Московские улицы всегда были опасны для детей

В 1882 году, когда «Золотой ключик» еще не был написан, на улицах Москвы появился персонаж, ухватками весьма похожий на лису Алису.Однажды, как писали московские газеты, осенним холодным утром некая женщина, встретив возле Солодовниковского пассажа 7-летнего Ивана Алексеева, ласково заговорила с ним, пообещала купить игрушек, да столько, что в руках не унести! А для этого предложила ему снять пальтишко, чтобы в него узлом завязать подарки.Оставив доверчивого мальчика ждать ее возле дверей пассажа, она зашла в торговую галерею, да и была такова! И цена-то детскому пальтишку была от силы 5 рублей, а вот не побрезговала! Когда родители привели плачущего Ваню в полицейский участок, там им сказали, что это уже не первый такой случай… А 23 ноября того же года на Спасской улице «Алиса» заговорила с ученицей первого класса городского училища, 8-летней Машей Курковой. Действовала она по прежней схеме: пообещав гостинцев и игрушек, повела с собой в трущобы на Грачевку (нынешняя Трубная), и там, заведя во двор дома Гирша, раздела, сняв с Маши байковый платок и отняв узелок с книгами. После чего «Алиса» скрылась проходными дворами.После того как московские газеты сделали случившееся достоянием общественности, полиция признала, что эпизод с Курковой – едва ли не двадцатый случай уличного грабежа детей, совершаемых одной и той же женщиной. Ее жертвами становились дети горожан «средней руки». По описаниям, составленным со слов детей, это была особа средних лет, одетая скромно, но прилично… Поймать ее полиция оказалась не в силах.Между тем уже 24 ноября «Алиса» повстречала на Мясницкой улице двух Елизавет – унтер-офицерскую дочку, 7-летнюю Лизу Чиклеву, и ее подружку Лизу Гражнову, дочь цехового мастерового. Преступница позвала девочек «смотреть богатые похороны купца Соколова». Те согласились, а она привела их в Сергиевский переулок, в подворотню дома Каледолкина. Там опять начала говорить об игрушках, которые «и в руках не унести». Дальнейшее известно – девочки сняли суконные пальтишки с меховыми воротничками, чтобы доброй тете было во что завернуть подарки, а она и была такова! Следующими жертвами «Алисы» стали два мальчика: 3 декабря Иван Баскаков и Василий Фадеев возвращались из училища домой, и на Николо-Ямской улице с ними заговорила высокая брюнетка в короткой шубейке с черным воротником. Дальше все было как по писаному: грабительница пообещала мальчишкам игрушки, повела их на Земляной вал, во двор церкви Николы Ковыльского. Там она их попросила подождать, зашла в храм, а вернувшись, сказала, что игрушки еще не готовы. Но их так много, что и в платке не унести! Иван Баскаков послушно снял пальто и отдал «доброй тете»… После этого случая полиция взялась за поиски преступницы основательно. В декабре в газетах промелькнуло сообщение, что ее взяли, но на следующий день выяснилось, что арестовали некую Евдокию Митину, которая сняла шубу с пьяной женщины возле кабака в Мало-Спасском переулке.И все же из этого ареста вышел толк – на допросе Митина посетовала на то, что совершила ограбление, «не помня себя», поскольку, как и жертва, была «крепко выпивши», однако от грабежей детишек отказалась, сказав, что это не она, а некая Акулина Семенова. Но где ее искать, не знала: Акулина не имела постоянного пристанища, скитаясь по ночлежкам и воровским малинам.Арестовать ее помогла бдительность обычного москвича: Алексей Фадеев 21 января 1883 года, проходя по Каланчевской улице, повстречал двух своих племянниц, которые шли с незнакомой женщиной в направлении Красных ворот.Погнавшись за ними, Фадеев набросился на неизвестную и скрутил ее. На шум подоспела полиция, всех доставили в участок, где девочки рассказали, что «тетя пообещала им гостинцев». Дальше было уже проще: «тетю» предъявили для опознания сначала Митиной, которая заявила, что задержанная и есть Акулина Семенова. А потом «Алису» опознали и ограбленные ею детишки. Одним словом, сколько веревочке ни виться…