Вторник 11 декабря, 12:12
Небольшой Снегопад + 1°
Город

Будни Преображенского полка

Служба этих солдат и офицеров проходит перед глазами Верховного главнокомандующего, министра обороны и высшего генералитета, глав иностранных государств
Фото: Алексей Орлов, "Вечерняя Москва"
Служба этих солдат и офицеров проходит перед глазами Верховного главнокомандующего, министра обороны и высшего генералитета, глав иностранных государств
Фото: Алексей Орлов, "Вечерняя Москва"
Корреспондент «ВМ» провел день с военнослужащими батальона почетного караула из состава 154-го Отдельного комендантского Преображенского полка, изучая тонкости и секреты искусства строевой подготовки.

Батальон — уникальное подразделение, единственное на все Вооруженные силы. Служба этих солдат и офицеров проходит перед глазами Верховного главнокомандующего, министра обороны и высшего генералитета, глав иностранных государств.

От Черчилля до Обамы

В темные ноябрьские шесть утра стены «красных казарм» в Лефортово оглашаются классическим старшинским «Рота, подъем!», солдаты-срочники 2-й роты батальона почетного караула вскакивают с коек. Задача утра номер один: быстро надеть спортивную форму. Длинный коридор с высокими потолками, чугун лестниц, дверь и плац — зарядка! Пока идет зарядка - проветривается казарма.

По возвращении — умывание за 20 минут (за это время надо успеть и ноги ополоснуть), затем смена спортивной формы на повседневный камуфляж и завтрак. Не слишком плотный, «солдат должен быть сытым, но не переевшим». Ребятам-срочникам зачастую сложно перестроить свои вкусы и желудки под питание, сильно отличающееся от того, к которому привыкли на гражданке. Все бойцы получают питание по норме, вдобавок есть салат-бар, где молодые организмы могут добрать себе свежих овощей (и даже пару порций). Ну, а для изнывающих по вкусненькому срочников есть вендинговые автоматы в ротном холле. Можно прикупить печенья, чипсов или шоколадку.

Кстати, у почетного караула - своя норма довольствия: им дают больше мяса, чем в других подразделениях.

 

Вся эта организованная утренняя спешка напомнила казармы военных училищ, причем лучших, например столичного Сухопутных войск имени Верховного Совета, МОСВОКУ. И неудивительно: комплекс зданий в Лефортово, занимаемый 154-м полком, в народе — «Красные казармы», строился в XVIII–XIX веках для учебного полка карабинеров. Здесь квартировало Московское военное ведомство, а затем — столичная Военная прогимназия, ставшая позже 3-м Кадетским корпусом. Подростки-кадеты сражались против большевиков в октябре 1917 года. Позже в корпусах казарм размещались пулеметная школа элитной Московской пролетарской стрелковой дивизии, из рядов которой вышли многие военачальники Второй мировой войны, и Высшие курсы командного состава РККА «Выстрел». Комендантский полк Московского военного округа въехал в эти здания в 1956 году.

Первая рота почетного караула (РПК) была создана в Москве в 1944-м. И первым гостем, кого она встречала, был британский премьер Уинстон Черчилль. С тех пор облаченные в парадную форму бойцы РПК привыкли, что союзники, которым оказывались высшие воинские почести, бывало, становились и противниками.

Так и живут солдаты в курсантских условиях: высокие потолки, широкие проходы между койками (без второго этажа. — «ВМ»). Места хватает для всего — от стиральных машин до спортивных снарядов.

Служащие сегодня в Преображенском полку солдаты почетного караула уже добавили в его историю новую яркую страницу Фото: Алексей Орлов, "Вечерняя Москва"

День под барабанную дробь

Плац — квадрат асфальта, «патио» Лефортовских казарм — идеально выметен. Солдаты быстро перекидали широченными лопатами собранный машиной за ночь куб снега в кузов «КамАЗа» и вернулись в строй. Асфальт плаца расчерчен своей, строевой разметкой — это облегчает движение ротных колонн.

Настало время ежедневной тренировки роты. «Бум-м-м-м!!!» — бьет большой (т.н. полковой. — «ВМ») барабан в руках музыканта. Громкое эхо ожидаемо отскакивает от стен казарм и возвращает звук в уши. Тренировку солдат сопровождают два барабанщика, чьи инструменты различаются размерами и звуком. В полку есть свой оркестр, куда подбирают неплохих музыкантов, как срочников, так и контрактников, но сегодня он на выезде и роте дали лишь двух барабанщиков. Впрочем, их вполне достаточно, чтобы понять, почему в сражениях до начала XX века не могли обойтись без этих инструментов. Гул большого перекроет залпы пушек с легкостью, а малый задает темп движения или передает приказы.

У каждого солдата в руках — карабин Симонова (СКС) со складывающимся штыком. Это нарезное оружие калибра 7,62 мм уже устарело, но настолько сбалансировано, что его даже продают охотникам. Да для парадных расчетов, носящих форму образца 1945 года, подходит в самый раз. У бойцов Преображенского полка карабины служебные. Причем у каждого — по три штуки! Секрет прост: первый — тренировочный, второй — боевой, ну а третий — парадный. И различий между ними немало. Боевым пользуются только на похоронах военачальников и стрельбах. Парадный «симонов» — для встреч и проводов делегаций. Он «одет» в ложе светлой светлой березы, снабжен белейшим кожаным ремнем, каждая металлическая деталь надраена до нестерпимого для глаз сияния. Это его, как несложно догадаться, держат на Параде Победы руки солдат РПК в белых же тонких перчатках. В остальное время его касаются только для чистки и проверки.

Тренировочный СКС — это подлинная рабочая лошадка Фото: Алексей Орлов, "Вечерняя Москва"

А вот тренировочный СКС — это подлинная рабочая лошадка: темное дерево ложа и засаленный брезентовый ремень. Правда, штык-кинжал все равно чистый. Но на казенной части ствола десятки коротких и неглубоких царапин. Это следы тысяч попыток как можно четче выполнить положенный по уставу удар поднятой на уровень плеча рукой с зажатой в ладони стальной гирькой-утяжелителем. Гирька, кстати, — одна из хитростей почетного караула.

— Каждая гирька весом чуть больше килограмма, — поясняет ротный, капитан Константин Рыбаков. — Это нужно для фиксации руки в высоком положении. Ребята привыкают ходить с утяжелителями на тренировках, потом проще будет носить карабин «на плечо», выполнять с ним движения артикула. У знаменосцев — труба вместо древка знамени на учениях. Поверьте, на Параде с легоньким древком никто из них не ошибается в положенных движениях, когда держит знамя Победы или Государственный флаг.

Я вижу и узнаю и другие маленькие хитрости большого искусства — подлинной строевой подготовки. Батальон почетного караула на Параде Победы узнал бы каждый, даже если одеть солдат в обычную форму без опознавательных знаков. Их маршу невозможно научиться самому, скачав уроки в смартфон. Попавших в батальон срочников поначалу обучают начальной строевой поодиночке. Когда призывники подравниваются и начинают понимать, что надо делать, их сводят в учебно-тренировочные взводы. У осеннего призыва есть шанс попасть на торжественное прохождение по Красной площади 9 мая 2019 года. Это подстегивает: солдата увидят все — от президента с трибуны до отца и любимой девушки по телевизору.

Ветра в запертом стенами казарм квадрате плаца нет, но холод все равно ощущается. Солдату не дают мерзнуть — после 5–6 часов тренировки душ становится необходимостью. Сегодня тренируют самую частую ситуацию: «встреча гостя — возложение венков — проводы». В роли «гостя» корреспондент «Вечерки»: солдаты, проходя строем, провожают меня плавным доворотом шей. А еще уставно «едят» взглядом.

Марш не отменяет работу над осанкой: пара десятков бойцов в конце строя несут на спине, туго прижав локтями, крестовины для выправления осанки. Бойцы маршируют колонной по четыре, в стволы карабинов каждого ряда вставлена проволочная «гребенка». Так в РПК добиваются идеально ровного несения солдатами карабинов. Стволы должны быть на одной высоте и параллельны друг другу. По команде «Положить оружие!» они синхронно, отставив одну ногу, укладывают карабины на асфальт. Кстати, как объясняет ротный, для красивых ритмичных щелчков железа при выполнении караулом приемов с СКС ослабляются винты креплений штыка и открывается несъемный магазин, естественно, пустой.

Марш не отменяет работу над осанкой Фото: Алексей Орлов, "Вечерняя Москва"

— Наша особенность шага — движение с разгоном, — просвещает меня ротный Рыбаков. — Пять первых шагов делаем «в пояс» (речь о высоте подъёма ноги. — «ВМ»), затем еще пять «в колено» и выход на торжественный марш. Соответственно, получается сначала 90, затем 100, затем 110 шагов в минуту. Заодно солдат учится слушать музыку, ритм направляет его, подсказывает. Обычные части маршируют со скоростью 116 шагов.

После перерыва на 15 минут проводятся получасовые упражнения на растяжку. Без особых изысков: солдаты встают по двое лицами друг к другу, и каждый «вручает» соседу свою ногу. Знаменные «тройки» и наиболее продвинутые кладут ноги на плечи или на трубу-«древко», также поднятую на уровень плеч. От ребят, кажется, валит пар, лица все румяные. «Опорную ногу не гнуть, выпрямить колени!» — внимательные сержанты-контрактники ходят между парами.

Две стороны медали «уникальной части»

154-й Отдельный комендантский Преображенский полк — уникальная часть. Другой такой в Вооруженных силах РФ нет. Никакой дедовщины здесь попросту нет, только устав. Иначе и быть не может, когда бойцы круглосуточно под взглядом своих офицеров. С учетом того, что служат сейчас всего год, а почетный караул нужен всем — старшим начальникам армии и флота, дипломатам, президенту, — на какие-то неуставные отношения у бойцов элементарно нет ни сил, ни времени.

В теории в каждом военном округе есть одна рота РПК. Но у нее основные обязанности — комендантская служба, а несение почетного караула считается вторым по важности. Уровень подготовки… соответствующий. Есть РПК в Президентском полку, но он относится к ФСО — другое ведомство. Они, правда, охраняют Кремль изнутри, и также имеют шикарный кавалерийский эскадрон.

А цена ошибки солдата (и офицера) почетного караула — выше, чем у сапера. Тот, по крайней мере, в случае своей сакраментальной ошибки не успевает что-то еще увидеть, услышать, узнать. А вот ошибившегося бойца и его командиров из РПК генералы будут наказывать долго, изощренно, тщательно и показательно. Потому солдат, по вине которого (в присутствии двух десятков ТВ-каналов) на президента Украины Януковича упал траурный венок, уж точно навсегда запомнил свою службу в РПК. Многие помнят и эпизод с инаугурации Порошенко, когда под ноги только-только вступившему в должность украинскому лидеру упал солдатик почетного караула. «У нас уровень выучки повыше будет», — смеются офицеры Преображенского полка.

Обученных строевому искусству срочников стараются сманить на контрактную службу Фото: Алексей Орлов, "Вечерняя Москва"

Обученных строевому искусству (иначе уровень четкости и слаженности действий в РПК и не назвать. — «ВМ») срочников стараются сманить на контрактную службу. Но это удается редко, признаются с досадой офицеры: платят начинающим контрактникам немного, а уровень жизни в Москве высок, даже при условии проживания в Лефортово, в общежитии. 

Есть и другое досадное препятствие: за хорошо показавшими себя срочниками РПК охотятся «покупатели»-кадровики других государственных ведомств. Служба в 154-м полку — отличная рекомендация там, откуда призывался солдат. По словам сержантов, которые подтвердили и офицеры, в полиции, Росгвардии, управлениях в регионах всегда найдут вакансию для «выпускника» Лефортовских казарм. Предлагают места и в охране губернаторов. И уже в зависимости от того, кем был солдат, строевиком РПК, или, допустим, асом комендантской службы, продолжится его карьера на госслужбе. Он уже считается частично проверенным: раз маршировал перед президентом страны или министром обороны, значит, все в порядке. 

Рядовой… аудитор консалтинговой группы

В батальоне почетного караула очень и очень многие солдаты хотят другого — выпускника МГУ, Бауманки или ВШЭ в сержанты заманить непросто. А солдат с высшим образованием в ротах уникального полка — до 80 процентов, в зависимости от призыва. И когда разговариваешь с таким срочником, возникает когнитивный диссонанс. Ловлю себя на внутреннем изумлении.

— Я в полку уже пять месяцев, — говорит рядовой Дмитрий Григорьев, кстати, москвич. — Поначалу привыкал к нагрузкам: я хоть и занимался боксом, но по 5–6 часов строевой подготовки ежедневно… Пришлось привыкать. Сейчас наступил период, когда на наш призыв, на нашу 2-ю РПК, легла ответственность за мероприятия. Служба стала более разнообразной.

Как признался Дмитрий, он просился в 154-й Преображенский еще в военкомате — так понравилось прохождение рот полка в парадной форме 9 мая. И захотелось здесь служить — «красиво, интересно, почетно».

— Самое сложное здесь — физическая нагрузка: зарядка утром, маршировки на плацу, — говорит Дмитрий. — А я ведь боксом два года занимался, до того еще американским футболом. А здесь пришлось, например, бегать много. Здесь важно стараться, осваивать строевые приемы. И служба сразу становится разнообразнее, интереснее.

Самое сложное здесь — физическая нагрузка Фото: Алексей Орлов, "Вечерняя Москва"

Григорьев — житель ЦАО, от Лефортово можно в воскресенье в увольнение пешком дойти. Дмитрий окончил Российский экономический университет им. Плеханова по специальности «международный бизнес». Соответственно, в его жизненных планах — работать в области финансового консалтинга. Рядовой признался, что хотел бы работать в одной из компаний аудиторской «большой четвёрки»: PWC, Ernst & Young, KRMG или Deloitte & Touche.

— Армейские навыки для жизни полезны, — не соглашается со мной рядовой Григорьев. — Они готовят к трудностям, приучают к дисциплине, дают армейский подход «Есть задача — она должна быть выполнена». Если в жизни и дальше двигаться с таким подходом, то это точно поспособствует собственному развитию.  

Noblesse oblige

Исключительность батальона почетного караула подчеркивается и критериями отбора в эту часть. Заявки лежат у каждого военкома, он знает, что делать. Прежде всего рост — от 175 до 190 см. Телосложением призывник не должен напоминать гориллу, но и по весу быть не дистрофиком. Татуировки запрещены. Предпочтение отдается образованным ребятам из полных семей, естественно, с острым зрением и слухом. Если служить идут близнецы, вдобавок, типичной европейской внешности, вероятность их попадания в Преображенский полк близка к ста процентам. Судимые, обладатели иностранных паспортов и видов на жительство, а также состоящие на учете в диспансерах, включая КВД, в эту часть не попадут.

— Любой глава государства, прилетая к нам, видит, сходя по трапу, наших военнослужащих, — говорит комбат, подполковник Александр Куров. — Конечно, мы отбираем самых лучших ребят в военкоматах. У нас права на ошибку нет. Наш девиз — «Положение обязывает». Не может так быть, чтобы мы что-то забыли, сорвали протокол. Мы всегда в готовности вылететь, выехать в любой регион для встречи или с нашим президентом в другую страну.

Но есть, есть горькие особенности службы в «уникальной» части. Со стороны нельзя взять ни контрактника, ни офицера. Они должны быть уже готовыми строевиками, вдобавок, соответствовать уровню. Нелегко и своим: лейтенант пришел, служит, обучается вместе с солдатами… Но наступает момент, когда любой командир роты осознает, что задержался в должности, а значит, и в звании.

Солдаты при приеме в полк должны быть уже готовыми строевиками, вдобавок соответствовать уровню Фото: Алексей Орлов, "Вечерняя Москва"

— У нас офицер может вырасти до начштаба батальона, в штабе полка многие выросли из почетного караула, — говорит комбат. — Люди переводятся: в любых службах охотно их берут. Они востребованы: в каждой части, ведомстве, главке есть ритуалы, торжественные совещания, вручения наград, выносы знамени. И в органах военного управления это прекрасно знают.

В шерсти и каракуле

Ежедневно солдат почетного караула заботится о своей парадной форме. Тяжелый и плотный шерстяной мундир и бриджи выдаются на два года сроком. С каждого солдата снимают мерки, после чего эта форма дошивается в ателье. Только фуражки одинаковы. Для каждого срочника — три комплекта формы: сухопутная, цвета морской волны с красной «грудью», черная морская и синяя с голубым лацканом — ВКС.

Есть и отработанный дипломатический протокол: для главы государства — все три вида войск с тремя знаменными группами соответственно. Для вторых-третьих лиц — один род войск. Командиры рот РПК оказываются при встречах и проводах начальниками караула. Офицеры признаются, что иногда приходится долго заучивать правильное титулование какого-нибудь «господина вице-директора центрального комитета народной рабочей консервативной партии». Запнуться при докладе начкар не может.

У солдата свои заботы. До и после каждого официального мероприятия — отпаривание, глажка, сушка, чистка красивых мундиров, фуражек, шинелей и сапог. Хромовые сапоги-«бутылки» (или «стояки») теперь делают на заказ, только для ФСО и Преображенского полка. В двух вариантах, летнем и зимнем. Впрочем, зимой на продуваемом поле аэропорта почетный караул  мех внутри сапог не очень-то спасает. Ну, а в жарких странах, где также бывает РПК, наоборот, шерстяной мундир становится тем еще испытанием.

У солдата свои заботы Фото: Алексей Орлов, "Вечерняя Москва"

Где смыкаются традиции

После сытного обеда и обработки формы бойцы занимаются стиркой повседневного комплекта, чисткой и уходом за оружием. Есть время для спорта и самоподготовки в классе — бывшей «ленинской комнате». К моему удовольствию, для полка наконец-то нашли и приобрели красочные издания «Истории и традиций лейб-гвардии Преображенского полка». Так что теперь любой дембель 154-го отдельного может не только заявить в родном райцентре, что служил в уникальной и богатой традициями части, но и подтвердить свои слова накопившимися за 300 лет историями. А служащие сегодня в Преображенском полку солдаты почетного караула уже добавили в его историю новую яркую страницу.

Служба этих солдат и офицеров проходит перед глазами Верховного главнокомандующего, министра обороны и высшего генералитета, глав иностранных государств
Фото: Алексей Орлов, "Вечерняя Москва"
Добавьте в избранное: Яндекс Дзен Яндекс Новости Google news

Новости СМИ2

Спасибо за вашу подписку
Подпишись на email рассылку Вечерки!
Предлагаем вам подписаться на нашу рассылку, чтобы получать новости и интересные статьи на электронную почту.
Created with Sketch. ОТПРАВИТЬ CTRL+ENTER