[b]Масштабный музыкальный фестиваль к 10-летию фонда «Триумф» стартовал концертом Израильского филармонического оркестра под управлением Зубина Меты.[/b]Услышать – и увидеть – оркестр было необыкновенной удачей для полутора тысяч слушателей, которым посчастливилось попасть в Большой зал консерватории. Ибо и оркестр, и его дирижер, безусловно, входят в десятку лучших в мире. По удивительному стечению обстоятельств они родились в 1936 году. Зубин Мета – в апреле, в семье индийского скрипача и дирижера Мехли Меты, в Бомбее.Коллектив, собранный польским скрипачом Брониславом Хуберманом из числа немецких и восточно-европейских музыкантов, бежавших от нацизма в Палестину, впервые выступил под управлением легендарного Тосканини в декабре. Критики назовут его позже «оркестром солистов» (чистая правда, в чем мы все только что убедились). А среди его дирижеров будут лучшие среди лучших – Митропулос, Кусевицкий, Орманди, Бернстайн, Шолти, Маазель, Аббадо, Мазур, Ашкенази. С 1981 года Пожизненным художественным руководителем ИФО стал Мета.Программу открыла увертюра Шуберта «Розамунда». Миниатюрный опус – «картинка старой Вены». Оркестр легок и изящен, аккордовые вертикали – отшлифованы. Никаких следов натуги: естественность – основное качество ИФО.Солистом в 5-м фортепианном концерте Бетховена был блистательный Михаил Плетнев. Взаимопонимание с оркестром – на невероятном, почти телепатическом уровне, солист и коллектив одинаково «дышат», чувствуют, переживают. Их Бетховен – энергичный, стремительный, активный; пожалуй, произведение это в их версии можно было бы назвать – используя аналогию с «Героической симфонией» – «Героическим концертом».Второе отделение было посвящено Первой симфонии Малера. Произведение это – непростое по форме и «многофигурное»; у многих дирижеров оно часто выглядит чересчур мозаично. Но не у Меты, который все идеально собрал, упорядочил и выстроил.По замыслу композитора это должен был быть рассказ о взрослении молодого героя. Первая часть – идиллия, единение с природой. Малер ставит здесь в партитуре ремарку «Wie ein Naturlaut» («Как звуки природы»). В исполнении ИФО точно и четко считывался «наив», детская радость жизни.Вторая часть Первой симфонии – сплав скерцо и лендлера (комментарий Малера: «Юноша идет по свету, став сильнее, грубее, жизнеспособнее»).Третья часть – траурный марш («Мой герой почувствовал отвращение… Пир был испорчен»). Музыка марша, в качестве темы которого использован уличный напев «Братец Мартин» полна трагической иронии, отсюда заголовок «В манере Калло» — французского графика ХVII века, гравюры которого полны причудливой фантазии.Траурный марш с его повизгивающими кларнетами и балаганно звучащими тарелками (почти феллиниевский непонятый большинством современников «маскарад тембров» – за Малером закрепилась репутация «создателя банальностей») стал у Зубина Меты «точкой кипения» Первой симфонии.