История нового героя Украины – соловья с когтями грифа

Общество

Ведь говорили же ему, и не раз: «Роман, рано или поздно бабы тебя погубят!», но он только отмахивался. И доотмахивался: в засаду он попал из-за бабы, и пулю получил из-за бабы. Это надо же было додуматься, чтобы своими телохранителями сделать четырех женщин, которые одновременно были его любовницами! До тела Романа им, конечно, дело было, но не с точки зрения его защиты от чекистов.И вот одна из них, Дарья Гусяк, вместо того, чтобы денно и нощно охранять своего любовника-командира, в его объятиях непростительно расслабилась, потеряла бдительность – и в результате дом, где они скрывались, стал последним прибежищем бывшего агента Абвера, капитана гитлеровского вермахта, одного из руководителей печально известного карательного батальона «Нахтигаль», главнокомандующего Украинской повстанческой армии (УПА), генерал-хорунжего Романа Шухевича.[b]Последняя награда[/b]Ныне он герой Украины, и это звание получил в соответствии с указом президента Украины Виктора Ющенко «за выдающийся личный вклад в национально-освободительную борьбу за свободу и независимость Украины и в связи со 100-летней годовщиной со дня рождения и 65-летней годовщиной создания Украинской повстанческой армии».Так как деятельность новоявленного героя Украины многие годы была, если так можно выразиться, за семью печатями, президент повелел провести в Киеве научную конференцию, посвященную жизни и деятельности Шухевича, создать о нем фильмы, провести торжественные собрания, отчеканить юбилейную монету, назвать его именем ряд улиц, площадей и проспектов, соорудить во Львовской области памятник, открыть музей, а на доме, где он родился, установить мемориальную доску.Как видите, отношение к личности Романа Шухевича (он же сотник Щука, генерал Тур, Роман Лозовский, Тарас Чупрынка) на Украине более чем почтительное. Так кто же он на самом деле, этот Герой, которого в украинской печати называют «человеком-примером, человеком-символом, которым Украина должна гордиться и на примере которого надо воспитывать молодежь»? Чтобы ответить на этот вопрос, пришлось основательно покопаться в архивах, перелистать десятки газет, изучить множество докладов, сообщений и спецдонесений.Родился будущий герой неподалеку от Львова в семье уездного судьи. Его отец был отъявленным националистом, поэтому нет ничего удивительного в том, что в восемнадцатилетнем возрасте Роман стал членом Украинской военной организации (УВО).По большому счету, УВО в те годы была повязанной кровью бандой, которая грабила банки, почтовые конторы и даже захватывала заложников, требуя за них выкуп. При этом члены УВО не стеснялись подкладывать под свои бандитские акции довольно оригинальную идеологическую основу, заявляя, что нападали на банки «с целью экспроприировать деньги, награбленные польскими оккупантами у украинского населения».Экспроприировать-то они деньги экспроприировали, а вот вернуть их людям почему-то забывали.Роман Шухевич, даже будучи студентом Львовского политехнического института и пройдя срочную службу в польской армии, под кличкой Звон активно участвует в этих акциях. Его усердие было замечено и отмечено вождями Организации украинских националистов – вскоре его назначают руководителем боевого отделения (они это называли референтурой) ОУН и поручают от примитивных ограблений перейти к организации политических терактов.Это было то, о чем Шухевич давно мечтал, и в этом деле он показал себя во всей красе! Чтобы продемонстрировать себя истинными украинцами, его боевики начали с убийства поляков, которые-де угнетают украинский народ. Одним из таких «угнетателей» оказался не какой-нибудь государственный деятель, а простой школьный чиновник Ян Собинский, который считал, что преподавание в школах надо вести как на польском, так и на украинском языках. Шухевич и его правая рука Пидгайный обвинили Собинского «в коварном заигрывании с украинцами» и застрелили. А вот директора Львовской украинской гимназии Ивана Бабия убили за лояльность к полякам и за то, что он запрещал распространение оуновских листовок в стенах гимназии. Такая же судьба постигла известного профессора Антона Крушельницкого, студента университета Якова Бачинского и многих других.Ну а над предводителем сельской бедноты кузнецом Михаилом Белецким боевики Шухевича, если так можно выразиться, отвели душу и выступили по полной программе: сначала его до полусмерти избили, потом вырезали на голове крест и только после этого ее отрубили. С тех пор топор у людей Шухевича стал одним из самых любимых инструментов: отрубить голову, да еще одним махом, в их среде считалось особым шиком.Войдя во вкус и приобретя определенную практику, оуновцы решили перейти на более крупную рыбу: сначала они убивают польского посла Тадеуша Голуфку, а потом и министра внутренних дел Бронислава Перацкого. Тут уж терпение польских властей лопнуло и они взялись за украинских националистов всерьез: около десятка оуновцев, в том числе и Шухевич, были арестованы и осуждены. Шухевич получил четыре года, помещен в политический лагерь Береза-Картузская, но через два года, в рамках всеобщей амнистии, освобожден.И тут в карьере Шухевича происходит, как многим казалось, неожиданный фортель: он делает ставку на Гитлера и устанавливает ничем не прикрытую связь с Абвером. На самом деле связь с Абвером у него была давняя, он даже прошел обучение в спецшколах, расположенных в Данциге и Берлине, а затем в Мюнхене, под Веной и даже в высшей специальной школе, базировавшейся в имении Фриденталь. Приближалась дата нападения на Польшу, и германское командование поставило перед руководством ОУН новую задачу: поднять на территории Западной Украины антипольское восстание. Сохранился документ, в котором говорится: «Канарису было поручено вызвать в украинской Галиции повстанческое движение, целью которого стало бы уничтожение евреев и поляков. Кроме того, поступило указание министра иностранных дел Риббентропа организовать повстанческое движение таким образом, чтобы дома поляков были охвачены огнем, а все евреи убиты».Получив такой картбланш, Роман Шухевич немедленно занялся привычным для себя делом, создав террористические отряды, которые стали нападать на польские села, сжигать дома простых крестьян, громить еврейские лавчонки, не забывая при этом о своем любимом инструменте – гуцульском топоре.Но главным делом Шухевича были не какие-то там теракты, а подготовка к большой войне – войне с Советским Союзом, тем более что он получил приказ Канариса о переключении всей его агентуры на непосредственную работу против России. А когда на одном из совещаний было сказано, что «существует приказ Берлина готовиться к полному разгрому России, и потому все, что мешает выполнению этой задачи, должно быть отброшено прочь», оуновцы пообещали прекратить подрывные акции в Польше и работать только против большевиков.Именно с этой целью началось формирование печально известного карательного батальона «Нахтигаль», то есть «Соловей». Набрав 800 отъявленных головорезов и получив немецкое оружие, Шухевич приступил к боевой подготовке батальона. Не забывал он и о политико-идеологической работе, внушая мысль о скором создании незалежной Украины как самостоятельного государства, хотя прекрасно знал, что в Берлине этот вопрос даже не обсуждался и что Украина интересовала Гитлера лишь как заселенная немцами колония.[b]Соловей выпускает когти[/b]И вот наступило 22 июня 1941 года. Батальон «Нахтигаль» был готов пересечь границу и первым вступить в освобожденный от большевиков Львов. Но немцы этого не разрешили и впустили «соловьев» в город лишь 30 июня.Что тут началось! Ничего подобного в истории Львова за почти что семьсот лет его существования не было и в помине. Это был поистине черный день для еврейского и польского населения, как, впрочем, и для украинцев, сочувствовавших советской власти. Все они попали в заранее составленные людьми Шухевича списки, и все они подлежали уничтожению.Здесь были профессора университета, врачи, учителя, инженеры, писатели, художники, парикмахеры, портные, рабочие-железнодорожники, театральные деятели, крестьяне, ремесленники и даже священники.Особенно цинично убивали евреев. Перед этим над ними, как правило, издевались, заставляя вылизывать мостовую, убирать ртом уличный мусор или зубной щеткой чистить лестницы. Потом в дело шли железные прутья, дубовые палки и, конечно же, топоры. Только евреев тогда убили около 4 тысяч человек, а также несколько тысяч поляков, украинцев и русских.Принимал эту «работу» и награждал сорвавшихся с цепи палачей облаченный в мундир капитана вермахта Роман Шухевич.Когда львовские списки были исчерпаны, «соловьи» двинулись на Тернопольщину и Волынь. Там они огнем и мечом прошлись по селам и небольшим городкам, уничтожая всех, кто им казался неблагонадежным, в первую очередь, конечно же, евреев и поляков: евреев – за то, что они евреи, а поляков – за то, что так долго угнетали украинский народ.А потом опьяневшие от безнаказанно пролитой крови оуновцы допустили ляп, да такой серьезный, что чуть было не поплатились за это жизнью: не согласовав ничего с Берлином, они провозгласили «Акт воссоздания украинского государства». Планировалось, что в правительстве самостоятельной Украины Роман Шухевич займет пост заместителя военного министра. Когда эта весть дошла до Берлина, там дико возмутились.«Какой еще акт, какое государство?! – рвал и метал фюрер. – Я же не раз говорил, что Украина меня интересует только как колония, а украинцы как рабочая сила. Всю верхушку ОУН арестовать и бросить в Заксенхаузен! Но только в спецбарак, в тот, что за пределами колючей проволоки и больше похож на загородную дачу, – смягчился он. – Как знать, быть может, эти люди нам еще понадобятся».Как в воду глядел фюрер: оуновцы, которых после раскола в руководстве ОУН стали называть бандеровцами, немцам пригодились. И то, что Роман Шухевич избежал ареста и перешел на нелегальное положение, тоже им было на руку: никто так яростно и беспощадно не сражался против партизан, как Роман Шухевич.Хорошо работала и идеологическая завеса, которую он придумал: Шухевич объявил официальную войну и большевикам, и немцам. Это сбивало с толку, и многие люди, желая бороться с немцами, вливались в отряды Шухевича, численность которых доходила до 100 тысяч человек, а на поверку выходило, что с немцами-то он и не воюет.Удивляло и то, что оружие у людей Шухевича сплошь немецкое. Откуда оно? На самом деле ни немцы, ни Тарас Чупрынка (под таким псевдонимом жил тогда Шухевич) никакой тайны из этого не делали.Только за один год он получил от немцев 700 орудий и минометов, 10 тысяч пулеметов, 26 тысяч автоматов, 72 тысячи винтовок, 100 тысяч гранат и 12 миллионов патронов. За тот же год из этого оружия было убито более 60 тысяч человек.Но летом 1944-го, когда части вермахта были выбиты с территории СССР, Шухевич столкнулся лоб в лоб не с беззащитным населением и не с кое-как вооруженными партизанами, а с могучей Красной армией. Первые же бои показали, что противостоять регулярным войскам бандитские отряды не могут. Надеясь оказаться под защитой немцев, Шухевич приказал прорываться на запад, но из этого ничего не вышло: большая часть его группировки была уничтожена. Оставшиеся в живых разбрелись по карпатским лесам и начали, как они говорили, партизанскую войну против советской власти.Пока шли бои с вермахтом, Шухевичем всерьез не занимались, но после падения Берлина за бандеровцев взялись не только части Красной армии, но и специально созданные отряды НКВД. Их-то бандеровцы больше всего и боялись, ведь это были люди, умеющие воевать в лесах и разбившие наголову карательные отряды СС. Так что бандеровцам пришлось туго, так туго, что, потеряв более 50 тысяч убитыми, они начали массовую сдачу в плен.К началу 1950-х ни о каких серьезных боевых действиях уже не могло быть речи, поэтому Шухевич перешел на индивидуальный террор: то его бандиты убьют председателя колхоза, то организуют налет на затерянную в горах деревню, то вырежут семью старика, внуки которого пошли служить в Красную армию, то прямо на улице города застрелят какого-нибудь учителя или на паперти собора священника, осуждавшего в своих проповедях бандеровские зверства.И хотя бывший «соловей» давно стал кровожадным грифом, хотя весь его путь был устлан трупами ни в чем не повинных людей, хотя одно его имя вызывало страх и ужас, пришел конец и ему. Погорел Шухевич, как ему и предсказывали, на бабах.[b]Ищите женщину…[/b]Все началось с того, что чекистам удалось перевербовать одного из связных Шухевича, игрока местной футбольной команды «Динамо». Тот указал дом, где Шухевич скрывался вместе с одной из своих любовниц Дарьей Гусяк. Пока готовили операцию по его захвату, сам того не ведая, все карты спутал участковый милиционер, который проверял прописку у всех жильцов вверенной ему улицы. Зашел он и в дом, где жил Шухевич.Пока милиционер проверял паспорт Дарьи, а потом ее матери, Шухевич вел себя спокойно, но когда попросили предъявить паспорт и его, нервы матерого убийцы сдали: вместо паспорта он достал пистолет и несчастного участкового застрелил.После этого ничего не оставалось, как бежать. Будучи опытным подпольщиком, Шухевич приказал беглецам рассредоточиться: он скрылся в одной деревне, Дарья – в другой, а ее мать – в третьей.Надо ли говорить, что чекисты прочесали весь город и все деревни, подняли на ноги всю свою агентуру – и, в конце концов, нашли Дарьину мать. Потом, когда старушку навестила ее внучатая племянница, студентка-медичка, удалось выяснить, где живет ее тетя Дарья Гусяк: оказалось, что в общежитии мединститута. Установив наблюдение за Дарьей, чекисты были немало удивлены, заметив, что она регулярно наведывается в одно из близлежащих сел под названием Белогорща и почему-то подолгу находится в кооперативной лавке. Причем туда идет с тяжелыми сумками, а обратно – легко ими помахивая.Возникло предположение: а не навещает ли она там Шухевича и не носит ли ему борщи и каши? Когда Дарью задержали, причем так, чтобы этого никто не заметил, она тут же сдала своего любовника, не без гордости заявив, что генерал Шухевич давно живет в задней комнате этого магазинчика и что чекистам он ни за что не сдастся, а всех их перестреляет и уйдет в лес, где у него есть надежный схрон.После этого здание надежно блокировали, окружив его двойным кольцом автоматчиков. Штурма решили не предпринимать, громко предложив Шухевичу сложить оружие – в этом случае ему гарантировали жизнь. В ответ Шухевич открыл такую бешеную стрельбу, что чекистам пришлось залечь. Воспользовавшись этим, Шухевич бросил гранату! Кого-то ранило, кого-то убило – и в окружении образовалась брешь. Казалось, что Шухевич вот-вот уйдет. И он бы ушел, если бы для гарантии не решил бросить вторую гранату. Для этого он высунулся из окна – и попал под автоматную очередь.Так, 5 марта 1950 года закончился кровавый путь нынешнего Героя Украины. По неподтвержденным документально данным, его тело было сожжено, а пепел развеян в районе реки Збруч.Казалось бы, такой конец для палача и вурдалака, пролившего реки крови, вполне закономерен. Обычно подобного рода злодеев вычеркивают из памяти народа и, конечно же, из истории своей страны, но то, что произошло с Романом Шухевичем, уму непостижимо! Чтобы такой изувер стал героем, чтобы ему ставили памятники и в его честь переименовывали улицы и площади, чтобы его называли человеком-символом, на примере которого надо воспитывать молодежь – это уж, извините, ни в какие ворота! Но если нынешние руководители Украины считают личный вклад Шухевича в борьбу за свободу и независимость Украины действительно выдающимся, то тут с ними не поспоришь. Десятки тысяч расстрелянных, зарезанных и зарубленных ни в чем не повинных людей – это действительно выдающийся и, главное, «оригинальный» вклад в строительство фундамента нового государства.Я потому этот вклад называю оригинальным в кавычках, что в истории человечества было немало государств, чей фундамент замешан на крови. И где они теперь? Кто их помнит, кто знает? А если помнят, то их название произносят, не скрывая стыда и винясь перед всем человечеством. За примером далеко ходить не надо, он не так уж далеко от незалежной Украины, всего-то в часе полета на самолете в западном направлении…

Google newsYandex newsYandex dzen