И снова о Катыни
[b]Вчера в Малом зале Центрального дома литераторов обсуждали тему «Катынь – боль не только Польши, но и России».[/b]Вечер был организован Фондом социально-экономических и интеллектуальных программ, Союзом писателей Москвы и журналом «Знамя».Катынь – одно из самых страшных преступлений в истории ХХ века и одна из самых болезненных точек в польско-российских отношениях. Расстрел почти 22 тысяч польских офицеров, взятых советскими войсками в плен после 17 сентября 1939 года, был осуществлен весной 1940 года НКВД по приказу Сталина. И хотя Катынский лес в Смоленской области не был единственным местом захоронений жертв этого расстрела, однако именно Катынь стала символом этого преступления.Только в 1990-е годы Россия официально признала совершенное преступление, и началось совместное российско-польское расследование. Тогда же были опубликованы первые документы по этой трагедии. А в марте этого года Главная военная прокуратура РФ в одностороннем порядке расследование прекратила, выдав полякам 67 томов материалов из более чем 180 имеющихся. Остальные согласно решению некой межведомственной комиссии содержат государственную тайну и выдаче не подлежат. А люди, приказавшие расстрелять просто так 22 тысячи польских офицеров, врачей, священнослужителей, и исполнители этого приказа виновны, по мнению прокуратуры (ее на вечере представлял полковник Шаламаев), всего лишь в «превышении власти»... Этот вердикт звучит как насмешка.Об этом говорили на вечере его организатор Сергей Филатов, Мариэтта Чудакова, историк Наталья Лебедева, генеральный секретарь польского Совета по охране памяти борьбы и мученичества Анджей Пшевожник, Леонид Млечин и другие. Александр Гурьянов из общества «Мемориал» сформулировал основные требования, без удовлетворения которых Катынское дело не может быть прекращено: юридическая квалификация преступления (разумеется, не «превышение власти»), полный список виновных всех уровней, точный список жертв. По мнению собравшихся, обязательно нужен документ, определяющий позицию государства (а не частных лиц) по отношению к Катыни как к преступлению против человечности.
