[b]Вчера на гастролях в Колумбии от сердечного приступа скончался Давид Боровский – театральный художник со статусом патриарха и славой соавтора Юрия Любимова по созданию «таганской» эстетики. Камертон отечественного театра.[/b]Хотя постановками на Таганке творческая судьба Давида Львовича отнюдь не исчерпывалась – с ним работали и Георгий Товстоногов, и Анатолий Эфрос, и Олег Ефремов, и Лев Додин, и Валерий Фокин, то есть весь цвет отечественной режиссуры, и не только отечественной. В последнее время Давид Львович был главным художником МХТ (заняв эту должность, он принципиально отказался от зарплаты).Давид Боровский дебютировал как художник-постановщик ровно 50 лет назад. Работать в театр он пришел еще учеником художественной школы – потому что мать и сестра попали в больницу, и жить было не на что. Помощник декоратора (меньше дожности, наверное, уже и не бывает) стал самостоятельно оформлять спектакли.Талант юного художника оценил Леонид Варпаховский, соратник Мейерхольда. Впоследствии он и познакомил Давида Львовича с Юрием Любимовым.«Таганка» обязана Боровскому всем своим внешним видом: все здесь придумано именно им – от использования белой кирпичной «арьер-стены» до художественного «разбрасывания» фотографий на столе Юрия Любимова. Самоигральный занавес Боровского в «Гамлете» (многие предлагали назвать его одним из главных действующих лиц) попал в десятку лучших декораций к «Гамлету» в ХХ веке.Вязаный занавес (вдруг обратил внимание, как вяжет жена) или кузов-раскладушка в спектакле «А зори здесь тихие», или парящие стога сена в додинском «Дяде Ване» представляли собой столь мощные и простые образы, что заставляют говорить о Боровском как о поэте и философе. Он и впрямь возвел сценографию до поэзии и философии.