Главное
Карта городских событий
Смотреть карту

Центр – это большая охранная зона

Общество
Центр – это большая охранная зона

[i]В одном из прошлых номеров мы начали знакомить читателей с руководителями ТОРЗ столичных округов. Напомним, что эта аббревиатура обозначает территориальное объединение регулирования землепользования. Другими словами – окружное подразделение Департамента землепользования. В прошлом выпуске «Москвы имущей» руководитель ТОРЗ ВАО Людмила Останкова рассказывала об особенностях этого округа, проблемах и достижениях. Сегодня с похожими и другими (все-таки центр, как-никак) вопросами наш корреспондент отправился к руководителю ТОРЗ Центрального административного округа Владимиру Старкову. Даже тот факт, что ТОРЗ ЦАО в отличие от остальных находится в том же здании, что и весь департамент, явно говорит о его значимости.[/i][b]Здесь все – история– Владимир Рюрикович, центральность округа влияет както на специфику работы вашего ТОРЗа?[/b]– Центр города – это его история. Современная Москва по площади в десятки раз превосходит старую. Существует мнение, что новые территории не имеют ничего общего с «настоящей Москвой». Но это не совсем так. Обращение к истории показывает, что древняя историческая граница Москвы почти совпадает с современной. Древнерусский город всегда состоял из крепости-города и окружающих сел и слобод, связанных между собой экономически и административно. Объединялись они и общим названием. Поэтому в древности Москвой назывались Кремль на Боровицком холме и прилежащие села. Крепость и села развивались одновременно и синхронно. В более поздние времена был построен Камер-Коллежский вал – земляной вал, для контроля за ввозом в Москву товаров. С конца XVIII в. КамерКоллежский вал стал фактической полицейской границей Москвы. Ныне память о Камер-Коллежском вале сохранилась в наименованиях улиц. Современные границы центрального округа практически полностью охватывают территорию, ранее ограниченную Камер-Коллежским валом. Поэтому в центре сохранилось наибольшее количество памятников архитектуры, культуры и искусства. Практически весь центр – это охранная зона, это памятники, объекты культурного наследия.Кроме того, современный центр города отличает дорогое жилье и аренда помещений, высокая плотность застройки. В связи с этим возникает очень много пограничных интересов.[b]На стыке интересов– Владимир Рюрикович, как они сталкиваются, эти пограничные интересы?[/b]– У нас практически по всем улицам идет фронтальная застройка. То есть здания стоят вплотную друг к другу, что не характерно для других округов. В первую очередь это старые улицы: Новокузнецкая, Пятницкая, Маросейка, Мясницкая, Лубянка – в общем, почти все улицы внутри Садового кольца. Здания на этих улицах примыкают стена к стене, поэтому частенько разгораются территориальные споры вокруг дворовых пространств.Небольшая свободная площадка, палисадник, бывшие хозяйственные постройки – каждый клочок земли оказывается на стыке интересов. Да и люди у нас разные. Кто живет и работает по-соседски, а другие конфликтуют, ругаются, скандалят.[b]– И кто разрешает такие споры?[/b]– Правительство Москвы, префектуры. Подобные споры не имеют решения, если люди не договорятся между собой. И в такой ситуации выход один – это оставить спорные земли в общегородском пользовании и не передавать никому в аренду. Конечно, не запрещается ими пользоваться, но при этом юридически их не оформляют. Например, колодец двора. Две организации претендуют на него. Обе хотят поставить на въезде шлагбаум, сделать ворота и организовать там, допустим, стоянку для машин. Если они общий язык между собой не находят, то эти земли остаются городскими. Соответственно не дают разрешения ставить шлагбаум, закрывать ворота… В итоге любой сможет заехать или зайти во двор.[b]– Выходит, если они не договорятся, то обе останутся с носом?[/b]– Да, в этом отношении им проще и выгодней договориться, найти какой-то компромисс.[b]В поиске резервов– Скажите, вот центр, кажется, застроен уже по максимуму. Свободных площадей фактически не осталось. Каким образом изыскиваете земельные резервы, допустим, для городских нужд?[/b]– В городе есть Научный институт Генерального плана Москвы. Сотрудники института отвечают за планировку, в том числе за функциональность, за плотность застройки в городе.Их же задачей является поиск резервных территорий, которые необходимы для перспективного развития города. По практике скажу, что для строительства в центре свободных от обременений земельных участков очень мало. Большие территории, занятые парками, скверами, просто озелененные площадки должны сохраняться. Мы за этим следим вместе с соответствующими службами. Все остальные объекты, которые могут быть инвестиционно привлекательны, имеют обременения. То есть это чаще всего ветхие здания постройки начала-середины прошлого века, производственные территории, где есть собственники или пользователи помещений, территорий. На таких площадках тоже можно строить, но для этого надо с ними договариваться, чтобы вместе реконструировать и получить дополнительные площади или куда-то их выводить. Свободных площадей, чтобы просто пришел и построил, сегодня в округе нет.[b]– А что касается вывода промышленных предприятий из ЦАО?[/b]– Да, конечно, в связи с выводом промышленных предприятий в округе образуются большие резервы земли. На месте выводных предприятий предполагается, как правило, жилая застройка с инфраструктурой, озеленение, прокладка дополнительных магистралей для снятия транспортной напряженности, а также строительство объектов торгово-офисного, гаражного и спортивно-досугового назначения. По программе префектуры Центрального округа у нас в 2005 году предполагается освободить от производственной функции 40 гектаров земли, занятых промышленными предприятиями. При этом приоритетным условием является перебазирование и сохранение самого производства уже вне центра города, сохранение рабочих мест.Одной из наиболее интересных и больших задач является реабилитация водоохранной зоны реки Яузы. Это касается не только центра города. Проект реабилитации постоянно обсуждается, проходит необходимые согласования, утверждается схема реабилитации поймы реки, ведь исторически на прибрежной территории расположены промышленные предприятия. Уже построен новый жилой комплекс на Рубцовской набережной. Предполагается строительство мостов для создания пешеходных связей. Например, чтобы с Рубцовской набережной за 7–10 минут можно было дойти до станции метро «Электрозаводская».[b]Торопимся не спеша– Что вы можете сказать о работе в режиме «одного окна»?[/b]– «Одним окном» начали не так давно заниматься. По сути дела, если добросовестно относиться к своей работе, то «одно окно» получается. Эффективность «одного окна» как нововведения рано пока оценить в полной мере. Вот взять хотя бы ситуации с пограничными спорами. Или программные задачи города, когда идет комплексная реконструкция, освоение высвобождающихся территорий промпредприятий. Несмотря на то, что мы и сроки можем иногда поджать, ускорить, все равно очень часто требуются дополнительные согласования, продиктованные требованием закона.Нашей задачей является исключить из этого процесса заявителя. Чтобы не он «бегал» за согласованиями, а мы выполняли всю работу по оформлению договора. Одно же окно подразумевает, что заявитель пришел, сдал документы и быстро получил. Поэтому у нас – сдал и получил – это реальность, а вот сокращение сроков между «сдал» и «получил» задача – требующая постоянной доработки. Иногда спешка до добра не доводит. То есть нам надо более детально все проработать: выйти на территорию, посмотреть смежника, посмотреть программу реконструкции, реновации. Чтобы в итоге человеку дать качественный продукт в виде договора, который будет нести полную объективную информацию, не скрывая от него реалии сегодняшнего дня, касающиеся режима использования земель, развития города и т. п.[b]– То есть можно сказать, что в ЦАО, исходя из особенностей округа, даже «одно окно» работает специфически?[/b]– Абсолютно точно. Никто не отменял действие закона, по которому практически вся территория внутри Садового кольца является зоной охраны памятников. Это означает, что мы всегда запрашиваем заключения не только архитекторов, но и обязательно Комитета по культурному наследию. Что же касается эффективности «одного окна», то повторюсь, здесь главное для нас – исключить из процесса согласований заявителя. С этим вопросом мы справляемся: сами ездим к архитекторам, в префектуры, занимаемся согласованием. В итоге освободить заявителя от этой рутины нам удается.[b]– Расскажите о внедрении в жизнь системы единого объекта?[/b]– Это программная задача. Она была поставлена с целью создания как таковой базы единого объекта недвижимости на основе базы земельного кадастра. То есть для создания базы учета, и даже не просто учета, а базы, которая, будет нести юридическую информацию. Подразумевается, что можно будет использовать информацию, полученную по механизмам, которые будут в последующем определены. Естественно, орган, который будет выдавать информацию, будет нести за нее ответственность. То есть она будет достоверной. Это будет не справочный материал, не познавательный или развлекательный, это будет официальная информация. Что же касается сути формирования единого объекта недвижимости, то появились разночтения с государственными органами регистрации. Помешали какие-то несогласованности с точки зрения законодательства.Задача актуальная, интересная, о чем можно судить хотя бы на примере других стран. Поясню, ввести базу как единый объект недвижимости на основе учета того, что есть участок с определенным кадастровым номером, и какое имущество или объект расположен на этом земельном участке, их функционал, их пользователей и т. д. – это возможно. Это реально, и даже фактически это уже есть. Эту работу город ведет. Вопрос техники – объединить информацию.[b]Золотые квадраты– Владимир Рюрикович, а что мешает сегодня в работе? Какие-то трудности, проблемы в работе ТОРЗа можете назвать?[/b]– Работы много, работа интересная. Земля все больше и больше становится притягательной для инвестиций. То есть земля в центре стала дефицитом, на нее огромный спрос. Отсюда большое количество обращений.Да и просто количество вопросов, которое возникает у землепользователей, возрастает. По этой причине возрастает объем переписки, объем требований с их стороны, объем документов.Увеличение переписки из-за того, что земля востребована, плюс из-за изменений законодательства люди постоянно просят что-то разъяснить, что-то оформить. Поэтому объективно возникает больше работы. Это, наверное, первая особенность, банальная. Вторая особенность относится к области законодательства. Много вновь принимаемых законодательных актов и поправок к ним. Департаментом проводится постоянная работа по приведению в соответствие вновь вышедшим законам регламента работы департамента и сопряженных с этой работой подразделений правительства Москвы.[b]– Скажите, а как обстоят дела со сбором арендных платежей за землю в округе?[/b]– Арендную плату мы собираем аккуратно. Работа по сбору арендной платы отлажена, существует специальное подразделение в ТОРЗе, которое регулярно направляет уведомления в адрес арендаторов земельных участков, делает по их запросу выверку лицевых счетов, работает с должниками.

Подкасты