Сильным людям тоже бывает страшно

Ислам Магомедов, тихий и скромный сын очень сильной женщины Сакинат, вышел в ремиссию после рака. Но из-за трудного лечения он лишился способности ходить. Ходить можно снова научиться, но для этого нужно жить в Москве и каждый день ходить в больницу на восстанавливающие процедуры. Правда жить сыну с матерью в Москве негде. Мы можем попытаться снять для них жилье, но для этого нужны деньги. 25 тысяч рублей в месяц. И 150 тысяч рублей за полгода. Мама вместе с Исламом как тени отделения Рентгенорадиологии. Ислам не любит рисовать со всеми, не любит шумных компаний. А еще Ислам не может сам ходить, поэтому мама всегда рядом – держится за ручки коляски и толкает, толкает. Или тихонько кормит сына в углу столовой, когда все отделение собирается там на занятия по рисованию. Мама кормит Ислама, а потом так же тихо и незаметно увозит его. Сакинат очень худая, острая женщина. Начинающие седеть волосы заколками-невидимками заправлены в хвостик. Сакинат говорит негромко, очень вежливо, но совсем без эмоций. Говорит, что у нее четверо детей. Что все они жили в Дагестане, но там было так трудно существовать, что она взяла детей, мужа и переехала в Россию, в далекое село Волгоградской области. Там можно было купить хотя бы какое-то жилье, развести хозяйство. Ее муж, как она говорит, слабый человек и не может прокормить их большую семью. Шесть лет Сакинат Магомедова жила в Волгоградском селе и тянула своими силами мужа и четырех детей. А потом она все продала и уехала, оставив троих детей с мужем дома. Потому что четвертый, четвертый сын Ислам начал умирать от лимфогранулематоза. Сакинат продала все – корову, хозяйство. И начались их мытарства по больницам Москвы. Это было год и три месяца назад. Ислам лежал не вставая, кормили его через трубочку, внутривенно. С тех пор прошло 10 блоков химиотерапии и курс облучения. Нельзя сказать, что Ислам стал веселым. Но выглядит уже как вполне здоровый человек, разве что передвигается на коляске. У него выпали и отросли волосы, пропали и вновь появились силы жить. Все это время рядом – худая, острая и очень сильная мама Сакинат. Мама любит вспоминать дом (двухкомнатный сарай без газа, воды и с туалетом на улице). И Ислам тоже. Когда говорят о животных, хозяйстве – в глазах робко появляется радость. И очень быстро исчезает. «Да, да, но когда Ислам заболел, мы все продали». Сейчас Ислам уже не обнаружено лимфогранулематоза. Зато есть осложнение, с которым еще долго предстоит справляться – атрофия нервов. Взрослый шестнадцатилетний мальчик не может сам ходить, он не чувствует ног, не может контролировать мочеиспускание. Хотя мышцы у него есть, и если их разработать, он снова станет полноценным парнем, который сможет ходить сам и уж точно без подгузников. Для этого нужна реабилитация. Исламу она нужна не меньше, чем все остальное лечение, ведь без нее он так и останется инвалидом. Пока делают массажи, пока возвращают к полноценной жизни все это время им с мамой нужно быть в Москве, чтобы опытные врачи могли посещать их каждый день. Или самим ездить в больницу, будет зависеть от состояния. Но оставаться в больнице нельзя, потому что в отделении онкогематологии, где числится Ислам, лечатся от рака, а не проходят реабилитацию. Нужно освобождать койку для новых пациентов и куда-то деваться. Куда? -Я всю жизнь со всем сама справлялась., - говорит Сакинат. - Сейчас мне нужно таскать на себе сына, нужно найти деньги на квартиру. А я ведь все продала, даже корову. Мне сейчас впервые немножко страшно, что сама я не смогу.