[b]На днях в Государственном музее А. С. Пушкина на Пречистенке открылась любопытная выставка «Ау, Базиль Пушкин!» В четырех комнатках мезонина усадьбы конца ХVIII века расположилась экспозиция, которая со временем должна переехать в здание дома на Старой Басманной, где когда-то жил Василий Львович Пушкин и где у него бывал его знаменитый племянник.[/b]Василий Львович Пушкин был, судя по всему, незаурядным человеком и вполне приличным литератором своего времени. Возможно, мы бы помнили его и самого по себе. Но «солнце русской поэзии», увы, напрочь затмило своего родственника и однофамильца. И во мнении народном он живет – и, скорее всего, так и останется – именно как дядя «нашего всего». Что, согласитесь, не вполне справедливо. Выставка на Пречистенке, а уж тем более будущий музей призваны эту несправедливость исправить.К выставке «Ау, Базиль Пушкин!» надо идти через залы постоянной экспозиции музея, то и дело продираясь через толпы школьников, изучающих творчество Александра Сергеевича. Поворот, еще поворот, лестничный пролет, еще один… И вот уже – чу! – поет сверчок, а рядом с вами по стеночке да по ступенькам шагают черные таинственные силуэты, не давая заблудиться. И приводят в первый из залов.«И ты, замысловатый Буянова певец», – обращается к дядюшке племянник. Кто таков этот Буянов? В самой знаменитой своей поэме «Опасный сосед» Василий Львович именно с ним посещает прелестниц. «Для вас, красавиц, мы берем/ Златые лиры в руки /И от прелестных взоров ждем /Иль радости, иль муки». Красавицы-прелестницы во множестве представлены на портретах и гравюрах. В основном неизвестные. Порой в неглиже.Василий Львович был настоящим франтом. Вот его шелковый с вышивкой чулок, тончайший вышитый батистовый платок с мережкой, всякие флакончики, коробочки. Петр Андреевич Вяземский писал: «Парижем от него так и веяло. Одет он был с парижской иголочки с головы до ног; прическа a la Titus, углаженная, умащенная huil antique. В простодушном самохвальстве давал он дамам обнюхивать свою голову».На стенах второго зала – портреты знаменитых людей своего времени, в том числе прототипа Пиковой дамы, княгини Натальи Петровны Голицыной, а также первооткрывателя«Слова о полку Игореве» графа Алексея Ивановича Мусина-Пушкина. Гравюры с видами не только старой Москвы, но и, например, подмосковного Марфина, имения Ивана Петровича Салтыкова, где бывал Василий Львович. (Я тоже бывала. Представьте, многое сохранилось! – Ю.Р.) Здесь же объявления о продаже лошадей и лучших французских «труфелей». А вот выдержки из писем Василия Львовича Пушкина. Например, «Денис Давыдов женится на Чирковой. Она мила, и у нее 1000 душ». Или «К нам приехали в Москву певицы Италианские, Штукар Индийский, лев Морской, актрисы Немецкие».Третий зал рассказывает о Василии Львовиче как о знатоке московских достопримечательностей, путешественнике, театрале, библиофиле, члене Общества любителей российской словесности при Московском Императорском университете, наконец, старосте литературного общества «Арзамас». Его арзамасское прозвище было «Вот я вас всех!» (его племянник, напомню, прозывался Сверчком, Жуковский – Светланой, Уваров – Старушкой).К заседаниям общества обычно жарились гуси, об этом имеется соответствующая запись, в конце которой стоит NB: «От всех сих гусей отрезываются куски и остаются при бумагах собрания». Увы, бумаги-то на выставке были, а вот кусков не оказалось…В четвертом зале – бюст Вольтера (в первом была его гравюра). Куда ж без него! И среди прочего надпись: «Я счастья всякому желаю. А зла, Бог видит, никому». Хороший был человек этот Василий Львович Пушкин.[i]Выставка «Ау, Базиль Пушкин!» в музее А. С. Пушкина на Пречистенке работает до 23 мая.[/i]