Жемчуг как автобиография

Семидесятилетнего старца, гуманиста и мыслителя-этика, судили пятьсот и один человек; признали его вину с перевесом всего в 31 голос; с ещё большим перевесом осудили на смерть – этого хотели 360 человек из 501. Произошло это не при тирании, а при афинской демократии. Судили за инакомыслие. Судили не по приказу - по совести.

Странное получается дело: учение одного «преступника» (а как иначе, если решение суда вступило в силу?) по сей день на слуху, а имена сотен борцов за нравственность и блюстителей порядка – забыты. Подобная история – с Джордано Бруно. Сходная (слава Богу, без летального исхода) – с Галилео Галилеем. Примеров – сотни. В этом ряду – Ахматова и Зощенко, Пастернак, Солженицын, Галич… Принцип осуждающих: «нас много, значит, мы – правы».

Да, много. Но откуда уверенность в правоте? Может, от ощущения преобладающей силы большинства; может, от страха; может, от круговой поруки; может, от совпадающих именно у этих «судей» представлений о совести. Но всегда ли демократический централизм (подчинение меньшинства большинству) – благо? Для отдельных партий и прочих коллективов – может быть. Даже для отдельных сфер деятельности (военный обязан исполнять приказ, а лечащему врачу желательно не экспериментировать). А как быть с учёными, писателями, живописцами? Учёный по определению должен подвергать сомнению даже очевидные истины; писатель – мыслить и излагать не как все.

Конечно, они – меньшинство. Но и соли в ежедневном рационе меньше, чем всех прочих продуктов питания. А без неё – никак. Если её даже нет на столе, то это не значит, что её нет в хлебе или овощах. То есть, некоторые вещи надо научиться просто принимать как данность, необходимость. Соль всё равно не будет преобладать над хлебом, не стоит её демонизировать. Достаточно обычного уважения её прав на существование. Когда Сократу сказали: «Афиняне осудили тебя, Сократ, к смерти», он спокойно ответил: «А их к смерти осудила природа». Иными словами – все когда-нибудь умрём. Важно даже не столько – как, сколько – что останется, кроме праха. Феллини говорил, что «жемчужина – это автобиография устрицы». Сократ – жемчужина той эпохи. Какие жемчуга выращивает сейчас в себе наше общество? И все ли мы понимаем, что жемчуг – ценность и тогда, когда он – не украшение? Просто – автобиография.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции