Илья Авербух: Думаем о завершении карьеры

Илья Авербух: Думаем о завершении карьеры

Спорт

После зажигательного рок-н-ролла сомнений в их победе ни у кого не возникало. С Ильей Авербухом, впервые ставшим чемпионом Европы, побеседовал корреспондент «Вечерки».— Вы не боялись, что рок-нролл будет восприниматься судьями как показательный номер? — Были такие опасения. После консультации с судьями даже убрали две самые рискованные поддержки, но одну, наиболее эффектную, в конце программы сохранили. Хотя нам говорили: за это могут снизить баллы. Даже костюмы, в которых мы вышли на лед в Мальме впервые, пришлось показывать арбитрам.Возражений с их стороны не последовало.— Можно ли сказать, что в Мальме был лучший прокат вашей произвольной программы в нынешнем сезоне? — На этапах Гран-при мы катались как-то вяло. Вроде бы, выигрывали без проблем, но мы ведь смотрели видеозаписи и поражались: наша пара будто только что вышла из летаргического сна. Тем не менее, эти старты сыграли свою положительную роль. Мы ведь не форсировали форму из-за травмы Иры. Она даже пару килограммов сбросила, чтобы не нагружать прооперированное колено. Здесь, в Мальме, получилось если не все, то многое.— Две высшие оценки, полученные от иностранных арбитров, вдохновляют? — Не то слово! Мы ведь остались в этом году в любительском спорте только по одной причине: хотелось выиграть так, как сегодня. Чтобы встал зал, чтобы были оценки «6.0», чтобы ни у кого не возникало сомнений в нашем превосходстве.— Почему вы с Ириной выбрали для прощального бенефиса в любительском спорте именно рок-нролл? — Ире ближе вальс, в этом танце все внимание акцентируется на партнерше. В нынешнем сезоне оригинальная программа словно специально по заказу для нее выбрана. Мне же по душе рок-н-ролл, а в произвольной программе просто нужно было менять акценты. Психологически после травмы Ире было очень сложно настроиться на трюки, которыми насыщена наша программа. Ей все-таки уже не 17 лет. Но видите, как здорово все получилось! К тому же уже никаких сил не было готовить очередную трагедию на льду.— Трагедия как жанр в танцах уже себя исчерпала? — Устаешь от всего. Стиль Натальи Бестемьяновой был в конце 80-х эталоном. Но и от него устали, и тогда на сцену вышла Марина Климова. Три года она с Сергеем Пономаренко повторяла одну и ту же вариацию, пока не ушла к Татьяне Тарасовой и не сделала классную программу, с которой выиграла Олимпиаду.— Даже после победы на чемпионате Европы не появилось искушение продолжить карьеру до Олимпиады-2006? — Нет. Надо уметь уйти красиво. Конечно, сегодня рядом нет никого из тех, с кем соперничали и кого побеждали на протяжении последних лет. Чувствуешь себя патриархом, по недоразумению попавшим в чужую компанию.После нынешнего сезона заканчиваем. Уже думаем о сценарии торжественных проводов.— Что подразумевается: галаконцерт, прием у президента России, банкет...— Без банкета в фигурном катании никогда не обходится.Президента, пожалуй, тревожить не будем. Мечтаем просто о показательных выступлениях в Москве, на которых можно будет попрощаться с публикой. В идеале хотелось бы провести тур по России. Сейчас даже ведем переговоры с телеканалом «7ТВ».— Он может стать для вас и местом будущей работы? — Не скрою, очень хотел бы попробовать свои силы в качестве телекомментатора.Мы с Ириной уже подписали предварительный контракт и будем участвовать в интересном проекте этой телекомпании – представлять объекты, на которых пройдут старты Олимпиады2004.— Прощальный бенефис в Москве вы хотите провести после чемпионата мира. Но в эти же сроки проходит тур Тома Коллинза… — Не факт, что нас в него пригласят. В Америке сейчас и танцы не пользуются большой популярностью, и интерес ко всему русскому потихоньку угасает.Это Климовой с Пономаренко повезло. В эпоху перестройки они пользовались колоссальной популярностью и смогли заработать, выступая в Америке, огромные деньги. Сейчас, наверное, нужно поворачиваться лицом к своей стране. Очень хотелось бы проехаться с туром от Питера до Хабаровска.

Google newsGoogle newsGoogle news