ЭТУ ИСТОРИЮ, пожалуй, лучше всего начать с морали. Люди, пожалуйста, не будьте инертными! Помогайте друг другу! Будьте вместе. Конечно, в современных многоквартирных домах с двойными дверями и домофонами это не так просто. Но – вполне возможно.Место действия: дом 2, корп. 1, по улице Затонной. На седьмом этаже этого дома находится квартира № 215. Она уже много лет сдается, как выглядят хозяева – мало кто помнит. Два года назад здесь появились новые жильцы. И началось!..– Сначала начинают двигать, – описывает процесс Нина Алексеевна Шабатина из квартиры № 211, расположенной прямо под 215-й квартирой. – Будто стол по голому полу. Затем громкие удары: бабах-бабах-бабах – и длинный перерыв. Потом снова. И так в течение всего дня. Еще бывают такие звуки, словно подстукивают, причем одновременно простым молотком и тяжелой кувалдой. Металл стучит о металл. А вот ночью звук другой, словно палкой о палку. И постоянно льется вода в ванне – часами! Ночью я бросаюсь на стену и кричу: «Прекратите работать!»Иногда – не каждый рабочий цикл – был еще один звук. Нина Шабатина считала, что это дрель. Пока однажды, при очередной жалобе в УФМС, собеседник не попросил придвинуть телефон поближе к источнику звука.– Да нет, это не дрель, – сказал опытный мужчина. – Хуже: это перфоратор.И еще напасть – запах! Какой-то едкий дух иногда проникает в покои Нины Алексеевны.Конечно, по звукам и запахам сложно догадаться, что происходит у соседей сверху. Но уж явно не ремонт! Говорят, что там находится производство прокладок для автомобилей и стоит штамповочный аппарат. Говорят, что работают восемь человек.Но это все непроверенные слухи, а мы продолжим рассказывать о том, что слышали, видели и читали своими глазами.Жаловаться и звонить участковому Нина Шабатина начала еще тогда, два года назад. Тогда же обнаружила в почтовом ящике записку следующего содержания: «Нина Алексевна, у меня к вам обоюдовыгодное предложение связь через почтовый ящик Евгений из 215 кв.» Копия записки находится в редакции «Вечерки», пунктуация авторская. Письмо осталось без ответа.За два года у Нины Шабатиной скопилась целая папка документов. И все с одной и той же резолюцией: жалобы не подтвердились; в квартире № 215 никакого производства нет; на полу лежат ковры; люди живут по договору коммерческого найма.Так что же, померещилось Нине Алексеевне, пригрезилось, примнилось? Если судить по более чем официальным документам, подписанным участковым, именно что так.Если верить им, то картина ясная: у немолодой дамы слуховые галлюцинации или просто вредность, она зачем-то жалуется, заставляет участкового – почем зря – приезжать к добропорядочным людям.– Какое «померещилось»?! Я иногда ночью просыпаюсь от шума! – говорит соседка Людмила Сорокина из 207-й квартиры (пятый этаж). – Даже в праздники, 1 Мая, они работали. Мы все устали от этого шума. А уж как Нина, бедная, измаялась, нервная стала.В отчаянии Нина Шабатина дошла до прокурора и получила совет: прекратить бороться в одиночку и собрать подписи. Вот тут-то и выяснилось, что шум производства «мерещится» не только ей.– Мы побывали даже на одиннадцатом этаже, – рассказала Людмила Сорокина. – Вышла женщина и сказала: подпишу, мне спать мешают.Обошли весь подъезд, собрали около семнадцати подписей. Да и в соседнем подъезде тоже подписали.Оказывается, шум на седьмом этаже мешает жить даже людям, проживающим на втором.– Подпишу обязательно, – сказал молодой человек. – Моей маме – она полгода назад умерла – они так мешали!– Я вообще-то живу в соседнем подъезде и на третьем этаже, – сказал Иван Артамонов. – Но подтверждаю: нередко бывают странные стуки, как будто что-то чеканят. Причем ночью. И началось действительно два года назад, у меня тогда был маленький ребенок. Я беспокоился, что шум разбудит дочку, ходил в соседний подъезд и спрашивал, где шумят и кто. Никто не признался. Сейчас дочка подросла... Но я-то далеко, а каково тем, кто живет рядом!– Нам очень плохо, – говорит Инна Пальмира-Аволос из 218-й квартиры (восьмой этаж, сбоку). – У меня ребенок – инвалид, нередко просит: «Мама, пойди к ним, скажи, чтобы не шумели». Тем более что шумят нередко вечером, часов в 9–11, когда по закону уже надо соблюдать тишину. А я даже не знаю, кто в этой квартире живет.Спросите, почему все эти люди два года молчали? Почему писала и жаловалась одна Нина Алексеевна?– Думали, у них ремонт, – разводят руками жильцы. – Пошумят и перестанут. Но два года для ремонта многовато. Три, ну пять месяцев еще можно потерпеть.Сейчас подписи с жильцов двух подъездов собраны, готовится обращение к прокурору. «Вечерка» будет держать этот вопрос на контроле.[b]ОТ РЕДАКЦИИ[/b]Мы обращаемся с вопросом к [b]начальнику ГУВД города Москвы Владимиру Колокольцеву[/b].Уважаемый Владимир Алексеевич! Просим Вас разобраться, почему жильцы двух подъездов дома 2, корп. 1, по улице Затонной жалуются на шум в вечернее и ночное время, а участковый утверждает, что никаких причин для подобных жалоб нет? Помогите прояснить ситуацию: что же находится в квартире № 215?