Гимн для Космонавтов

На днях в Галерее Александра Шилова чествовали Оскара Фельцмана – по случаю 90-летия патриарха отечественного шлягера, патриотических песен и даже мюзикла. Корреспондент «Вечерки» расспросила юбиляра о том, что связывает его с космосом – в музыке и в жизни. [b]– Оскар Борисович, расскажите, как создавался «Гимн космонавтов».[/b] – Утренний звонок со Всесоюзного радио: «Я вам сейчас сообщу военную тайну, послезавтра в космос запустят первый искусственный спутник Земли». Не перебиваю. «Событие грандиозного масштаба. Нужна песня. Ты сможешь ее написать?» Я автоматически киваю головой... [b]– Музыку написали быстро?[/b] – Не стану кокетничать – быстро – такие времена тогда были. Новую песню в исполнении Владимира Трошина уже на другой день записали, а еще через день она звучала в эфире. И все радиоэфиры сопровождались моими «14 минутами до старта». Потом эту песню взял в космос Гагарин. А после его возвращения из космоса я уже был в Гжатске – в гостях у его родителей. Потом песню распевали дуэтом, летая одновременно на двух кораблях, Попович и Николаев – и пошло-поехало... [b]– И в довершение всего Хрущев с трибуны Мавзолея запел: «На пыльных тропинках далеких планет останутся наши следы»…[/b] – Меня в Книгу рекордов Гиннесса занесли, потому что песен других композиторов, стоя на трибуне, Хрущев не пел. Дело было так. Звонок из «Правды»: «Вы нам срочно нужны!» Прислали машину и препроводили к главному редактору Зимянину. И он давай при мне отчитывать своих замов: «Как это могло произойти, что текст и ноты прекрасной песни товарища Фельцмана не опубликованы у нас в газете? И ко мне: «Оскар Борисович, не могли ли вы вот тут от руки написать?» Я говорю: «Пожалуйста». Потом Зимянин мне сказал, что домой мне ехать рано – вскоре начнется прямая трансляция с митинга на Красной площади по случаю возвращения на Землю космонавтов Поповича и Николаева: «Вы тут у нас посидите, послушайте». И вот мы слышим, как Хрущев на трибуне Мавзолея говорит: «Голоса у меня, конечно же, нет, но я без него спою». И запел: «На пыльных тропинках далеких планет...» Зимянин тут же отдал распоряжение, чтоб машины ротационные включили на полный ход: «Текст печатать в двух номерах подряд!» [b]– Понравилась песня в исполнении Хрущева?[/b] – Он пел, как всякий любитель. Но благодаря именно этой песне я сразу сделался особым человеком в СССР. На меня посыпались приглашения – и в Америку, и во Францию, и еще куда-то. Естественно, в составе какой-то делегации. Но я отказался. [b]– Почему? В те годы многие творческие личности о подобном и мечтать не могли.[/b] – Прочитал в газете, что какие-то зарубежные фирмы, естественно, очень богатые, желают заполучить клавир моей песни «На пыльных тропинках…» И я решил – дома спокойнее. [b]– А с космонавтами дружили?[/b] – Со всеми. Перед каждым полетом у них звучит «На пыльных тропинках…» Думаю, все они ее наизусть помнят. Такая вот добрая традиция.