«Всадник» Пикассо доскакал до Москвы

[b]От импрессионистов и символистов до классического авангарда Франции – это новая выставка, которую в ГМИИ им. Пушкина представил Белградский национальный музей.[/b]Белградская экспозиция (ее только что показали в Вене; после Москвы картины отправятся домой) никоим образом не может быть названа провинциальной. Она интересна уже тем, что собиралась, в отличие от более ранней московской коллекции Щукина и Морозова, в основном в 20-е годы.Главный сербский меценат князь Павле Карагеоргиевич (он, кстати, изучал историю искусств в Оксфорде) покупал произведения уже признанных мэтров импрессионизма.Один из крупных сербских собирателей Эрих Шломович жил в Париже, был дружен со знаменитым коллекционером Амбруазом Волларом; в 43-м году Шломовича казнили нацисты, а принадлежавшие ему работы его мать завещала Белграду. Вообще в случае с Белградским национальным музеем можно без преувеличения сказать, что создание его коллекции было делом национальной важности: в 20-е годы художественная коллекция стала предметом патриотической гордости.Во французском собрании музея – как звезды (от Ренуара, Моне и Писсарро до Василия Кандинского, Ван Гога и Пабло Пикассо), так и художники «второго ряда» (в том числе несколько иностранцев). Например, Серж Шаршун, который прожил очень долгую жизнь, увлекался едва ли не самым эпатажным художественным направлением в истории искусств (дадаизмом), а в 20-е годы занялся вполне чопорным «орнаментальным кубизмом». Или Сюзанна Валадон, мать Мориса Утрилло, со своей уютной графикой, навеянной работами Дега (эта красивая, импульсивная и талантливая дама побывала натурщицей и у него, и у других героев выставки – Пюви де Шаванна, Тулуз-Лотрека, Ренуара).Кстати, графика – едва ли не самая яркая часть белградской экспозиции. И если даже кто-то придет на выставку привлеченный исключительно именем Пикассо и увидит только два его небольших листа, разочарован не будет, потому что «два листа» – это роскошный «Всадник» (напоминающий и о «Польском всаднике» Рембрандта, и о «Рыцаре» самого Пикассо), и не менее роскошные «женщины» неоклассического периода. Вообще «неоклассика» в белградской экспозиции явно доминирует: «Обнаженная» Андре Лота и даже «Обнаженная» радикала и мастера «скульпто-живописи» Александра Архипенко – лишнее тому доказательство.