сайнхо до сих пор ассоциируется чаще с этнической музыкой, чем с авангардом.В Москве дела обстоят иначе. Вот и на концерте в «Доме» к традиционному тувинскому пению в чистом виде Сайнхо так и не перешла; лишь кое-где зазвучали этнические мотивы.В остальном же вся программа смотрелась однородно: авантджазовые импровизации «Три О» в сопровождении изысканного пения Сайнхо Намчылак.Музыкантам не откажешь в остроумии: после исполнения долгой композиции, во время которой госпожа Намчылак выдавала трудно воспринимаемые вокальные соло, а духовые гудели напряженно и однообразно, Сергей Летов объявил, что все прозвучавшее называлось «Ленин в Цюрихе».Ровное и немного торжественное течение этого редкого концерта нарушил еще один эпизод. Какой-то изрядно пьяный дедушка, видимо, не выдержав сложной музыкальной информации, близко подкравшись к Сергею Летову, вдруг крикнул: «Сережка, познакомь с мадам, я хочу с ней спеть!» Сергей Летов, конечно, смутился, а нетрезвого нарушителя стал оттеснять к выходу охранник.Гм-м… Ну что поделаешь! При всей демократичности «Дома» этот дед ничего не смог бы исполнить с Сайнхо. Ее пение сложно, даже следить за ее голосом требует усердия. Он то переходит на почти неслышный шепот, то взмывает ввысь с невероятной громкостью, то превращается в неразборчивое детское бормотанье.Сайнхо иногда начинает отрывисто вскрикивать или, наоборот, плавно и низко тянуть немелодичные музыкальные фразы, сопровождая, например, стандартную джазовую тему Сергея Летова, которую он обычно играет с другим ансамблем – «Сакс-Мафией».Музыку «Три О» и Сайнхо, конечно, не назовешь популярной или даже модной, при всем том, что это далеко не самый брутальный пример экспериментального музицирования.Но, как оказалось, воссоединение Александрова, Парфенова, Летова и Сайнхо Намчылак было интересно не только самим вышеперечисленным музыкантам, но и множеству их почитателей. Которые, судя по всему, готовы ждать еще пятнадцать лет, чтобы услышать своих любимых музыкантов.