Город

Литератор из землянки: как москвич решил прожить без благ цивилизации

Я решил «говорить» — и не просто, а с помощью литературы
Фото: Павел Волков, "Вечерняя Москва"
Я решил «говорить» — и не просто, а с помощью литературы
Фото: Павел Волков, "Вечерняя Москва"
Корреспондент «Вечерки» в декабре 2016 года впервые перешагнул порог лесной «норы» отшельника. На краю леса примерно на 106-м километре Ярославского шоссе москвич Юрий вырыл землянку, поставил типи (у нас их ошибочно называют вигвамами), построил баню, завел кролика по кличке Петруша и решил, что сможет прожить и без благ цивилизации. Ровно два года спустя мы отправились проведать нашего отшельника и узнать, какие изменения произошли в его жизни.

Библиотека в землянке

Юрий в быту ожидаемо неприхотлив, на нескольких квадратных метрах его «дома» умещается все, что нужно для жизни. Мы сразу заметили изрядно пополнившуюся библиотеку. Книги здесь буквально повсюду, их горы, которые того и гляди лавиной сойдут на земляной пол, — классика, фантастика, учебники по английскому языку. Все это, как оказалось, не случайно.

— Юрий, что изменилось в вашей жизни?

— За эти два года я наметил генеральное направление в своей жизни — то, к чему я должен стремиться и воплощать в жизнь, — это культура. И понял, что мой видеоканал на ютубе — отличный инструмент для популяризации культуры.

— Каким образом?

— Я начал записывать видео, где читаю книги. По сути это уже привычная многим аудиокнига, но здесь еще и я в кадре.

— Почему именно чтение?

— Я подумал: ну да, людям интересно наблюдать за моей жизнью через «окно» видеоканала: вот печка, вот Петруша, вот вся моя нора, но меня самого нет. И я решил «говорить» — и не просто, а с помощью литературы. Словами и мыслями русских классиков, то есть читать книги вслух.

Поперло!

— Что читаете?

— Классику. Русскую классику. Пару раз читал иностранных авторов, но это было в самом начале, в тестовом режиме.

— С чего начали?

— Решил попробовать, насколько я смогу прочитать книгу на камеру, потом отмонтировать. Получилось. Попробовал рассказики Пелевина. Потом перешел на большие произведения. И поперло!

— Как вы это поняли, по количеству просмотров?

— По реакции зрителей. В большинстве своем она была положительной.

— Были какие-то ощущения?

— Чтобы понять произведение и начать в нем разбираться, свободно вести беседу, например о «Вишневом саде» — я его перечитал раз двадцать. А когда я читаю книгу вслух, для канала, я ее тоже прорабатываю, читаю 3–4 раза. Так я глубже погружаюсь в произведение. В первую очередь мне нужно это самому.

— Почему именно русская литература?

— Могу ответить в шутку. Вот вы встретились с иностранцем и начали говорить о литературе. Кто лучше, чем я, русский человек, думающий на родном языке, может рассказать о русской литературе. Можно сказать, что я стал проводником отечественной классики для русских людей.

— Просят прочитать какие-то конкретные произведения?

— Да. Вот недавно я читал повести Белкина, из пяти прочел три, а потом у меня книгу забрали, параллельно с этим начал «Отцов и детей». И в какой-то момент мне пишет парень с просьбой прочитать «Станционного смотрителя». Я предполагаю, что он написал это, не зная, что я уже озвучил часть повестей. Он, видимо, школьник, у которого скоро контрольная или сочинение по этому произведению.

— Что посоветуете человеку — читать книгу или слушать ее?

— Однозначно читать. Но если он в силу каких-то причин не может этого сделать, то хотя бы слушать. Эффект от аудиокниги не такой «глубокий». При чтении, если человек не «глотает» слова и смысл, происходит более глубокое погружение в произведение, а вот прослушивая аудио, этого достичь сложно.

Кто лучше, чем я, русский человек, думающий на родном языке, может рассказать о русской литературе Фото: Павел Волков, "Вечерняя Москва"

Банкир литературы

— Пелевин «зашел»?

— Когда я читаю произведение русской классики, то оно включается в некий мой культурный пантеон. Это золотой фонд. Насколько этого автора можно считать классиком — большой вопрос. Я как бы банкир литературы, а Пелевин — рисковый, но высоколиквидный рынок.

— Что вы как «банкир» вкладываете?

— Время и силы. Зачем мне вкладывать свои ресурсы в то, что может быть рисковым. Лучше я буду вкладываться в вечные ценности...

— Что, не войдет Пелевин в золотой фонд?

— Нам из сегодняшнего времени сложно разглядеть настоящее, оно видно спустя время. Если вернемся на сто лет назад, то эти имена, которые сейчас рассматриваются как большие, в то время не были столь великими. А сколько еще больших имен было забыто? Там Пелевиных было пруд пруди...

Литературный поток

— А что дальше?

— Сейчас я в XIX веке: двигаюсь среди всех этих драгоценностей (произведений классической русской литературы. — «ВМ»), беру их в руки, рассматриваю, делюсь этим. Потом хочу на основе прочитанного проводить лекции и семинары.

Юрий в быту ожидаемо неприхотлив, на нескольких квадратных метрах его «дома» умещается все, что нужно для жизни Фото: Павел Волков, "Вечерняя Москва"

— Для кого?

— Для зрителей в интернете, для тех, кто заезжает в гости. В интернете планирую запустить стрим-канал (нечто вроде прямого эфира. — «ВМ»).

— Кто вас смотрит?

— Ядро моей аудитории — люди 25–35 лет, но есть и старше, и моложе. 93 процента мужчин и 7 процентов женщин. За последние месяцы ситуация изменилась: женская аудитория подросла и составляет примерно 15 процентов. И это круто! Второй переход пошел в сторону более зрелого зрителя.

— Знаю, что зрители делают авторам каналов пожертвования. Какое было самое щедрое?

— Приезжал как-то в гости парень. А потом перечислил мне 50 тысяч рублей. Но это не за то, что я читаю книги, а просто за то, что я «такой», а он — «такой».

— Какой?

— Он играет в электронное казино и постоянно делает пожертвования.

— А вам вообще-то нужны деньги?

— Скажем так, мне лично они не нужны, у меня все есть. Но я — это мое тело, а все остальное — это мое дело. Вот для дела деньги нужны. Я сейчас на ютубе включил подписчикам возможность стать спонсорами канала. Каждому спонсору вот такие «талантики» сделал (на обожженном глиняном кружке написано «талант»). Потом почтой отправляю.

— Так все же, на что нужны деньги?

— Сейчас коплю на квадрокоптер. Хочу записывать ролики, хочу поснимать «свои угодья» сверху — все это для моего канала.

— Что наметили на следующий год?

— Пусть он будет годом двойной литературы. А еще в следующем году хотел бы читать лекции в Гарварде по произведениям Чехова. Хочу зайти в аудиторию и рассказать о нашей литературе.

— Почему именно в Америке?

— Можно и в Англии, но сейчас культурный центр все-таки переносится в Штаты.

— А как собираетесь попасть за океан? 

— Бродский еще в те времена показал, что это возможно, так что проблемы не вижу. Единственное, не знаю, куда деть Петрушу...

Я решил «говорить» — и не просто, а с помощью литературы
Фото: Павел Волков, "Вечерняя Москва"

Новости СМИ2

Все мнения
Created with Sketch. ОТПРАВИТЬ CTRL+ENTER