Зачем нам станция «Марксистская»?

Зачем нам станция «Марксистская»?

Общество

[b]Почти год назад (№ от 23.11.04) «Вечерка» опубликовала статью Вадима Дормидонтова с предложениями обсудить вопрос о переименовании и уточнении некоторых названий станций Московского метрополитена. Без малого год в редакцию поступали письма-отклики – и резкие, отрицающие саму возможность масштабного переименования станций метро, и полностью поддерживающие, и развивающие эту идею… Одним словом, сколько людей – столько мнений. Сегодня мы предоставляем слово инициатору этой дискуссии не для того, чтобы «закрыть тему», а скорее для того, чтобы подвести некоторые итоги и суммировать мнения наших читателей.[/b]Не скрою, меня порадовала активность читателей «Вечерки». Хотя, судя по письмам, некоторые неясности в этом вопросе еще остаются.Стоит ли сейчас заниматься корректировкой названий станций метро? Думается, стоит. Ведь рано или поздно через это неизбежно придется пройти. Уже сейчас многие названия не только не помогают пассажирам ориентироваться при пользовании метрополитеном, но даже вводят их в заблуждение. Некоторые – потому что изначально не были привязаны к названиям наземных объектов (Пионерская, Красногвардейская, Академическая), другие просто устарели (Библиотека им. Ленина, ВДНХ и др.). Я уж не говорю о явно конъюнктурных названиях, поражающих своей бессмысленностью (Марксистская, Пролетарская, Молодежная…).«Название «Марксистская» для метро так же неестественно, как и «глыба» Маркса в самом центре Москвы» – справедливо замечает читатель Е. Гергилевич ([i]3.6.05[/i]). И он прав! Отнюдь не украшают наше метро избитые, уже многократно растиражированные в метрополитенах других городов бывшего Союза названия (Октябрьская, Спортивная и т. п.). Неужели Москва с ее богатейшей историей и обилием своеобразных топонимов не может позволить себе иметь на схеме метрополитена не подборку убогих стереотипов и нелепых идеологических кличек, а яркую палитру своеобычных московских названий, которые не смогут устареть никогда?! Наконец, нас просто обязывает к этому [b]Закон г. Москвы № 40-70 от 8.10.97 г.[/b], где написано: «Каждое название станции метрополитена должно быть индивидуальным, отражать историческую и культурную самобытность города». Вот это, по-моему, и есть главный принцип, которым надо руководствоваться при выборе того или иного названия.Вернемся к письмам читателей. И. Васильев ([i]14.01.05[/i]), в целом соглашаясь с большинством наших предложений, сомневается в целесообразности таких переделок, как изменение названия «Кунцевская» на «Кунцево», «Тушинская» на «Тушино» и т. п.Но в том же [b]Законе № 40-70 [/b]указано, что станции метро, сопряженные с ж/д платформами, должны иметь одинаковые с ними названия. И это правильно, так как любая транспортная остановка должна повторять без каких-либо искажений название того места, где она находится.Представьте себе, что, подъезжая к вокзалу города Орла, вы увидели бы надпись «Орловская»? Железнодорожники давно усвоили это правило, и нашему метрополитену пора бы его перенять.В русле той же ж/д темы отвечаю на вопрос В. Малахина ([i]8.02.05[/i]) и Б. Каспина ([i]12.04.05[/i]), возражающих против предложения переименовать «Чкаловскую» (кстати, не имеющую никакой привязки к названиям наземных объектов, что категорически запрещено тем же законом) в «Курскую». Все вокзальные станции должны называться одинаково (это тоже одно из положений[b] Закона № 40-70[/b]), ибо опаздывающему на поезд пассажиру некогда решать ребусы с разными названиями: приехав на любую «Курскую», он должен быть уверен, что попадет на Курский вокзал.Читатель «ВМ» В. Флоринский ([i]27.04.05[/i]) совершенно прав, утверждая, что название «Останкино» подошло бы к станции «ВДНХ» больше, чем «Ростокино». Но дело в том, что название «Останкино» уже запланировано на линии, идущей через Марьину Рощу в этот район. Если оно не будет использовано, можно принять и его предложение. Вместе с этим читателем недоумеваю, зачем в названия запланированных и строящихся станций («Улица Скобелевская», «Улица Старокачаловская», «Улица Горчакова») по-прежнему включается слово «улица», заполняя ненужным балластом и без того перегруженные схемы и табло. Нелепость такого подхода выяснилось еще в 1935 году, в первый год жизни метро, когда названия «Кировские ворота», «Площадь Дзержинского», «Смоленская площадь» вскоре были совершенно резонно исправлены на «Кировская», «Дзержинская», «Смоленская».Одним из главных оппонентов проекта оказался В. Малахин ([i]8.02.05[/i]), возмутившийся предложением назвать «Комсомольскую» (между прочим, их на постсоветском пространстве существует уже 8 штук!) старомосковским именем «Каланчевская». «Где автор публикации видел у трех вокзалов каланчу?» – вопрошает читатель, именующий себя коренным москвичом.Позволю себе ответить на это цитатой другого читателя, В. Флоринского: «Разумеется, нет там давно никакой каланчи, но в том-то и ценность исторического названия, что оно дает представление о прошлом местности». Недоволен Малахин и предлагаемой заменой названия станции«Площадь Ильича» на «Рогожскую заставу». А как же ей называться, если площади Ильича в Москве не существует уже 11 лет, а все выходы из метро находятся на площади Рогожской заставы? Напрочь забраковал В. Малахин и наше предложение переименовать станцию метро «Улица Подбельского» (этой улицы нет уже более 10 лет) в «Богородское». Но авторы проекта исходили из того, что станция метро находится на территории муниципального округа «Богородское».Однако нас не только ругают. Отрадно видеть, что сторонников идеи корректировки названий станций метро немало. И совершенно прав В. Флоринский, «что названия исторических районов забываются жителями, если они не закреплены в названиях улиц, переулков, площадей, станций метро». А коренной москвич Е. Гергилевич, считая, что «изменение названий некоторых станций метро назрело уже давно», советует поменять еще и нынешнее название «Ботанический сад» на «Леоново». Что ж, вполне логично, так как до Ботанического сада (который, кстати сказать, обращен к метро задворками) довольно далековато.Нельзя не согласиться с Н. Родионовой ([i]8.02.05[/i]): «Не следует тащить в будущую жизнь, в жизнь других поколений названия, посвященные скомпрометировавшим себя людям». Тысячи пассажиров, проезжающих через станцию метро «Войковская», даже не догадываются, что ее название увековечивает убийцу, участника кровавой расправы над последним императором и его семьей, ныне причисленных Православной церковью к лику святых великомучеников.Мало того, его имя носят еще улица, пять(!) проездов и даже муниципальный округ. А на каком основании в нашем метро еще существует название «Калининская линия»? Может быть, чтобы вспомнить «доброго дедушку» М. И. Калинина, в апреле 1935-го подписавшего Постановление ЦИК о применении расстрела к детям с 12-летнего возраста? А тут еще в перспективе за «Речным вокзалом» может появиться станция «Улица Дыбенко». Это тот самый матрос с тремя классами образования, который истребил лучшие кадры российских морских офицеров, а потом, во время Кронштадтского восстания, с таким же усердием расстреливал своих братише-кматросов… Как тут не воскликнуть вслед за читателем «Вечерки», доктором филологических наук А. Суперанской: «Люди, опомнитесь!» Естественно, возникает вопрос: как быть с существующим архитектурно-художественным оформлением станции, если ее новое название не согласуется с ним? Конечно, оно должно быть максимально сохранено! При этом возможна установка досок с текстом, дающим соответствующие пояснения, как это сделано сейчас на московских улицах, которым возвращены их исторические имена.Впрочем, большинство интерьеров станций оформлено достаточно нейтрально, а отдельные случаи могут деликатно разрешаться при участии всех заинтересованных сторон.Что же касается расходов и временных неудобств, связанных с корректировкой названий, о чем совершенно естественно тревожатся читатели, то при нормальной организации дела их можно свести к минимуму. Только не следует делать это поштучно, как в случае с «Партизанской»: подобный подход обойдется много дороже комплексного, хорошо продуманного единовременного переименования всех «созревших» для этого станций. Примечательно, что в случае с «Партизанской», как отметил в своем письме И. Хитров ([i]3.06.05[/i]), «не было никаких рассуждений насчет того, что дорого и не нужно…»Очень хочется, чтобы вопрос о московских названиях (и не только станций метро) не уходил со страниц газеты. Ведь в таком всенародном обсуждении и рождается истина.[b]Вадим ДОРМИДОНТОВ,председатель Комиссии Моссовета по наименованиям в 1990–1993 гг.[/b]

Google newsYandex newsYandex dzen