«Москвичи жалуются на длинные и острые шпильки дамских шляп, особенно опасные для окружающих в вагонах трамваев…»

Перечень вопросов, которыми занималась 100 лет назад Московская городская дума, был обширным, а в чем-то – неожиданным… Однажды гласный Думы Н. А. Шамин сделал громкое заявление, напоминавшее, скорее, крик души: «В Москве раздаются непрестанные жалобы на длинные и острые шпильки дамских шляп, особенно опасные для окружающих в вагонах трамваев… Не говоря о множестве легких повреждений и царапин, полученных обывателями Москвы благодаря этим орудиям возмутительной дамской неосторожности и легкомысленности, неоднократно были констатированы и случаи серьезные…» Некоторая эмоциональность заявления подкреплялась списком, напоминавшим фронтовую сводку: «В апреле у Красных ворот стоявшей на площадке вагона № 6 пожилой женщине был поврежден глаз дамской шпилькой от шляпы. Пострадавшая поехала на извозчике в ближайшую глазную больницу на Садовой. Виновную даму хотели отправить в участок, но потерпевшая ее великодушно простила… В июле прошлого года у Ильинских ворот пассажир, стоявший на площадке вагона, получил укол в руку. Он рассердился, вырвал у виновной барышни из шляпы опасное орудие и бросил его на мостовую… На Арбатской площади после окончания торжества открытия памятника Гоголю находящемуся на площадке вагона пассажиру был нанесен укол выше брови… А находившийся на площадке вагона № 21 господин получил сильный укол в лоб, в то время когда виновная дама неожиданно обернулась, чтобы передать кондуктору деньги. Пассажиры возмутились, но потерпевший оказался великодушным...» Шамин потребовал запретить женщинам носить шляпы со шпильками в трамваях! Впрочем, юрисконсульт городской управы немного охладил его пыл, отметив, что булавки – явление временное, обусловленное модой.Пройдет мода – не будет и булавок, а закон «должен реагировать на явления серьезные и более или менее постоянные…» Да и кто будет исполнять такое предписание? Если предоставить кондукторам право определять соответствие дамской шляпки правилам, то это лишь вызовет множество нареканий на работу трамваев, которых и без того достаточно… Но логика – логикой, а законотворчество – законотворчеством. И изрядно подискутировав, комиссия по составлению проектов обязательных постановлений Думы приняла новую редакцию правил о порядке пользования конно-железными, паровыми, уличными и с электрическою тягою путями в городе Москве. Думцы обосновали свое решение тем, «что употребление длинных остроконечных шпилек хотя и представляет явление временное, обусловленное известной модой, но не может служить доводом против издания соответствующего постановления…» Своим постановлением Дума приравняла модниц к пьяницам, бродягам и сифилитикам. Постановление, утвержденное Думой весной 1910 года, гласило: «Не допускаются вовсе к проезду: лица, находящиеся в нетрезвом виде; арестанты в сопровождении конвойных; лица, одержимые явно заразною болезнью; лица, соседство которых вследствие нечистоты одежды или отталкивающего запаха будет стеснять остальных проезжающих, и лица женского пола в шляпах с длинными остроконечными шпильками без безопасных наконечников…»Мода на шпильки, как и предсказывали юристы, изменилась, а постановление осталось и действовало до октябрьского переворота, когда само понятие «дама» ушло в прошлое, уступив место бесполому определению «товарищ».