Кровавые крылья бабочки

[b]“Меняется все”, – гласит рекламный слоган к фильму “Эффект бабочки”. Собственно, это и есть самый краткий пересказ запутанного сюжета, начинающегося в тот момент, когда маленький Эван не в меру искренне выполнил задание учительницы: нарисовать, кем же он хочет стать в будущем. И вот, пока другие дети рисовали себя космонавтами или вожатыми летних кемпингов, Эван старательно изобразил крутого мужика с окровавленным ножом, в ногах у которого валяется труп.[/b]С этого все и началось. Мальчика затаскали по психиатрам, заставили вести дневник и довели до того, что выросший Эван поступил учиться на психологический факультет. И тут, анализируя собственный детский дневник в парапсихологических категориях, он обнаруживает в себе и своих друзьях неприятнейшие наклонности. И к убийствам, и к садизму – его лучший друг в детстве заживо сжег любимую собачку, а дерется исключительно с помощью железной палицы и совсем не до первой крови. А сам он не то убил подружку детства и напрочь об этом позабыл (бывает же и такое!), не то пустил под откос всю ее молодую жизнь…События фильма развиваются, кажется, только в сослагательном наклонении, пока не понимаешь, что это в своем роде фантастическая мистика: Эван, оказывается, может при помощи своего дневника возвращаться в прошлое. И пытается его исправить.Тема действительно вполне философская. Что авторы и внушают зрителю изо всех сил и с самого первого кадра – эпиграфа, взятого из восточной мудрости: если на одном конце света бабочка взмахнула крылом, то нечему удивляться, что на другом краю внезапно случилось землетрясение… Изящество цитаты, однако, – единственное, что в таком искусстве есть изящного. Философия тонкого Востока для авторов такой же декор, как и чудеса современной психологии. Потому что и “круто завернутый” сюжет, и стремительный монтаж, и съемки “с руки”, и неплохая работа с актерами преследуют одну, но заменившую все остальное цель: удивить. Любой ценой! Понять легко – фильм ставили совсем молодые люди.Джонатан Макки Грубер и Эрик Бресс – дебютанты в большом кино. Шесть лет искали они денег на постановку любимого сценария, питаясь одной лапшой. “Все, что мы пишем, – заявляет Бресс, – должно быть не только чем-то свежим и оригинальным, но и принципиально новым”. “Когда мы пишем, – добавляет Грубер, – мы постоянно спрашиваем себя, видели ли мы уже это в кино? И если видели, начинаем писать всю сцену заново, с чистого листа”. Вот такие амбиции у талантливых ребят, заинтересовавшихся садистическими мотивами в поведении детей. Так вот – видели мы все это. И не просто видели, а в самой что ни на есть американской киноклассике. Первый, кто приходит на ум, сам “король саспенса” Альфред Хичкок, ибо способы создания напряжения на экране очень напоминают его модернизированные методы. Второе – это длинная череда мягких “ужастиков”, отцом которых был знаменитый “Изгоняющий дьявола”, он же “Экзорцист” – фильм о том, как мировое зло вселилось в милашку школьного возраста, в свое время произведший фурор в США. И похоже, что именно фурор послужил примером для создателей “Эффекта бабочки” скорее, чем сам отнюдь не лишенный кинодостоинств фильм. Потому что сценарий-то непоследователен, сыроват, а основное достоинство фильма – как раз та самая молодежная лихость, с которой неопытные, но полные энтузиазма юные режиссеры берутся за самые трудные задачи, желая “удивить”. То, что получается из этого обычная вторичная мешанина, авторов, как правило, не обескураживает. Лишь бы смотрели! Ну и правильно. Боги, в конце концов, горшки только обжигают, а вот черпают из них потом самые обыкновенные ремесленники.Раз уж заговорили о философии, то философией и закончим. Ибо есть, есть у нас, россиян, редкий повод порадоваться. Фильм напоминает нам, что при всех наших бедах проблемы российских детей – всего-то нищета, беспризорность и несогласованность школьных учебников истории с Министерством образования. А вот американские школьники давно уже пуляют из настоящих пистолетов по настоящим учителям только за то, что те поставили им двойку по поведению.Но если поразмыслить еще более философски – глобализация и вправду стремительно стирает границы и сокращает расстояния, и кто ж ее знает, эту Америку, каких она там у себя разводит бабочек.