[i]Как-то заглянула к нам в редакцию на огонек обаятельная женщина. Зашла вроде бы на минуту, да и разговорилась. Оказывается, более полувека назад Галина Алексеевна Образцова работала в нашей газете корректором. И до сих пор к «Вечерке» неравнодушна.[/i][b]– Галина Алексеевна, а как вы в газету-то нашу попали?[/b]– Можно сказать, случайно. В 1949 году я училась в Полиграфическом институте на вечернем отделении, и мне нужна была справка с места работы. Я просто зашла в редакцию, а там оказалось вакантное место корректора. Вот и все. Так пять лет и проработала, пока по семейным обстоятельствам не ушла в «Советский спорт», а потом в «Советскую Россию», где и трудилась до самой пенсии, до 1980 года.[b]– И какой газета была в те годы?[/b]– Конечно, сейчас материалы «Вечерки» стали гораздо интереснее, чем раньше. Но тогда ведь и время было другое. О многих вещах просто нельзя было писать. Редакция находилась в Потаповском переулке на Чистых прудах. Рабочий день начинался в 8 утра, а к 3 часам дня номер подписывали в печать. Я с уважением вспоминаю людей, с которыми мне пришлось работать в те годы. Это Всеволод Шевцов, Кира Самойлова, Герман Колодный, Юрий Иванов, бывший в то время ответственным секретарем, Владимир Рыжиков, Борис Белогорский и многие другие…[b]– Нас читатели иногда ругают за пропущенные опечатки. А в те времена такое бывало?[/b]– Не без этого. Случались и ошибки, и опечатки. За пропущенные ошибки можно было получить выговор от начальства. А за серьезные ошибки всем нагорало.[b]– А где вы работали до «Вечерки»?[/b]– До «Вечерней Москвы» я несколько месяцев проработала в «Вечернем Ленинграде» – я ведь из Питера…[b]– Как же в Москву попали?[/b]– Это длинная история… Я родилась в Ленинграде и до сих пор с удовольствием вспоминаю те годы. В детстве очень любила читать и танцевать, а на соседней улице был Дом художественного воспитания детей. Я там училась в студии художественного движения – мы были последователями Айседоры Дункан, то есть «босоножками». Нам очень повезло с учителями – они привили нам любовь к классической музыке, водили на балеты в Мариинский театр (он тогда носил имя Кирова), где мы наслаждались искусством Улановой, Дудинской, Чабукиани...В 1936 году нас повезли в Москву на День физкультурника – студенты Института имени Лесгафта изображали подсолнухи, а мы, дети, между ними танцевали «русскую». Все это было на Красной площади, перед Мавзолеем, где стояло все правительство. А потом при нашем Доме был организован ансамбль Дунаевского, который пользовался большим успехом в городе. У нас были и хор, и оркестр, и танцевальная группа, и чтецы. Одним из чтецов, кстати, был известный поэт Петр Градов, прошедший войну и много сотрудничавший с «Вечеркой». К сожалению, он уже ушел из жизни. Мы выступали на всех правительственных концертах. А однажды нас объявлял Аркадий Райкин, который тогда только что стал лауреатом конкурса эстрады. С программой песен, написанных специально для нас Исааком Осиповичем, мы должны были поехать в Москву, но грянул 1941 год – война… Все изменилось.[b]– Вы остались в блокадном Ленинграде?[/b]– Нет, я со школой эвакуировалась. Нас повезли почему-то сначала на запад, но мы попали под бомбежку на Валдае, и нас срочно повезли в Кировскую область, где разместили по избам. Нам помогали, чем могли…[b]– А когда удалось вернуться?[/b]– В 1944 году стали пускать в Ленинград, но у меня не было пропуска, а очень хотелось домой, к маме. Меня тайно провезли на багажной полке офицеры. Без пропуска было трудно: не было карточек, не было прописки, но помогла мама подруги, которая работала в НКВД – она меня устроила на работу… цензором. Мы сидели в Главпочтамте и читали солдатские треугольники – кое-что вычеркивали (так полагалось!) и ставили печать.[b]– А после войны?[/b]– Война закончилась, нужно было устраиваться на работу. На соседней улице я увидела объявление: «Требуется корректор». Это оказалось Высшее военно-инженерное училище. Я пошла в редакцию, которая состояла из одного молодого капитана. Он мне устроил экзамен на грамотность и взял на работу. Газету делали вдвоем! Он писал передовицы, собирал материал у курсантов и офицеров, а я правила гранки. Вскоре там решилась моя судьба![b]– Это как же?[/b]– Я встретила своего будущего мужа. Дело в том, что училище заканчивали два друга-москвича – Виктор и Алексей. Я очень понравилась Виктору, но он был ужасно стеснительным, а Алексей оказался более бойким. Виктор и попросил своего друга уговорить меня выйти за него замуж. Алексей согласился меня уговаривать, да сам и «уговорился»: вскоре мы с ним поженились. Он, кроме училища, окончил еще и строительный институт. А когда демобилизовался, то уехал домой, в Москву. Так я и стала в 1948 году москвичкой. Муж мой был сыном знаменитого кукольника Сергея Образцова. А в 1950-м у нас родился сын Петр…[b]– Расскажите, пожалуйста, о вашей семье…[/b]– После свадьбы мы жили у дедушки и бабушки мужа – родителей Сергея Владимировича, на улице Бахметьевской. Теперь она называется улицей Образцова – в честь Владимира Николаевича, академика, депутата Верховного Совета, лауреата многих премий (на одну из них он купил в войну самолет и подарил его военному летчику). Жаль, что я так мало с ним пообщалась – через год его не стало. Это был очень светлый, изумительный человек. Мой первый муж Алексей Сергеевич – известный архитектор, кандидат наук, лауреат нескольких премий.[b]– Ваш сын известен как писатель…[/b]– Петя окончил химический факультет МГУ, защитил кандидатскую диссертацию, но после перестройки поменял профессию и стал журналистом. Он всегда хорошо писал сочинения! Выпустил около десятка книг, много печатается... Его дочь и моя внучка Аня оканчивает аспирантуру в университете Нью-Йорка, работает преподавателем. А мой второй муж, Глеб Борисович, член-корреспондент РАН, 30 лет был замдиректора по науке Института Африки, еще работает, а начинал тоже журналистом…[b]– А вы чем занимаетесь сейчас?[/b]– Я очень люблю бывать в театрах, на выставках, ходить в гости… А недавно работала по специальности – корректировала книгу сына «Евангелие от Иуды». Я, можно сказать, его личный корректор. Все свои книги он сначала дает почитать мне.[b]– А к «Вечерке» ваше отношение не изменилось?[/b]– Я ее многолетний и читатель, и почитатель. И то время, когда я работала в газете, вспоминаю с удовольствием.[b]На илл.: [i]Фото в редакции, на память.[/i][/b]