«Семья дороже карьеры»

Культура

Молодому актеру Ивану Жидкову повезло с самого детства: еще в школе он снялся в рекламном ролике, потом последовало поступление в школу-студию МХАТ, дебютировал на сцене театра Олега Табакова, а первой большой работой в кино стала большая роль в фильме Петра Тодоровского «В созвездии быка». Затем в его фильмографии появились многочисленные телепроекты и «Нулевой километр» Павла Санаева. А недавно Иван снялся в картине Владимира Аленикова «Улыбка Бога, или Чисто одесская история», где исполнил главную роль, молодого американца, путешествующего к самым глубинам понимания жизни такого странного и волшебного города, как Одесса. С Иваном Жидковым мы встретились в уютном кафе с тихой свинговой музыкой и крохотными круглыми столиками.- Простите, вы не меня ждете? – с застенчивой улыбкой спросил высокий молодой человек в белой футболке с выцветшим мультяшным рисунком. - Вас, - не могла не улыбнуться я в ответ. Иван с радостью поведал о фильме, своей роли и съемочном процессе:Одесса-мама- Это, наверное, самая крупная картина за последнее время на тему Одессы и одесского юмора. Конфликт заключается в столкновении двух миров: мира одесситов и мира успешного американского человека. Для меня самой большой проблемой оказалось то, что я буду играть иностранца, потому что зачастую фильмы, где русские изображают американцев или наоборот - американцы русских, выглядят пошло. Это очень тонкая, почти невидимая, грань и нужно по ней очень осторожно идти. Вот, например, само произношение стало чудовищно сложной задачей, хотя, казалось бы, что сложного в акценте?! Однако во время утверждения на роль это был один из самых главных вопросов: как сделать так, чтобы зритель поверил, будто я - американец. Я специально ездил в Америку послушать, как они говорят. Но потом почти весь фильм старался свести акцент на ноль, чтобы зритель не думал об этом, не заострял внимание. Для меня стало настоящей победой то, что во время первого просмотра фильма мое произношение не резало слух. И это, наверное, было правильно - свести его до минимума. Дети подземелья- Находилось ли на съемках место для импровизации?- С этим поначалу было сложно, так как мы только приступили к съемкам, еще предстояло сработаться. Режиссер ставил жесткие рамки. Но уже ко второй половине фильма Владимир Михайлович стал мне доверять, и появилось больше свободы. - Где проходили съемки?- Первые несколько сцен снимались в Чикаго, а остальное - в Одессе, на одесской студии, на улицах города и в знаменитых катакомбах. Этот проект был сложен еще и потому, что я был занят в каждой сцене, переходил из кадра в кадр, ежедневно с утра и до вечера. Там, под землей, в катакомбах холодно, и я заболел, но приходилось быть все время на ногах, физически это крайне сложно.Гений и злодейство- После роли в фильме «В созвездии быка» Петра Тодоровского ты решил для себя, что будешь играть только в серьезном кино, однако потом последовали роли в сериалах, где ты воплощал образы простых парней и лирических героев, кочующих из сериала в сериал…- У Петра Ефимовича я снялся, когда мне было 17 лет. Разумеется, потом я мечтал работать в серьезных проектах. Но может быть в силу того, что не было интересных предложений из большого кино, может в силу возраста, когда огромный юношеский максимализм и огромное желание сниматься сильнее, чем здравый смысл, я попадал в какие-то сомнительные проекты.Но, я думаю, и они многому меня научили. На тот период жизни у меня еще не было семьи, о которой нужно заботиться и содержать, я жил на театральную зарплату и пробовал сниматься в сериалах. Производство многосерийных фильмов в нашей стране очень быстрый, изматывающий процесс, но это еще и колоссальная тренировка для молодого актера, когда ты все время перед камерой произносишь пачки текста – это мобилизует.Сериальное рабство- Тебе не кажется, что в телесериалах можно потерять профессию, ведь приходится играть одного и того же штампованного героя на протяжении сотен серий?- Скажу честно, наверное, это имеет место быть, но я не так много снимался в сериалах, чтобы потерять профессию. По моим ощущениям я больше приобрел, чем потерял. Разумеется, в условиях работы серия в день, ни о каком качестве не могло быть и речи. В большом кино все иначе, там другие требования. В день снимается одна, максимум две сцены. Например, сейчас я снимаюсь у Егора Кончаловского, мы подробно разбираем каждую сцену, и я понимаю - это работа в серьезном художественном проекте. И, я надеюсь, у меня получается.Я в профессии уже девять лет, и часто слышу «Ну, сейчас взлетишь!», я вот все еще взлетаю... Это воля случая, за всю мою карьеру у меня было много главных ролей, но ни один фильм так и не «выстрелил». Впредь я постараюсь избегать сериалов невысокого качества,. Но ведь надо кормить семью. Потому что семья (жена Жидкова – актриса Татьяна Арнгольц – Н.Б.) дороже карьеры.Культ личности- Какие роли тебе интересны?- Наверное, прежде всего это должен быть интересный режиссер и проект. Иногда бывает так, что читаешь сценарий, на первый взгляд в нем ничего особенного нет, предлагается играть обычного парня, но стоит тебе попасть на площадку, как приходит понимание материала и замысла режиссера, тогда роль начинает сразу вырастать, становиться интересной. Поэтому для меня важны прежде не роли, а режиссеры.- А если бы к тебе попал хороший сценарий, но режиссер был бы неизвестный, дебютант, ты бы согласился сниматься?- Это всегда риск. Но работа с неизвестным режиссером и каким-то интересным материалом может иногда быть бешено интересной! Дебютанты вызывают некий азарт и любопытство, - а вдруг что-то получится?! В этом есть какая-то магия. Зачастую случается так, что у фильма имеются все составляющие успеха: крутой режиссер, много денег, звездный состав актеров. А кино не получается. Бывает с точностью до наоборот. Год назад я снялся в фильме под названием «Правила угона» у режиссера-дебютанта Евгения Невского. С этим проектом было много сложностей, все постоянно менялось. Женя старался снимать долго, вдумчиво, многие были с ним не согласны, поэтому на площадке царила небольшая неразбериха. Но режиссер знал, что он делает, и не позволял себе халтурить. Я там играю жуткого злодея, отморозка, супер-убийцу. Мне казалось, это не моя роль, и, честно признаться, я никак не мог понять, что же я там играю. Это странное напряженное состояние. И только потом, когда я включил первую серию и, не отрываясь, посмотрел все восемь, то осознал, насколько далеки были мои ощущения во время съемок от того, что получилось в реальности. Насколько все здорово и интересно, насколько мы там живые! Экран или сцена?- Почему-то принято считать, что актер должен выбирать между театром и кино. Перед тобой становился такой выбор?- Не то чтобы я выбирал между театром и кино, скорее передо мной стоял выбор, продолжать ли мне заниматься репертуарным театром, потому что, честно говоря, кино он мешал не сильно, у меня был достаточно лояльный график, но в какой-то момент времени стало не хватать. Найдутся советчики, которые скажут, что я идиот, надо остаться в театре, но будут и те, кто ответят: сейчас другое время. А выбор все равно оставался за мной, я ушел из театра Олега Табакова, и не жалею. Сейчас играю в антрепризе, в тех спектаклях, от которых получаю удовольствие, здесь уже совсем иные условия с точки зрения свободы. Ведь не спроста говорят, что театру нужно служить. Знаешь песню Синатры «My Way»? (я киваю в ответ). Так вот, у каждого свой путь, своя история. И у меня мой путь, по которому надо не бояться идти.Юлия НАКОШНАЯ

Google newsYandex newsYandex dzen